Саж Пуассон – Цикл Кребса (страница 38)
– Черт… Точно. Спасибо, жестянка.
Два разума – один органический, другой искусственный – мгновенно нашли общий язык. Язык нулей и единиц.
ЧАСТЬ 3. СПЯЩАЯ КРАСАВИЦА
– Эй, Каиса, – Лиурфл открыл пустой холодильник и разочарованно хлопнул дверцей. – А что за груз? Ты говорила про какой-то спецконтейнер.
Каиса помрачнела. Она вытерла руки ветошью, оставляя черные разводы на коже.
– В грузовом отсеке. Крио-капсула класса «Саркофаг». Я выиграла её в карты у одного контрабандиста на Фронтире. Он был пьян и сказал, там "элитный товар". Редкая генетика.
– Рабыня? – Эней напрягся, его рука инстинктивно сжалась в кулак.
– Не знаю. Я не открывала. Я собиралась сдать её перекупщикам на Форже, чтобы оплатить топливо и долги. Но теперь, раз у меня есть твой «Эклипс»… – Она махнула рукой. – Можете забрать. Или выкинуть в шлюз. Мне плевать. Я пилот, а не работорговец.
Эней переглянулся с Кейном.
– Идём.
Грузовой отсек был холодным и темным.
Посреди ящиков с ржавыми запчастями и бочек с отработкой стояла белая, гладкая капсула. Она выглядела чужеродно, как жемчужина в куче навоза. На боку горел индикатор: СТАТУС: СТАЗИС. ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЕ: 15%.
Но страшнее было другое.
Воздух вокруг капсулы дрожал. Гравитация здесь работала неправильно – мелкие гайки и пыль не лежали на полу, а медленно всплывали, вращаясь вокруг саркофага.
– Она… фонит? – спросил Лиурфл, отступая на шаг и кладя руку на рукоять револьвера. – Эней, счётчик Гейгера молчит, но у меня чешуя дыбом встала.
– Кейн, анализ, – скомандовал Эней, подходя ближе.
Андроид просканировал капсулу. Его глаза на секунду погасли, обрабатывая терабайты данных.
– Это не радиация. Это Метрика.
Кейн указал на иней, покрывающий стекло капсулы. Кристаллы льда складывались в идеальные фрактальные узоры, которые менялись каждую секунду.
– Объект внутри… нестабилен. Её мозг активен даже в глубоком анабиозе. Она видит сны. И эти сны настолько мощные, что они просачиваются сквозь обшивку и переписывают реальность вокруг. Она не человек. Она – живой реактор вероятностей.
– Метриант, – выдохнул Эней. – Высшего уровня. «Ведьма Хаоса». Инквизиция уничтожила их всех сто лет назад.
– Вскрываем, – решил он.
– Ты уверен? – спросила Каиса, войдя в отсек с монтировкой в руках. – Если она рванёт как бомба?
– Она человек, – отрезал Эней, хотя сам в этом сомневался. —Кейн, разблокируй замок.
Андроид подключился к панели.
Крышка капсулы с шипением поползла вверх. Облако холодного пара, густого, как туман Лимба, вырвалось наружу, мгновенно покрывая пол слоем льда.
Девушка в капсуле вздохнула. Это был глубокий, судорожный звук, как у утопленника, которого вытащили на берег.
Она открыла глаза.
Они были Золотыми. Без зрачков, без радужки. Два озера расплавленного золота, в которых тонул свет.
Она резко села. Жидкость стекала с её тонкого белого комбинезона.
Она не смотрела на Лиурфла. Не смотрела на Каису или Кейна.
Она смотрела прямо на Энея.
И в её взгляде не было вопроса «Кто ты?». В нём было Узнавание. Страшное, невозможное узнавание.
– Ты… – прошептала она. Её голос прозвучал не в ушах, а прямо в голове Энея, вызвав острую боль в висках. – Ты вернулся.
– Кто ты? – спросил Эней, чувствуя, как сердце пропускает удар. Он накинул на её дрожащие плечи свой плащ.
Девушка коснулась его лица ледяной рукой. Её пальцы пахли озоном и грозой.
– Я видела, как ты падал, – сказала она, и по её щекам потекли золотые слезы. – Там, в Белом Огне. Корабль разорвало. Ты кричал моё имя, но звук исчез. Я пыталась удержать нить, Эней, но нас разбросало…
Эней застыл.
Лиурфл и Каиса переглянулись. Они ничего не поняли.
Но Эней понял.
– Сольвейг? – выдохнул он.
Она закрыла глаза, и золотое свечение вокруг неё вспыхнуло так ярко, что лампы в отсеке лопнули.
– Я была Сольвейг, – прошептала она, сжимаясь в комок. – В той жизни. Здесь… здесь я просто Эхо.
Она подняла на него взгляд, полный ужаса.
– Почему ты такой громкий, Эней? Твоя боль… она оглушает. Ты потерял Его. Мальчика. Я чувствую дыру в твоей груди.
Вдруг корабль тряхнуло.
Свет мигнул и погас. Включилась аварийка.
– Она коротит систему! – заорала Каиса. – Энергощиты упали!
– Она не контролирует это! – крикнул Кейн, пытаясь стабилизировать поле. – Её эмоции вызывают каскадный резонанс!
– Внимание! – голос Вигге из динамиков звучал в панике. – Имперский патруль на сканерах! Они засекли всплеск энергии! Они думают, что мы заряжаем орудия! Две минуты до перехвата!
– Каиса, на мостик! – рявкнул Эней, подхватывая Сольвейг на руки. Она была лёгкой, как призрак, но горячей, как печка. – Взлёт! Немедленно!
– А топливо?!
– Хватит, чтобы выйти на орбиту! Дальше будем импровизировать!
Лиурфл прикрывал их отход, держа дверь на прицеле.
– Добро пожаловать в команду, Спящая Красавица, – проворчал наёмник, глядя на искрящую проводку. – Надеюсь, ты умеешь не только ломать лампочки, потому что иначе нам крышка.
Двигатели «Странника» взревели, выплёвывая плазму.
Тяжёлый корабль оторвался от пола, ломая заправочные шланги, и рванул в небо, унося с собой тайну, которая была больше, чем просто жизнь одной девушки.
Они уходили.
И теперь Эней знал: он не сошёл с ума. Прошлая реальность существовала. И Сольвейг была живым доказательством.
ГЛАВА 21. СТРАННИК
ЧАСТЬ 1. ДИНАМИКА ТРЕНИЯ
ГИПЕРПРОСТРАНСТВО. БОРТ ГРУЗОВОГО СУДНА «СТРАННИК».