Саж Пуассон – Цикл Кребса (страница 34)
– Посмотри наверх, – сказал Кейн, указывая на обзорный экран.
Прямо по курсу, заслоняя звезды, висела планета.
Она была не голубой и не зелёной. Она была Рыжей.
Опоясанная кольцом из мусора – миллионы обломков кораблей, спутников и станций, – Махарамия выглядела как гнилое яблоко, вокруг которого роятся мухи.
И среди этого мусора к ним приближались три точки.
Быстрые. Агрессивные.
– Местные, – определил Эней. – Мусорщики. Они увидели золотой корабль и решили, что к ним прилетел рождественский гусь.
– У нас нет оружия, – напомнил Кейн. – «Эклипс» – это яхта.
– Зато у нас есть скорость. Или то, что от неё осталось. Кейн, перебрось всю энергию на маневровые! Мы садимся.
– Куда?
– В грязь. Прямо в атмосферу.
ЧАСТЬ 2. ВЗГЛЯД ХИЩНИКА
БОРТ КРЕЙСЕРА «ИНКВИЗИТОР».
Варр не любил спешку. Спешка – удел дилетантов и воров. Профессионалы работают ритмично.
Он сидел в своём кресле на мостике. Перед ним на маленьком столике стояла фарфоровая чашка с чаем «Серая Орхидея». Пар поднимался вверх идеальной спиралью.
– Милорд, —молодой адъютант, с имплантированным портом вместо уха, подошёл тихо, боясь нарушить тишину. – Цель совершила варп-прыжок. Вектор хаотичный. Мы потеряли их визуально.
Варр сделал глоток. Чай был идеальной температуры.
– Мы не потеряли их, лейтенант. Мы просто перешли во вторую фазу охоты.
Он поставил чашку.
– Изотопная метка активна?
– Да, сэр. Сигнал слабый, но чёткий. Сектор Махарамия.
– Махарамия… – Варр улыбнулся. – Планета воров, шлюх и ржавчины. Очень поэтично. Профессор Эней, эстет и интеллигент, закончит свои дни в помойной яме.
Варр встал. Он подошёл к тактической карте Галактики.
– Готовьте прыжок, – приказал он. – Но не спешите. Пусть он сядет. Пусть он выберется из своего золотого кораблика. Пусть он почувствует облегчение.
Инквизитор сжал руку в кулак, и его кожаная перчатка скрипнула.
– Страх вкуснее, когда он смешан с ложной надеждой.
– А что делать с Артефактом, сэр? Если они разобьются?
– Ключ неразрушим, лейтенант. Древние делали вещи на совесть. А вот профессор… профессор сделан из мяса и костей. И то, и другое ломается очень легко.
Варр повернулся к экрану связи.
– Соедините меня с Гончими. Пусть готовят десантные капсулы. Мне кажется, Махарамии не хватает немного дисциплины.
Его глаз-имплант блеснул красным.
– Мы не просто заберём Ключ. Мы сожжём эту свалку дотла, чтобы никто не узнал, что мы там были.
ЧАСТЬ 3. ЖЕСТКАЯ ПОСАДКА
АТМОСФЕРА МАХАРАМИИ.
Корабль трясло так, что у Энея лязгали зубы.
«Эклипс» входил в атмосферу под слишком крутым углом. Теплозащита, рассчитанная на мягкий спуск, горела.
В иллюминаторах бушевал ад. Оранжевое пламя ионизированного воздуха лизало стекло.
– Температура обшивки 1200 градусов! – кричал Кейн, хотя андроиду не нужно кричать, он имитировал стресс, чтобы Эней быстрее реагировал. – Отказ гидравлики правого крыла! Мы сваливаемся в штопор!
Позади них, на хвосте, висели три истребителя мусорщиков.
Они были похожи на летающие мусорные баки с приваренными пулемётами. Они не стреляли ракетами – они стреляли гарпунами. Они хотели захватить добычу целой.
БАМ!
Удар в корму.
– Гарпун! – заорал Эней. – Они зацепили нас!
Корабль дёрнуло назад. Скорость упала.
– Кейн, режь трос!
– Чем?! У нас нет турелей!
– Лазером для резки астероидов! Включи задний бур!
Кейн подключился к системам корабля. Его глаза закатились, снова показывая бегущие строки. На этот раз там промелькнули красные символы – Инженер внутри него тоже не хотел умирать.
Горнодобывающий лазер, скрытый в хвосте яхты, Эней когда-то, казалось, в прошлой жизни, использовал его для раскопок, ожил.
Луч ударил в натянутый трос.
Трос лопнул.
Освобождённый «Эклипс» рванул вперёд, как пробка из бутылки.
– Держись! – Эней тянул штурвал на себя, пытаясь выровнять горизонт. – Вижу землю!
Земля была отвратительной. Бесконечные дюны из ржавого песка и горы металлолома.
– Садимся в каньоне! – Эней направил нос корабля в расщелину между двумя остовами гигантских крейсеров.
– Это не посадка! – спокойно заметил Кейн. – Это контролируемое падение.
– Заткнись и перебрось энергию на носовые щиты!
Удар.
«Эклипс» врезался в песок на скорости 400 километров в час.
Золотое брюхо яхты пропороло дюну, поднимая фонтан грязи и искр.
Корабль подбросило. Левое крыло зацепило торчащую балку древнего завода и оторвалось с жутким скрежетом.
Их крутило. Мир превратился в карусель из огня, песка и металла.
Эней закрыл голову руками.
УДАР.
Темнота.