Саят Хе – S-T-I-K-S. Дети подземелий (СИ) (страница 4)

Так он что, меня сейчас того..?

— В смысле?

— Во-первых, ты здесь находишься, как я вижу, еще очень мало времени, возможно ты переродишься.

Как там их… первых звать..

— И стану пустышом??!

— Ну да. Выкину тебя из лодки и поплыву дальше.

— Добрый ты, — ехидно заметил Ярослав.

— Зато честный. Ты поступил бы точно так же. Жить хочется всем, братка. Но, могу тебе сказать, что выглядишь ты бодро, могу предположить, что ты иммунный. В противном случае — выкину за борт — твари плавать не умеют.

— А какова вероятность, что я останусь человеком?

— Один к двадцати. Плюс-минус. В Улье никто точных подсчетов не ведет. И один к ста, что ты протянешь здесь хотя бы год. Человеческая жизнь здесь не стоит ничего. Всегда имей ввиду.

Она и так ничего не стоит. Простые парни есть везде. Лом в рюкзаке, кирпич за пазухой.

Впрочем, лет эдак двадцать назад Ярослав был активным членом гоп-компании. Он старался забыть сей неприятный период жизни, но от себя не скроешься. Совесть все-таки подлая штука. В юности она спит, давая гормонам сносить крышу, а потом противно царапает мозг острыми когтями.

Ярослав оценил свои перспективы. Мда, коммерческому директору с навыками рыболова-профессионала здесь делать нечего. Чтобы отвлечься от не слишком радужных мыслей, Славик решил перевести разговор в другое русло.

— Нам долго еще плыть?

— Потерпи, братка, еще немного. Ельник закончится, через часа полтора, пойдет черная пустыня, обычный кластер, только с черными песками, километра два по воде. Сразу за ней — таежный лес, причаливаем к правому берегу и топаем к зимовью. Недалеко, если бодрым бегом — минут пятнадцать. Там уже выдохнем, да и сожрать чего-нибудь не помешает.

Ярослав почувствовал, что зверски голоден.

Сколько он здесь? Часы показывали погоду, электронное табло горело всеми значками и индикаторами одновременно. Часы были подарком жены, и он носил их, практически не снимая, показывая, насколько дорог ему этот жест внимания.

Сейчас он злился. Ну почему Ленка не додумалась купить ему надежный хронометр, работающий сугубо на механике?!

— Рыбник, оружие в руки, и в вооооду, быстрррра!

Ярослав оглянулся, поскольку впереди ничего странного он не наблюдал и похолодел. К ним на большой скорости приближалась субмарина.

Глава 3. Первый улов

Утро начиналось не важно. В правый глаз светило солнце, из левого торчало копье.

Конечно, субмарина — громко сказано, но что-то в этом было. Жмых прыгнул вправо и быстро поплыл к берегу, но, шансов, если честно, у него было маловато. Над водой был виден лишь край спины. След бурлящей воды и брызг по бокам хребта говорил о немаленькой скорости, сравнимой с небольшой яхтой спортивного класса. Вмиг оценив ситуацию — через две-три секунды ЭТО перевернет лодку и пообедает содержимым, безуспешно пытающимся уплыть к берегу, Ярослав прикинул свои возможности выжить — да, нулевые.

Придется идти ва-банк.

Мгновенно перехватив топорик поудобнее, он вскочил на корму, и принялся ждать удобного момента. Два, один….Берегись, суууука!

Прыгнуть он не успел. Тварь, чья голова, вылезшая на поверхность, говорила о рептилоидной основе мутации, раскрыла огромную пасть.

Славик, надеявшийся прыгнуть и расколоть споровый мешок с одного маху, просчитался. Мля, а сколько надежд было.

Мутант просто проглотил Ярослава вместе с железной лодкой и всем содержимым. Уровень адреналина в крови зашкаливал. Пережевывать пищу тварь не собиралась. И слава Богу.

Оценивая объективно свои параметры, Рыбник подумал о том, что по принципу питательности он, мелкий человечешко, был ей на один зуб.

Едва плавсредство с его единственным пассажиром, пересекло границу «снаружи монстра-внутри монстра», Ярослав почувствовал жуткий смрад.

Основу «букета аромата» составляла химическая кислятина, вкупе с приторно-сладким тошнотворным запахом распадающейся плоти.

На огромной скорости, влекомый течением потоков воды, которую чудище заглотило вместе с вкусным обедом, Ярослав коротким замахом глубоко вонзил туристический топорик в нёбо мутанта, свободной рукой уцепившись за язычок преддверия глотки.

Ощущение, как будто находишься в мультфильме, ей-богу.

Но весело почему-то не было. Упершись ногами чуть ниже, и поймав немного равновесия, Рыбник рукой, в которой был зажат топор, прорубил в тканях мутанта небольшой, но глубокий разрез, и, кое-как убрав орудие членовредительства за пояс, устойчиво зацепился освободившейся конечностью где-то в глотке твари.

Нестерпимо воняло. Дышать становилось все тяжелее. Казалось, с каждым потоком воздуха, рабочая поверхность альвеол неумолимо сокращалась. Нужно двигаться, нужно что-то делать.

Специалистом по смертоубийству Ярослав не был, но прекрасно представлял себе анатомию человеческого тела. Точнее, анатомию позвоночных существ. Где-то, чуть дальше по пищеводу в параллельной плоскости идет позвоночник, а там, где позвоночник, есть костный мозг, повреждение которого чем ближе к голове, тем фатальнее.

Твари очень не нравилась «крошечка», которая застряла в глотке и не давала сосредоточиться на следующей части мизерного обеда. Мутант делал глотательные движения до тех пор, пока Рыбник, помогая себе топориком шел дальше, исследуя красоту пищеварительного тракта.

Вроде здесь. Подтянувшись, он крепко уперся ногами и одной рукой, прорубая себе дорогу в светлое будущее. Топор звякнул. Нет, здесь кость. Нужно ниже. Или выше.

Наконец найдя точку соприкосновения, Рыбник начал медленно, но верно долбить уязвимое место. Он цеплялся, как мог, весь в крови и задыхаясь от ядовитых испарений, которые окутывали его раз за разом в унисон с дыханием жадной до мяса твари.

Добрался. Все мышцы, в том числе и те, которые служили опорными точками телу, задергались в предсмертной агонии. Вдобавок ко всем радостям на Ярослава потоком вылилось изрядное количество синовиальной жидкости, которая приятными текстурами не обладала. А теперь деру.

Спасибо тебе, топорик, выручил.

Пробираясь через мышечную ткань, но только уже в шее, цепляясь изо всех сил, Рыбник почувствовал, что еще немного, и все телодвижения в своей пользе сойдут на нет.

Причиной послужил толстый костяной нарост, служивший этой мутировавшей амфибии наружным скелетом. Времени искать стыки пластин не было. Сознание, отравленное жуткими испарениями внутренностей монстра, собиралось покинуть вымотанное тело и улететь в далекие дали.

Нет, не пойдет. Рыбник бился из последних сил, орудуя топором, словно заправский мясник. Есть. Часть кости поддалась, но это только начало. Сквозь щель хлынул свежий воздух. Ничего приятнее в своей жизни до этого момента Славик не вдыхал. Муть в голове прояснилась. Все-таки он смог. И это очень радовало.

Ярослав вылез из туши через некоторое время. Его было не узнать. Непонятное существо, все в крови и какой-то слизи, оставляющей за собой дурнопахнущие следы. Рыбник упал на колени, и наконец-то дошло, что он находится на каменистом берегу. Суша.

А еще появилось осознание того, что бомжара шизофренией не страдал. На Земле таких тварей нет.

— Жмыыыых! — в ответ молчание. Запоздало понял, что в Стиксе лучше не орать. Целее будешь.

Ладно, спутника нет, но можно подумать о трофеях. В конце концов, он заслужил небольшой бонус.

Споровик Ярослав определил сразу и без всякой брезгливости рассек промежуток между «зубчиками», запустил туда пятерню, схватил содержимое, вынул зажатый кулак (не так-то просто это было сделать, костяные наросты не раздвигались, и он прилично оцарапался). Мутировавшая рептилия едва не сожрала его, и брезговать ценной добычей было бы, по меньшей мере, не очень умно.

Тем более, что хабар был залогом безбедного существования в течение N-ого количества времени.

Ковыряясь в споровом мешке, Рыбник отбросил какие-то непонятные нити, опутывающие заветные кругляши. Он аккуратно складывал все плюшки на плоский камень, напоминающий своей формой обеденную тарелку.

Ярослав не заметил, как за его спиной, из леса, появился Жмых, удивленно рассматривая человека, изгвазданного в крови и еще чем-то непонятном, но сейчас занимающегося очень важным и полезным делом.

Он подошел к Рыбнику и всей своей мощью легких гаркнул:

— Да мы богаты, братка! — сказал Жмых, оценивая содержимое споровика недавно убитой Ярославом твари. Четыре матово-черных кругляша и три перламутровых, два черных и один красный.

— Почему это мы? — Ярослав сощурил глаза, — монстра убил я.

Делиться столь знатной добычей ему не хотелось совсем, но разум подсказывал ему, что убийства людей друг другом происходят в Улье в основном на почве жадности, либо личной неприязни. Жмых хоть и славный парень, крестный как-никак, но ведь не зря одна из христианских заповедей гласит: «Не введи во искушение». Да, жадничать сейчас смысла нет.

— Я увидел монстра и предупредил, а еще я тебя до стаба доведу и помогу амуницию подобрать недорого и у проверенных поставщиков. И это…. Можно мне немного этих нитей? Я смотрю, тебе они без надобности.

Про нити случайный попутчик ничего не говорил. Забыл? Возможно. Ладно, самое ценное я к рукам прибрал.

Ярослав улыбнулся, все еще не собираясь давать понять Жмыху, что тот в доле.

Да и вообще. Если рассказанная этим бомжарой байка — правда, а все к тому идет, пора вытаскивать наружу свою нелицеприятную сущность. Быть приличным человеком — удел мирных граждан. А здесь… Что здесь? Беспредел, ага. Вот и примерим маску отморозка. Хотя бы на время.