Саяна Горская – Одуванчик для бывшего (страница 2)
– Роману Дмитриевичу не надо ничего рассказывать… Он знает.
– Знает? – Мозг, пытаясь переварить, делает кувырок. – Ну… И что он сказал?
Аня поднимает на меня глаза. В них бездна. Отчаяние. Раскаяние. Боль. Она суёт руку в карман и совсем по-детски достаёт скомканные купюры. Держит их в кулаке, как что-то постыдное, грязное.
– Что это?
– Роман Дмитриевич дал мне, – шепчет на выдохе.
Очередной кувырок извилин в голове.
– Дал тебе? Зачем?
– На… На аборт. Зарина Захаровна, простите! Я не знаю, как вымолить прощение… Ребёнок… этот… это… – Замолкает, но продолжает беззвучно губами шевелить.
Внутри меня что-то разламывается и тихо опадает, застревая отравленным кинжалом где-то между сердцем и желудком.
Зара не дура…
Пазл моментально складывается.
– Ребёнок от Ромы?
– Простите, – всхлипывает громко и срывается в плач. Вжимает голову в плечи, словно боится, что я накинусь на неё с кулаками.
– Когда это случилось?
– На конференции… В Питере… Он не хотел… Он вас любит… Клянусь, это вышло случайно. Всего один раз… Я… Я не хотела…
Сжимаю челюсти. Пульс, оглушая, долбит в уши. Картинка перед глазами плывёт.
– Зарина Захаровна, я всё исправлю! Я не буду мешать, честно… Я избавлюсь от ребёнка. Роман Дмитриевич сам сказал, что не нужен он ему. Он любит вас. Только вас. А я… Я просто… Ошибка… Я никому не нужна…
– Стоп, – делаю глубокий вдох. – Ты хочешь этого ребёнка?
– Очень хочу. Я всегда мечтала о ма-ма-малыше…
– Я поговорю с Ромой.
– Нет! – Аня вцепляется скрюченными пальцами в моё предплечье. – Он убьёт меня, если узнает, что я всё вам рассказала! Никогда не простит! Уволит. Я останусь одна. Совсем. У меня никого нет. Как же я справлюсь? Как?! Вы не должны… Прошу вас, не говорите! Я просто сделаю это. Я сделаю то, что должна.
На инстинктах кладу ладонь на свой живот.
Да, Рома может быть очень жёстким, но жестоким…?
С какой легкостью он готов прервать новую жизнь. Поставить точку там, где должна быть запятая.
Аня ревёт громко. Горько. Некрасиво. Ревёт, размазывая по щекам слёзы и тушь.
– Я сделаю это. Сделаю.
– Дура, замолчи! – Зло хватаю её за плечи и встряхиваю как следует. – Не смей так говорить, слышишь? Не смей даже думать об этом! Смотри на меня!
Она резко поднимает взгляд.
– Этот ребёнок – не его. Он твой. И ты не обязана ничего у него спрашивать. Ты родишь. И будешь любить своё дитя.
– Я не справлюсь.
– Справишься! Выбора нет. Нельзя падать, Аня. Стоять придётся. В одиночку. Но ты справишься. Бог поможет. Ты поняла?
Кивает.
В глазах отчаяние, боль и страх, в котором можно утонуть.
– А теперь домой иди. Иди и подумай, как ты будешь жить дальше. Тебе придётся быть сильной.
– Но Зарина Заха…
– Иди!
Аня, шмыгнув пару раз носом на прощание, убегает.
Без сил тоже плетусь к выходу из клиники. На улице дождь стеной. Я выхожу из-под крыши, но к машине не тороплюсь. Стоя под хлёсткими ледяными каплями, закрываю глаза. Из меня словно разом весь воздух выкачали.
Я пустая.
Он мне изменил.
Он. Мне. Изменил.
Предал.
Если бы я была нормальной, я бы заплакала, как по инструкции. Но я не могу, нет слёз. Только мысли. Рваные, ядовитые. И тяжёлые, как булыжники.
Я должна плакать. Сейчас самое время. Почти киношный момент: проливной дождь, мокрые ресницы, разбитое сердце. А я стою невозмутимая как кирпич. Над бездомной кошкой могу всплакнуть. Над героем, умирающим не сцене под аплодисменты. А над своим горем – нет.
Не умею.
Может, оно и к лучшему. Я просто приеду домой, встану под душ и смою с себя остатки глупых иллюзий. Потом сделаю кофе и подумаю, что делать дальше.
Я сильная. Иногда сильнее, чем нужно. В этом моя беда и моя свобода.
Может быть позже, ночью, когда я останусь одна, и спальня наполнится непроницаемой тишиной, с меня, словно вторую кожу, сорвёт эту стальную броню. И вот тогда я поплачу.
Достаю телефон. Смотрю в экран на сообщение от Ромы, висящее в уведомлениях.
Я не та женщина, с которой можно так обходиться. Предательств не прощаю, с лжецами и изменщиками мне не по пути. Он больше не имеет права знать, что у меня будет ребёнок.
Удаляю номер и блокирую абонента.
Без драм и сцен.
Просто точка. Там, где когда-то была запятая.
Глава 3
Шесть лет спустя.
Роман.
– Это что ещё такое? – Впиваюсь взглядом в экран, на чёткую линию, безапелляционно устремившуюся вниз.
Цифры не врут. Шестой месяц подряд отчёты показывают просадку в одном из моих проектов – отель в Карелии теряет клиентов. Не резко, но уверенно и стабильно.
– Роман Дмитрич, это временное снижение активности. Лето только начинается, – Марк, мой финансовый аналитик, задумчиво крутит ручку в пальцах. – Народ ещё не проснулся. Подожмём таргетинг, подтянем конверсии…
– Конверсии он подтянет. Марк, у нас минус тридцать процентов по сравнению с прошлым сезоном, и это за три недели. Это катастрофа, а не снижение активности. Если где-то упал спрос, значит где-то он вырос. Найдите!
– Уже. Мы запрашивали обратную связь от клиентов, и, согласно свежим данным, значительная часть потенциальных гостей выбирает…
Он замолкает. Остальные в кабинете переглядываются.
– Марк, кончай со мной заигрывать, я тебе не за интригу плачу. Что выбирают? – Требовательно вздёргиваю бровь.
– Малиновку.
– Чего?