Савако Натори – Книжный магазинчик по пятницам. Лето (страница 3)

– Не любишь ужасы?

Глаза Саё наполнились слезами, её короткие волосы выбились из-под повязки и торчали в разные стороны.

– Не люблю. И вообще…

– Не очень любишь читать в целом?

Влажные глаза Саё беспокойно забегали. Её рот то открывался, то закрывался, а ноздри раздувались. Она была похожа на бельчонка. Едва сдержав смех, я признался.

– На самом деле я всегда не любил книги, точнее, ничего в них не понимал, поэтому никогда и не читал. Когда заходишь в книжный, не можешь сосредоточиться и чувствуешь себя подавленным от огромного количества книг. Я понимаю это чувство.

Когда я увидел выражение лица Саё и то, как она посмотрела на меня, стоя перед книжными полками, я сразу понял, что мы с ней товарищи.

Саё, казалось, поверила мне, она облегчённо вздохнула и заговорила более непринуждённым тоном.

– Вот как! В книжных работают и те, кто не любит книги?

– Эм, да. Но вообще я начинаю потихоньку приобщаться к чтению.

– Хм. А почему?

Саё склонила голову набок, словно бельчонок в ожидании еды, но я не мог признаться ей, что просто с первого взгляда влюбился в управляющую, поэтому ответил вопросом на вопрос:

– А ты почему хочешь организовать читательский клуб, Тодзэн?

– Потому что именно в нём я вижу идеальную юность.

– Юность? – переспросил я, отчего с носа сползли очки.

Саё, казалось, совсем не смутилась: положила книгу в задний карман рюкзака и направилась к турникету.

– Кураи, если вы свободны, можете сейчас пойти со мной в школу?

Очки снова сползли у меня с носа. Я боялся, что прогулка с такой юной девушкой – хоть она и училась в старшей школе, но выглядела младше своего возраста – может показаться подозрительной.

– Но я не участник Пятничного книжного клуба и не выпускник школы Нохары.

– Ничего-ничего. Кто угодно подойдёт, лишь бы не идти одной. Прошу вас, Кураи. – Саё сложила ладони в молитвенном жесте и поклонилась. – Я боюсь идти к учителю Отохе одна. Стоит представить, что будет, если ничего не получится, голова идёт кругом…

– Эм, ну… Если я могу…

У меня не оставалось другого выбора, кроме как пройти вместе с Саё через турникет и, перейдя через шоссе, пойти в сторону горы.

Вдоль заасфальтированной горной дороги для велосипедов и автобусов тянулся тротуар с ограждениями. Я и не заметил этого, когда впервые ехал в старшую школу Нохары.

Саё вскоре начала прерывисто дышать, а её плечи задрожали. Тем не менее, то ли от напряжения, вызванного предстоящей встречей с учителем Отохой, то ли чтобы забыть о жаре, то ли просто в силу своего возраста, она не прекращала говорить.

– У меня было предчувствие, что, когда я пойду в старшую школу, мне вдруг откроется какой-то новый и интересный мир. Я думала, что школьная жизнь будет чередой событий, отражающих суть юности.

– Ты про ту самую «юность»? Вроде «стать беззаботным, как ветер»?

– Это строчка из какой-то песни?

– Нет, название романа, который я недавно прочёл. Даже захотелось после этого вступить в школьный клуб.

– Ого, – рассеянно ответила Саё, не вникая в суть сказанного. Казалось, её переполняли мысли и она хотела выплеснуть наружу слова, копившиеся в глубине души.

– У меня нет внеклассных занятий, которым я хотела бы себя посвятить, я не могу найти друзей, с которыми хотела бы проводить время, и дни текут без ощущения той самой «юности».

– Но это же гигантская школа, где учатся тысячи учеников, верно?

Саё обернулась. Её маленький носик возмущённо пыхтел.

– Так и есть! У нас двадцать пять классов первокурсников. Там так много учеников моего возраста, что я даже не помню их лиц. Но разве не странно, что я до сих пор не могу встретить интересных ребят? Почему? Может, потому что я ужасно скучная?

Саё обречённо вздохнула и заложила руки за голову.

– Для меня образ «юности» – это «Девочка, покорившая время». Это аниме показывают по телевизору летом. Я смотрю его каждый год.

Саё говорила об аниме режиссёра Хосоды Мамору. Я хотел рассказать ей о романе «Девочка, покорившая время» Ясутаки Цуцуи, который лёг в основу аниме, но сдержался.

– Прыжок во времени? Люди из будущего? Что-то вроде научно-фантастической юности?

– Совсем нет. Я хочу сказать, что юность – словно полностью выжатый лимон. Хочется жить каждый день ярко, выходя за рамки. Хочется чувствовать молодость и наслаждаться ею.

– Неужели, по-твоему, молодость настолько яркая?

Я вспомнил свои школьные годы, и на душе стало тоскливо. Единственным, что запомнилось, были электрогитара, которую я купил, но даже не смог как следует настроить, и золотые пуговицы на школьной форме. Да и потом, в университете, если бы я не переехал в новый кампус на третьем курсе и не начал подрабатывать в «Кинъёдо», я бы, наверное, не почувствовал этого света. Да. Теперь я понимал, что имела в виду улыбающаяся Макино.

Я потряс головой, пытаясь отогнать нахлынувшие воспоминания о тёмных временах. Саё повернулась ко мне, её щёки слегка покраснели.

– В какой-то момент я почти сдалась. Такая молодость всё-таки плод моей фантазии. Но потом, когда мне стало скучно, я зашла в библиотеку и нашла кое-что. Настоящее воплощение «юности».

– И это…

Я не успел озвучить своё предположение, как Саё кивнула:

– Выпускные альбомы нашей школы. Я пересматривала за разные годы, но поколение сотрудников «Кинъёдо» было, безусловно, самым «юным». В этом клубе состояли только яркие личности, он напомнил мне «Девочку, покорившую время». Именно этого я и хочу.

– Как можно это понять, просто взглянув на школьную фотографию?

– Я думаю, вы бы согласились со мной, Кураи, если бы увидели этот альбом, – решительно заявила Саё и вцепилась в лямки рюкзака, словно старалась сдержать эмоции.

– Узнав от старшей сестры Мадоки, что учитель Отоха был тогда наставником клуба, я просто не смогла сдержаться и решила последовать их примеру. Я поговорила с несколькими учениками и взяла с них обещание присоединиться к читательскому клубу, когда он откроется. Так что теперь всё зависит от ответа учителя. Моя юность зависит от него.

Пока Саё самозабвенно говорила, рядом с нами медленно проехал автобус, который курсирует между станцией и школой Нохары. Саё, посмотрев ему вслед, воскликнула, широко раскрыв глаза:

– Учитель Отоха!

– Что?

– Там в автобусе едет учитель Отоха. Что же теперь делать? Он уезжает!

Проследив за взглядом Саё, я посмотрел на автобус. Мужчина на заднем сиденье… Это тот самый учитель Отоха? Внезапно в моей голове соединились два образа: удаляющийся автобус и силуэт Макино. Я хотел догнать то, что невозможно. Глупое желание, но мне было не смешно. И всё-таки, если я перестал бы верить, лучше мне от этого не стало бы. Я схватил почти рыдающую Саё за плечи и сказал:

– Догоним.

– Автобус? Мы?

– Ага. Попытаемся сделать что-то, что невозможно. Это тоже «юность», Тодзэн.

Я испытывал вину перед Саё за то, что надавил на её больное место, но, возможно, это убедило её, потому что она сразу сосредоточилась и сказала: «Хорошо». Она закинула рюкзак на спину и посмотрела на автобус.

– Обязательно догоню, – пробормотала она, словно старалась подбодрить себя, и побежала. И, должен сказать, довольно быстро. Я бросился следом за ней по дорожке, по которой мы только что поднимались.

В итоге Саё одержала победу и догнала учителя Отоху. Он вышел на следующей остановке – «Кладбище Нохары». Слава небесам. Если бы он поехал до станции «Нохара», не думаю, что я бы успел, не говоря уже о Саё.

Она обернулась, на кончике её носа блестели капельки пота. Правую половину лица окрасили лучи закатного солнца.

– Посещает чью-то могилу?

Мы замешкались, а учитель тем временем продолжил путь к кладбищу. Мы следовали за ним на расстоянии, смотря на его сгорбленную спину. Его волосы отросли и выглядели грязными. Интересно, он был таким и во времена наставничества?

Дойдя до кладбища, мы увидели ровные ряды надгробий. Каждая могила по форме напоминала другую, поэтому их трудно было различить. Учитель Отоха продолжал идти прямо.

– Кажется, он знает, куда идёт.

– Ага. Может, на семейную могилу? Хотя у него ни цветов, ни воды.