Сати Харлан – Край Мерцающей пыли (страница 12)

– Узколобая.

– Что? Нормальный у меня лоб! – Я невольно ощупала ладонью мокрый лоб.

Винсент удивленно выгнул бровь.

– Еще и глупая.

– Заносчивый сухарь.

– Грубиянка.

– Упырь.

– Повторяешься, бестолочь.

– Довольно! – Безразличное ко всему лицо целителя исказила гримаса гнева. Вокруг Кэннура сгустились и заплясали мрачные тени. – Видит Бездна, еще слово, и я отправлю вас в глубокий сон до самой столицы! Ясно?!

– Ясно.

Винсент презрительно оглядел меня, поглаживая глубокий вырез своей свободной рубахи.

Несмотря на закипевшую во мне злость, выплеснутые эмоции заставили меня почувствовать себя немного лучше. Во всяком случае, магия не пыталась связать узлом кишки, а лишь ощутимо крутила мышцы и давила на кости.

– Что со мной? – тихо спросила я у Себастьяна.

– Незавершенное слияние с даром. – Себастьян глянул на развалившегося Ди-Горна. Винсент закрыл глаза, делая вид, что спит. – Обычно слияние происходит, едва ребенок начинает ходить, но у тебя этот процесс затянулся. – Граф задумался. – Предположу, что причина всему – ты. Ты сдерживаешь ее и не даешь ей свободно циркулировать по магическим протокам. Ядро в твоей груди периодически дает о себе знать и пробивает путь силой, вырабатывая как можно больше магических частиц. Не привыкшее к такому количеству магии тело отзывается болью, видя в этом угрозу для жизни.

– Сегодня было больнее, – сипло подметила я, не понимая и половины из сказанных им слов.

– Думаю, что виной всему моя магия и ряд эмоциональных потрясений.

Я вскинула голову.

– Причем тут ваша магия?

Кэннур повторил свою жуткую неестественную улыбку.

– Сколько же ты еще не знаешь о мире, в котором живешь.

Тело после магического всплеска медленно тонуло в тяжелой усталости, и я смиренно припала к окну, не зацепляясь за мысль, что Себастьян ушел от ответа.

– Я смогу помочь тебе со слиянием.

Что-то не хочется мне принимать от Кэннура помощь. Поежилась. Но я так устала от рвущей мое нутро силы, что соглашусь выпить любую дрянь, что он мне предложит.

– Как это будет происходить?

– Есть много способов. Нужно время, чтобы подобрать для тебя более подходящий. Но, учитывая, как магия терзает тебя, я склоняюсь к самому быстрому.

– Как? – коротко спросила, не в силах справляться с отяжелевшими веками.

– Отложим этот разговор до прибытия в Тиррион. Сейчас тебе надо отдохнуть.

– Хорошо.

Я позволила себе упасть в сон.

Оставшиеся пару дней до столицы мы почти не разговаривали. Ди-Горн жил в своих мыслях, а Себастьян бездвижно сидел в углу, напоминая мрачную куклу. Изредка мы заезжали в трактиры, чтобы поесть и умыться. Подозреваю, что Себастьян все-таки напоил меня той дрянью, подмешав в еду, ибо большую часть дороги я проспала.

Глава 5

На яркие загородные усадьбы вблизи столицы я смотрела с открытым ртом, а от вида самого Тирриона моя челюсть вовсе упала на пол. Высокие дома, выложенные крупным серым камнем, в три, а то и в четыре этажа, расположились вдоль мощеной широкой улицы. Встречались и маленькие домики – лавки. Цветные вывески, стеклянные витрины демонстрировали всевозможные товары: вышитые цветными нитками пестрые плащи, позолоченные подсвечники и наборы для письма, готовую выпечку с белыми шапками крема, целительские травы, клинки из черной стали, так же, на первый взгляд, неприметные блеклые вещицы – артефакты.

Между зданиями раскидывали свои шапки невысокие лиственные деревья. В их тени играли дети с полупрозрачными белыми бабочками. Маленькие ручки пролетали мимо неосязаемых крылышек, спугивая призрачных красавиц с ютившихся рядом цветочных кустов.

По улицам бегали люди в уже знакомой мне простой одежде. Они спешили по своим делам, едва обращая внимание друг на друга. Подобно легким перышкам, проплывали молодые девушки в шляпках и воздушных нежных платьях. Звонко хихикая, они демонстрировали белоснежные улыбки и обмахивались полумесяцами из разнообразных тканей и материалов: щелка, перьев, аккуратных маленьких дощечек с замысловатым рисунком.

Мимо сновали повозки с запряженными лошадьми и восседающими на них пузатыми пожилыми кучерами. Высаживая пассажиров и подбирая новых, они с важным видом держали поводья, отпуская их лишь для того, чтобы взять плату или поправить высокую шляпу.

А вот и сухонькие старушки. Одни, укутавшись в пледы, пьют чай на балконах с ажурными стальными перилами. Другие, придерживая больную спину, собирают разложенный по обочинам товар: потертые книги, полевые поникшие цветы, щетки и жир для обуви.

– Старушки, – на выдохе шепнула я, жадно рассматривая каждую седую голову.

Винсент покосился в окно и дернул уголком губ.

– Стариков боишься?

Я глубоко вдохнула, гася нарастающее раздражение.

– Средняя продолжительность жизни человека, работающего на сборе мерцающей пыли, – около сорока лет, – холодно пояснил Себастьян.

Я кивнула его словам, не отрывая взгляда от скрюченных медлительных фигур, и добавила:

– До старости доживают лишь те, кто не работает с пылью. В Яме всего три старика. Захар – Старший. Бабушка Элья – повитуха. И травница.

По имени ее никто не называл, да и, признаться, меня это не интересовало.

Ди-Горн свел широкие брови на высокой переносице и потер костяшками угол челюсти. Почистив горло, он отвел взгляд в окно и, смотря на стариков, хрипло выдавил:

– Не знал.

Тихо фыркнула.

Карета остановилась напротив высокого здания из темно-коричневого гладкого камня. Центральный вход украшали две колонны, доходившие до пологой крыши, и надпись, высеченная в камне над широкой дверью, – «Магическая канцелярия».

– Пошли, Дэлла. Нас уже ждут.

Кэннур по привычке открыл дверь, используя жесты.

– А Винсент?

Брови защитника подскочили в удивлении, да я сама не ожидала от себя такого вопроса. От Себастьяна у меня бегали мурашки. А проведя с ним несколько дней бок о бок, нутро начинало кричать об опасности при приближении ко мне Кэннура. Сомневаюсь, что у целителей есть тьма за спиной. Идти с ним в незнакомое место в чужом городе не хотелось.

– Винсент останется.

Кэннур покинул карету и, не дожидаясь меня, направился в канцелярию.

Бросив молящий взгляд на Винсента, я посеменила за графом.

«Трусишка», – успела я прочитать по улыбающимся губам молодого защитника.

Догнав Себастьяна у самых дверей, пригладила волосы и отряхнула платье, пытаясь придать себе хоть более-менее приличный вид.

В холле, оформленном в темно-бордовых тонах, нас встретил разодетый в золотую рясу старик.

Трясшиеся руки отложили пергамент и, неспешно расположив локти на блестящем столе из красного дерева, сцепились в замок. Тяжелый взгляд светло-карих глаз прошелся по опоздавшим гостям.

– Доброго вечера, граф Кэннур. – Пожилой мужчина, сидя на стуле, раздраженно поджал губы. – Артефакт-переноса занят. Попрошу вас обождать.

– Доброго вечера, секретарь. У меня назначена встреча с Малым академическим советом. – Себастьян окинул взором пустой холл.

Старик глянул на меня из-под седых бровей и задержался на веснушках.

Я постаралась натянуть губы в чуждой мне приветливой улыбке.

Сердце быстро забилось. Его внимание к моему лицу будило опасения неизбежности презрительного отношения и вдали от Ямы.

Карие глаза потеплели, и мужчина улыбнулся в ответ. Душа наполнилась звонкой радостью, заставляя мои губы растянуться шире.