Саша Зайцева – Госпожа Марика в бегах (страница 26)

Госпожа Молинари явилась на встречу в назначенный предзакатный час. Собранная и сдержанная, внимательно выслушала все галантности, пропустила мимо ушей более двусмысленные комплименты, на чем Ройс выдохся и перестал пускать пыль в глаза.

Памятуя о «везучести», которую приносила ему эта барышня, Ройс серьезно задумался: тащить ее к Тиллю, старому проверенному «частному банкиру» или не светить его контору перед небом и бесами, а сплавить простому ростовщику, каких много и в торговом районе. В итоге решил рискнуть, тем более что вторая часть плана требовала особой обстановки. Вполне вероятно, что за ней уже ходит хвост, и проследить это гораздо проще в темных переулках.

Не вполне приличный район на окраине Купеческого и Ветошного — это вам даже не квартал Маро с его декадентством и богемой. Тут надо держать ухо востро и револьвер наготове. Все складывалось почти идеально. Старый друг встретил их в дверях, радушно улыбаясь и уверяя в почтении. Облобызал ручку даме и предложил свежезаваренного чая. Та на брызжущее добродушие не очень-то велась, от напитков отказалась, но на стульчик присела. Тут бы процентщику оценить ситуацию, но видимо Ройс слишком расплывчато отрекомендовал барышню. Да и она вела себя скромной пансионеркой в стесненных обстоятельствах.

— Итак, оценив ваши затруднения, могу предложить вам решить все под двадцать процентов. Только для знакомой господина Клебера, — он приложил руку к сердцу. — И только по старой дружбе.

Девушка, изобразила удивление, но помолчав, согласилась. Пока Тилль суетился с бумагами, она даже чай к себе придвинула, а Ройс, усевшись на соседний стул довольно улыбнулся.

— Вот видите, сударыня, я же говорил. Все не так страшно и не стоит хмурить ваш светлый лик!

— Спасибо, господин Клебер. Я действительно вам признательна, — она так мило смущалась, когда благодарила. — И простите за некоторые мои слова сказанные сгоряча в ваш адрес…

— Оставьте. Все мы иногда ошибаемся, коль поспешно судим.

И в этот момент:

— Месье Тилль, я полагаю это ошибка? — громко произнесла госпожа Мариэлла, когда взгляд ее упал на один из листов договора. Ройс заподозрил неладное. Только не это, неужели решил пожадничать и нажиться именно сейчас, когда ему важно, чтоб все прошло быстро и гладко…

— Что вы сударыня! У меня все как в аптеке, точно до грамма, точнее дайма!

— В таком случае, как вы объясните цифру в двести сорок процентов годовых? — Ройс чуть не взвыл от досады.

— Какие двести сорок! Но мы же с вами обсудили все — двадцать процентов.

— В месяц. Думаете, я две цифры помножить не могу? Где вы такие ставки видели? — и уже к Ройсу. — Я поспешила с суждениями на ваш счет.

— Сударыня, да что вы! Неужели я, старый дурак, ошибся? Так нет, все правильно! Двадцать процентов, вы верно что-то путаете. Давайте я подолью вам горяченького чайку… — закудахтал процентщик.

Разгневанная синьорина, демонстрируя свой южный темперамент, поднялась со стула и решительно двинулась на выход, Ройсу оставалось только вскочить следом и отчаянно жестикулируя призвать ростовщика к действиям.

— Мадмуазель, быть может, вы не правы? Двадцать процентов годовых — звучит сказочно. Мы же с вами не в Ансель-банке!

— Послушайте вы, господин Клебер, антрепренер… со стажем, — синие глаза сузились и полыхнули ледяным светом. — Вы что, за селянку меня тут держите? Думаете, я за сутки не могла расспросить о расценках? Я знаю стандартные ставки и условия. Привели меня, — она с негодованием огляделась, — к какому-то мерзавцу, небось сговорились с ним…

— Госпожа Молинари, месье Клебер тут совершенно не причем, — безмятежно улыбаясь, сказал Тилль. — Это моя и лишь моя инициатива. Маленькая проверка.

— Проверка?!

— Посудите сами: приходит ко мне старинный друг, просит принять даму, — голос месье Тилля изменился, исчезла суетливость, проступил делец и профессионал. — Кредит, пусть и небольшой, без обеспечения, на длительное время… Знаете, сколько я таких историй видел? Когда угодно, где угодно, что угодно. Лишь бы добыть, перезанять. А как отдавать — не имеет значения. Будем считать, я проверял вашу сознательность.

— И как, проверили?

— Проверил. Вы принципиальная и разборчивая барышня, крайне неудобная для «мерзавцев», но мне кажется, мы найдем общий язык. Посмотрите, я подготовил бумаги.

Она недоверчиво глянула на ростовщика, но бумаги все же взяла и села к окну перепроверять. Читала медленно, вдумчиво. Потом отодвинула листы и серьезно сказала.

— Все равно ряд не сходится. Я же описала вам ситуацию. Максимум пятнадцать даймов в день, хоть я и надеюсь в ближайшее время поправить свое положение, десять-одиннадцать на расходы итого четыре дайма в день — это все свободные средства на обслуживание и погашение кредита, которыми я располагаю. А тут пять с половиной…

Ройс мог только молча наблюдать этот диалог. Сходится? Не сходится? Это она все в уме считает? Они договорятся? Голова и без того раскалывается!

— Я все понимаю, и могу уменьшить процентную ставку, но в таком случае попрошу сократить время выплаты по кредиту. Шесть месяцев и семьдесят процентов годовых.

— Я согласна.

Удержав вздох облегчения, Ройс залпом допил остывший чай. Нельзя же так с контуженными.

Глава 6

Город бурлил, вздувался как вот эта сырная корочка на горшочке с жарким, что дымилось на столе. Вдыхая густой аромат свинины, щедро сдобренной специями и пряными травами, можно было на секунду забыть о деле, но все же лишь на секунду. Все идет по плану: журналисты проглотили наживку и теперь только ленивый паралитик не писал о бедной куколке Густав, загадочных трупах и беспомощности полиции. Надо подбросить еще немного в топку слухов — например, о милых сестричках-двойняшках из пригорода или о той падчерице… Да, падчерица, двойняшки — это хорошо, есть за что зацепиться и где разгуляться фантазии и сочувствию.

Но, кажется, капитан решил сегодня изменить своей привычке и отужинать в другом месте. Тем хуже. Ему. Готовят здесь изумительно.

Поиграть с ним еще немного? Больно уж интересный противник. Молод, азартен, умен, не чурается никаких методов воздействия. Правда при этаком букете достоинств недостатки перекрывают их с лихвой — тщеславен, не терпит конкуренции, в командной работе дает более слабые результаты. На этих струнах может играть любой, даже не самый талантливый музыкант. Правда, какую мелодию?

Попробовать настроить инструмент под свой оркестр? Или отправить негодную деревяшку в камин?

Жаль, на все эти развлечения осталось не так много времени, пару недель, не больше. После будут уже иные заботы, иные масштабы и капитан с большим самомнением канет в лету. В следующем акте пьесы фальшивых нот не потерпят.

А пока увертюра. Торопиться не хочется, это как с десертом. Его приносят в конце, на тончайшем фарфоре, в обрамлении нежных мягких ягод и ломких карамельных узоров. И ты сначала ешь его глазами, потом представляешь все оттенки вкуса и лишь тогда пробуешь.

— Спасибо, Себастьян.

Как бы неучтиво это не выглядело, но провожать госпожу Молинари Ройс не стал. Распрощавшись с девушкой у дверей, он нырнул обратно в сумрак конторы ростовщика и приготовился выждать с минуту. Улица отлично просматривалась: вот она повертела растеряно головой, оглянулась, но все же сориентировалась в малознакомом месте и зашагала точно в сторону проспекта. Замечательно.

— Хваткая мадам, — сказал за спиной старина Тилль. — У тебя на нее большие планы? Я бы…

— На нее у всех большие планы. Даже не суйся.

Друг понятливо промолчал, а капитан, кивнув на прощание, двинулся следом за объектом.

Все шло как по маслу. Как и предполагал, «хвост» обнаружился почти сразу. Неприметный коренастый мужчина трусил следом за девушкой, синхронно притормаживал и отворачивался, стоило ей обернуться на какой-нибудь резкий шум городской жизни. Попался голубчик! Капитан потирал в предвкушении руки. Будет кого допросить, перебьемся и без ваших тайных знаний, господа маги. Но когда с соседней улицы нарисовались еще двое крепко сбитых любопытствующих и присоединились к «хвосту», Ройс заподозрил неладное.

Допустим это похитители, на их месте капитан бы затолкал девушку в повозку и был таков. Для этого нужен один отвлекающий, один принимающий и возница. Можно управиться и вдвоем, но это все теория. А реальность такова, что эта умница подцепила где-то трех бомбил, которым вообще нет дела до ее магического прошлого. Будущее тоже теперь под вопросом. Потому как справиться одному с этими мордоворотами будет очень непросто, и мадемуазель задачи не упрощает — идет себе, ворон считает, свернула в какую-то сомнительную подворотню…

Ну все, развязка близка. Еще спина эта… Сударыня, вы будете мне должны, ох, как должны!

Когда фигуры мужчин полностью закрыли обзор узенькой улочки, Ройс уже не таясь перешел на бег, на ходу доставая оружие. Тут главное, чтоб не сразу прирезали, а решили поиграться. Вопрос: голодны ли коты и на кой им эта костлявая мышка.

Первый выстрел удачный, была возможность спокойно прицелиться — мишень увлеченно знакомится с объектом, встали удобно, не кучкуются, молодцы. Второй хуже — ранение, и на сцене появляются новые действующие лица. Сцепившись с грабителем, всегда помни о напарниках. Нападать со спины непорядочно, но я, ребята, не в обиде. Все понимаю, работа такая.