Саша Вей – Служебный приворот 2. Дорога через корпоративный ад (страница 2)

Зоя сделала шаг ко мне. Ее движения утратили резкость хакера — теперь это была текучая, тягучая грация хищницы, изнывающей от голода.

— Макс.… — выдохнула она, и этот звук, низкий, с вибрирующей хрипотцой, ударил по моим натянутым нервам, как смычок по струне виолончели. — Оно жжет. Оно сводит меня с ума...

Мне не нужны были слова. Я отбросил разводной ключ — он с лязгом покатился по ковролину. Мои руки, грубые, покрытые ссадинами, легли на ее талию. Зоя издала долгий, дрожащий стон, едва мои пальцы соприкоснулись с ее кожей сквозь тонкий шелк. Между нашими телами проскочила видимая золотая искра, и этот контакт замкнул цепь. Нас швырнуло друг к другу с магнитной неизбежностью.

Я прижал ее к чудом уцелевшему краю массивного дубового стола. Столкновение наших губ было жестким, почти отчаянным. Это был поцелуй выживших, жаждущих выпить дыхание друг друга. Я сминал ее губы, чувствуя вкус крови и горького кофе, пока ее пальцы жадно, до боли впивались в мои плечи, срывая остатки рубашки.

Каждое прикосновение было сродни удару тока. Магия внутри нас искала синтеза, требуя полного, абсолютного слияния. Я подхватил Зою под бедра, и она одним гибким, властным движением закинула ноги мне на поясницу, обхватывая меня, притягивая еще ближе. Ее легинсы скользнули вниз, обнажая горячую, влажную от возбуждения кожу.

Холод полированного дерева под ее спиной и обжигающий жар моего тела свели ее с ума. Зоя выгнулась дугой, подставляя обнаженную грудь моим губам. Я покрывал поцелуями ее шею, ключицы, следуя языком по мерцающим золотым линиям под ее кожей. Там, где мои губы касались магического узора, энергия вспыхивала ярче, отдаваясь спазмами наслаждения внизу моего собственного живота.

Когда я вошел в нее, мир за пределами переговорной перестал существовать. Зоя вскрикнула, запрокинув голову, ее крик эхом отразился от бетонных стен Башни, бросая вызов этому мертвому зданию. Проникновение было настолько глубоким, что стерло грань между нашими телами. Мы выжигали из себя стерильный морок Стеклянной Башни первобытным, пульсирующим ритмом нашей страсти.

Я двигался в ней жестко, неумолимо, вколачивая каждый толчок в массивный стол. Зоя отвечала мне с яростной, страстной отдачей. Ее ногти оставляли глубокие царапины на моей спине, ее внутренние мышцы сжимались вокруг меня, пульсируя в идеальной синхронии с золотой магией. Слияние наших аур создало вокруг нас мерцающий, плотный кокон. Воздух пропитался тяжелым, терпким мускусом и запахом раскаленной плоти.

Каждое движение приближало нас к неизбежному взрыву. Напряжение свернулось внутри тугой спиралью. Зоя зарыдала от избытка чувств, ее бедра задрожали в неконтролируемом спазме долгого, многократного оргазма. Я почувствовал, как ее наслаждение передается мне через ту самую магическую цепь, и, издав глухой, звериный рык, излился в нее. Золотые лабиринты на наших телах полыхнули в последний раз ослепительной вспышкой и медленно начали угасать, оставляя после себя блаженную, опустошающую усталость.

Мы тяжело дышали, прижавшись друг к другу среди хаоса переговорной. Мое лицо было зарыто в ее влажные волосы, сердце колотилось где-то в горле. Энергия, наконец, успокоилась, свернувшись теплой, сытой змеей на дне подсознания. Мы снова стали просто мужчиной и женщиной.

И именно в этот момент хрупкой, обнаженной уязвимости тишину разорвал звук.

Медленные, размеренные, издевательски громкие аплодисменты.

Я резко обернулся, инстинктивно задвигая тяжело дышащую Зою себе за спину и нащупывая на полу разводной ключ.

У двустворчатых дверей, которые бесшумно разъехались в стороны, стоял он. Человек в безупречно скроенном светло-сером костюме. Господин Исполнительный Директор. Тот самый, что поджидал нас утром у фабрики. На его лице не было ни смущения, ни возмущения увиденным. В его темных глазах плескалось холодное, эстетское восхищение коллекционера, наблюдающего за спариванием редких, породистых зверей в террариуме.

— Браво, — его голос, гладкий как шелк, обволакивал, проникая под кожу. — Какая восхитительная, первобытная витальность. Ваша способность сублимировать разрушительную энергию через плотские утехи просто... феноменальна. Вы заземлились. Блестящее решение для излишков магического потенциала.

Зоя спешно накинула блузку, ее лицо побледнело, но глаза сузились от ярости. Я сжал ключ так, что побелели костяшки.

— Вызов был вашей проверкой, — процедил я, шагнув вперед. — Элементаль. Топ-менеджер. Все это дерьмо. Вы просто смотрели, как мы справимся.

Директор элегантно поправил манжету.

— Назовем это входным тестированием, Максим. И вы прошли его с ослепительным успехом. Вы доказали, что умеете не только ломать, но и усваивать корпоративные активы. — Он прошелся по кабинету, его дорогие туфли неслышно ступали по ковролину. — Но у всякого успеха есть своя цена. Вы ведь не думали, что можете просто прийти в Стеклянную Башню, впитать магию стоимостью в миллиарды и остаться вольными художниками?

— Мы уходим, — отрезала Зоя, подбирая с пола ноутбук. — Деньги на счете. Контракт закрыт.

Директор тихо, мягко рассмеялся. Этот смех не предвещал ничего хорошего. Он остановился в центре комнаты и медленно, с садистским изяществом, щелкнул пальцами.

В ту же секунду мир вокруг меня сузился до размера игольного ушка.

Воздух выбило из легких. Я рухнул на колени, выронив ключ. Золотой лабиринт на моей груди, который минуту назад дарил мне экстаз, внезапно превратился в раскаленную проволоку. Магия внутри меня сжалась, а затем метнулась к горлу.

Я почувствовал, как вокруг моей шеи физически, неумолимо стягивается невидимая удавка. Она была холодной, тяжелой, пахнущей пластиком и чернилами. Я схватился за горло, пытаясь разорвать путы, но пальцы хватали лишь пустоту. Рядом со мной, задыхаясь и широко распахнув глаза от ужаса, упала на пол Зоя. Невидимый ошейник сдавил и ее.

— Что... вы... сделали... — прохрипел я, чувствуя, как кровь стучит в висках.

Исполнительный Директор подошел ближе. Он присел на корточки, оказавшись лицом к лицу с нами. Его запах дорогого парфюма сейчас казался тошнотворным.

— Я вас трудоустроил, — ласково проворковал он, глядя, как мы боремся за каждый вдох. — То, что сейчас сжимает ваши очаровательные, еще влажные от пота шеи — это корпоративный бейдж. Допуск высшего уровня. Он вшит прямо в вашу ауру, в ту самую золотую магию, которую вы так неосторожно в себя впустили.

Он поднялся, глядя на нас сверху вниз, как на поверженных рабов. Давление на шее чуть ослабло, позволяя нам сделать судорожный вдох, но тяжесть ошейника никуда не исчезла.

— Вы больше не фрилансеры. Вы в штате «Департамента Снабжения». И если вы попытаетесь покинуть территорию Стеклянной Башни без моего приказа... — он сделал театральную паузу, и его глаза потемнели. — Магия внутри вас детонирует. Вы не просто умрете. Вы выгорите дотла, превратившись в кучки пепла на ковролине. Добро пожаловать в команду, Максим, Зоя. Ваш первый рабочий день только что начался. У нас в подвале сломался сервер. И я настоятельно рекомендую вам его починить.

Мы остались стоять на коленях, обнаженные перед жестокой правдой. Мы вырвались из шелковых путей похоти лишь для того, чтобы добровольно надеть на себя строгий, безжалостный галстук корпоративного рабства. И на этот раз разводной ключ не мог перерезать эту удавку.

Глава 3.

Тяжелые створки дверей из матового стекла бесшумно сомкнулись за спиной Исполнительного Директора, отрезав нас от внешнего мира. Щелчок электронного замка прозвучал как выстрел в висок.

Мы остались одни в разгромленной переговорной. Иллюзия нашей свободы, пьянившая нас еще полчаса назад, развеялась, оставив после себя лишь горький вкус пепла и фантомную, удушающую тяжесть на шее. Невидимый корпоративный бейдж, вшитый прямо в наши ауры, пульсировал в такт биению сердца. Стоило мне подумать о том, чтобы разбить окно и попытаться сбежать, как горло перехватывал ледяной, синтетический спазм, лишающий кислорода. Башня взяла нас на поводок.

Директор оставил нам четкие инструкции. Глубоко в подвалах Башни, на циклопическом уровне «Архив», находилось Серверное Ядро — пульсирующее сердце корпорации, сплетающее миллионы контрактов и человеческих судеб в единую сеть. Ядро дало сбой. Мы должны были спуститься туда и провести «жесткую перезагрузку». Откажемся — умрем. Попытаемся сбежать — сгорим изнутри.

Я тяжело поднялся с колен, опираясь о край искореженного стола. Золотой лабиринт, прожженный магией под кожей на моей груди, больше не казался мне трофеем. Теперь это было клеймо. Я посмотрел на свои руки. Огрубевшие пальцы механика едва заметно дрожали.

Внутри меня разворачивалась пугающая, темная метаморфоза. Часть моего сознания, та самая, что привыкла к простой и честной жизни пролетария, кричала от ужаса. Но другая часть... Эта новая, отравленная золотой магией ведьм и корпоративной алчностью часть меня — наслаждалась. Когда я уничтожал Элементаля, я почувствовал вкус абсолютной, садистской власти. Мне понравилось ломать чужую волю. Мне понравилось быть вершителем судеб на этом этаже. Этот внутренний яд пугал меня до холодеющего пота. Если я поддамся этому кайфу, я превращусь в одного из тех бездушных пиджаков, что управляют Башней.