Саша Тетс – Семь грехов Шута (страница 7)

Заметив придорожную забегаловку, Андрей завернул к ней и купил большой стакан мерзейшего растворимого кофе. Шут на долю секунды прищурилась, на лице застыло нечитаемое выражение, но она промолчала.

Машина снова выехала на трассу, однако буквально через двадцать минут Шут внезапно потребовала:

— Сейчас будет съезд на просёлочную дорогу, заверните туда на минуту.

— Так срочно? — недовольно протянул Андрей.

— Да, — в тихом голосе звякнул металл. — Обязательно сверните именно там, развернитесь для выезда обратно и заглушите двигатель.

Что-то невнятно ворча, Андрей подчинился. Машина сбавила скорость, мягко скользнула в ухабистую колею, проехала, покачиваясь, несколько метров и стала заходить в поворот. Внедорожник легко развернулся в поле и остановился лобовым стеклом к дороге. Андрей покосился на Шута, и та выразительно приподняла бровь. С тяжёлым вздохом он повернул ключ зажигания, и автомобиль затих.

Он ждал, что Шут выйдет из машины, но она продолжала сидеть, не отрывая взгляда от дороги. Андрей не мог понять, что такого интересного она увидела на пустынной и тёмной трассе, но тоже взглянул в ту сторону. Ничего. Очень хотелось психануть, наорать на странную пассажирку и рвануть скорее на трассу, а по ней к Лидке. Рука потянулась к ключу, но на середине пути безвольно упала, мир вокруг стал внезапно темнее, а затем вообще пропал.

Андрей резко вскинулся, услышав впереди визг тормозов и скрип покрышек по асфальту. Он попытался резко крутануть руль, но заглушённый внедорожник крепко стоял на пустой просёлочной дороге.

Огромный большегруз, вылетевший на встречку, опасно накренился, но сумел выправиться и вернулся на свою полосу. Он уже отъехал на приличное расстояние, а Андрей продолжал смотреть на то место, где могла находиться его машина, если бы не настойчивое требование странного детектива.

— Вы… спасли нам жизни… — прошептал он внезапно севшим голосом.

— Вам — да, — просто согласилась Шут. — Вы должны были погибнуть на этом месте сегодня ночью. Но я здесь именно для того, чтобы путать заранее прописанный сюжет.

Сглотнув, Андрей покосился на неё, однако ничего не сказал. Он завёл машину и выехал обратно на трассу. Неловкое молчание грязной марлей висело в воздухе, пока его не прервало тихое: «Спасибо». Шут кивнула, и дышать сразу стало легче.

Через пару часов Андрея снова начал морить сон и, чтобы бороться с ним, он начал рассказывать про Лиду. Благо, его пассажирка выглядела до безобразия бодрой, и время от времени реагировала.

— Мы с Лидкой случайно познакомились. Её подружка на встречу первокурсников в наш вуз притащила, а я тогда уже на третьем курсе учился и был председателем профсоюза. Пришёл агитировать первашей вступать и сразу на Лидку внимание обратил. Наши все девчонки манерные, на каблуках, при макияже. Они ж на международных отношениях учатся, дипломатами готовятся стать! А Лидка простая такая пришла, с пучком на голове и чуть ли не в тапочках! Сидит, смотрит на меня, улыбается. Я тогда аж сам в улыбке расплылся. В тот день я к ней подойти не решился, но потом через ту её подружку номер телефона выпросил.

— Вы уже долго встречаетесь?

— Встречаемся всего год, до этого как друзья больше двух лет общались, Лидка всё морозилась, не подпускала к себе. Она же из деревни, её там запугали, что парней честных не осталось на свете, им лишь бы поиграться и бросить.

— А вы что?

— А я Лидку люблю, кто бы что ни говорил. Ей последний год отучиться осталось, для неё очень важно образование получить. Во втором семестре посмотрим, стоит ли ей в академ уходить, или попросим её маму, тётю Любу, помочь нам пару месяцев с ребёнком, если вдруг меня в командировку пошлют.

— Ваши родители не будут помогать?

— Однозначно нет, — Андрей невесело хмыкнул: — Матери вообще плевать на всё, что не касается моего старшего братца. Отец будет против моей свадьбы с Лидой. Он уже слюной брызжет, ядом плюётся и грозится меня наследства лишить из-за того, что я отказываюсь жениться на дочери какого-то там его партнёра по бизнесу. Кричит, что я сын неблагодарный, он-то всегда был готов меня из любой передряги вытащить, а я его бизнес не хочу спасать. Но только я в передряги не попадал никогда, в отличие от брата. А когда я два года назад не по своей вине в аварию попал, со мной только Лидка возилась. Я в коме провалялся неделю и мог инвалидом остаться, но она после пар каждый день в больницу неслась. Отец же пришёл один раз, посмотрел и ушёл. Зато с моим братцем-оболдуем он как с новым айфоном носится, а тот и рад стараться! На возмещение ущерба и взятки, чтобы его не посадили, большая часть денег и ушла. Но женить его насильно нельзя, мальчик тридцати четырёх лет от роду ещё не нагулялся!

Последнюю фразу Андрей выплюнул с такой злостью, что от предрассветной сонливости не осталось и следа. Он тряхнул головой, обогнал очередную фуру и на максимально разрешённой скорости понёсся вперёд.

Город не вынырнул из-за поворота внезапно. Он начал медленно обозначать свои границы робкими дачными участками, потом вырос до размеров пятиэтажек и, наконец, выстроился вдоль улиц тяжёлыми высотками. Машин стало больше, кое-где начали появляться заторы.

Внедорожник резко дёрнулся и завернул на парковку большого торгового центра. Андрей посмотрел на часы. Видимо, увиденное его удовлетворило, потому что он остановился недалеко от входа, включил аварийку и выскочил из машины, не объяснив причины.

Шут усмехнулась уголком губ и не последовала за ним. Откинувшись на удобную спинку кожаного кресла, она наблюдала за людьми, снующими вокруг. Несмотря на рабочий день, парковка быстро заполнилась автомобилями всех цветов и марок. Из них выходили, выползали и выпрыгивали серьёзные мужчины, уставшие с самого утра женщины и бодрые дети в запачканных комбинезончиках, которые матери только вчера постирали.

Детектив ещё не успела рассердиться на Андрея за внеплановую остановку, как он выбежал из магазина, на ходу засовывая что-то в карман куртки. Не став тратить время на объяснения, Андрей запрыгнул обратно на водительское сидение и погнал по указанному Шутом адресу.

Они быстро оказались в здании суда. Охранник в коридоре начал подниматься и открыл было рот, чтобы уточнить, к кому они, но грязно-серые глаза мельком взглянули на него, мелькнул в их глубине алый отблеск. Немолодой мужчина замер, словно натолкнулся на невидимую стену, и опустился обратно на стул будто ничего не произошло.

Шут вела Андрея по запутанным коридорам, безошибочно находя нужное направление. Несмотря на ранний час в здании уже вовсю суетились и сновали люди. Секретари и помощники подготавливали материалы для слушаний, жались по углам свидетели, мрачные приставы вели в залы подсудимых. Остановившись возле одной из дверей, Шут трижды постучала, и тонкая створка распахнулась.

В кабинете уже находился Борис, а средних лет судья заканчивала изучать содержимое грязно-белой папки. Секретарь судебного заседания первой подняла глаза от компьютера и уставилась на посетителей. Андрей чувствовал себя неловко, врываясь вот так, но Шут уже оказалась возле судьи, и ему пришлось подойти следом.

— Здравствуйте, Елена Олеговна, — Шут заговорила мягко, тихий голос проник в сознание. — Я адвокат Лидии Михайловны, и со мной свидетель защиты, — не дожидаясь вопроса пояснила она свою цель.

Судья едва заметно склонила голову на бок, короткие русые волосы с едва наметившейся сединой упали на лицо. Елена Олеговна оглядела вошедших. Каре-зелёные глаза надолго задержались на адвокате, но по лицу никак не получалось прочитать мысли судьи. По Андрею она и вовсе едва мазнула взглядом.

— Здравствуйте, — наконец заговорила она вполне миролюбиво. — Я, к сожалению, не услышала вашего имени, однако, если свидетелю есть, что сказать, я его выслушаю.

Шут посторонилась и, повернувшись к Андрею, кивнула. Тот выступил вперёд, сжал губы и начал твёрдо говорить, как будто выступал с трибуны:

— Меня зовут Краков Андрей Валерьевич, и я заявляю, что в момент совершения преступления обвиняемая находилась со мной и…

— Постойте, молодой человек, — судья остановила поток слов поднятием ладони. — Чтобы не произошло недопонимания, я сразу поясню. Против Лидии Михайловны ещё не был составлен обвинительный акт, пока она официально не обвиняемая, а лишь подозреваемая.

— Хорошо, я буду более внимателен в терминах, — Андрей понятливо кивнул и продолжил: — Как я уже сказал, Лидия Михайловна довольно много времени провела со мной, предварительно предупредив об этом врача, а после расставания вернулась на пост.

— С какой целью вы явились к подозреваемой на работу в столь позднее время?

— Ей с утра нужно было на учёбу, а её внезапно оставили на дежурство, поэтому я привёз четыре учебника, тетради и сменную одежду.

— Указанные свидетелем вещи действительно были обнаружены при обыске возле поста медсестры? — судья повернула голову к Борису.

Тот с видимой неохотой признал:

— Да, ваша честь.

— Помимо этого, — Андрей приободрился и перестал говорить как нудный диктор из телевизора, — Лиде не было никакого резона похищать чужого ребёнка, у нас с ней скоро свой будет.

— Она беременна? — брови Бориса поползли вверх, но он быстро взял себя в руки и вернул на лицо суровое выражение: — Почему Лидия Михайловна не сказала об этом на допросе?