Саша Керн – Завтрак для фанатки 2 (страница 2)
Яркие огни бульвара Уилшир встретили меня минут через тридцать, но теперь меня было не купить этим фальшивым блеском, я поворачивала на запад, туда, где находился тот, кто мог предложить утешение и понимающие объятия. Пусть ненадолго, но все же. Я знала, что там меня примут, пожалеют и подскажут, как быть дальше.
Мне хотелось смеяться и в тоже время было тошно от себя, от ситуации, от банальной измены, про которые можно прочитать в книгах или желтой прессе.
Мы столько раз обсуждали, и я думала, что смогу простить измену. И вот теперь… не могла. Не могла переступить через себя, через то, что у нас было, и жить дальше, будто ничего не произошло. Да, мы справились в прошлый раз, была виновата я, но ничего и не было, Том все выдумал. А теперь… я не могла найти аргументы для прощения.
Поэтому сколько бы я ни пыталась его оправдать и придумать что-то иное, не получалось. Я давно ждала этого, готовила себя к такой ситуации, но принять не могла. Для меня измена являлась чем-то большим, чем-то таким, что оглушает или убивает изнутри. Как будто наступил конец света, или конец «нас». Навсегда.
Я припарковала машину на дороге, достала чемодан и подошла к калитке с цветущими кустами гортензий. Маленький дом из красного кирпича, с классическими английскими окнами и низким заборчиком подмигивал парочкой освещенных окон. Открыв калитку, я шагнула на мощеную дорожку, вдоль которой цвели розы. Фонарь у входа, бросая блики на дверь, приглашал вторгнуться в размеренную жизнь друзей. Я осторожно нажала на звонок.
Дверь приоткрылась, и я встретилась с недоумевающим взглядом василькового цвета. Их обладатель точно не ожидал увидеть меня в этот час в дверях своего дома. В пижамных штанах в полоску и футболке с именем «Сиенна» он протянул руку, и я бросилась к нему на шею с рыданиями:
– Том!
Глава 2. Было когда-то…
Наверное, друзья нужны, чтобы в какой-то момент ты мог поделиться с ними тем, что тебя душит. Это прекрасно, когда есть такие люди, которые подставят плечо, обнимут, а не отправит к психологу, заметив, что у них есть проблемы поважнее сопливых платочков. Конечно, злоупотреблять ушами и жилеткой друзей не стоит, но иногда хорошо, что есть возможность выговориться или просто почувствовать поддержку.
У меня была такая жилетка – Том. И если в первую минуту в глазах у него отразился шок, в следующую он обнял меня, нежно похлопывая рукой по спине и, успокаивающе повторяя:
– Стася… Стася…
Осторожно прижал меня крепче к себе, балансируя на грани внутренних запретов, разрешающих впустить меня в свой новый мир. Конечно, я не имела права врываться к нему посреди ночи, но у меня было не так много знакомых, к которым я могла вот так кинуться в объятия. Поэтому я лишь бесшумно глотала слезы именно в его руках, и ждала, что он впустит меня к себе в дом.
– Что случилось? – наконец выдохнул Том, прерывая мои всхлипы.
Его сердце стучало ровно, хотя он гулко сглотнул, обнимая меня одной рукой, а второй он все еще придерживал дверь. Мой вздох прозвучал в ночной тишине шумно, задевая волоски возле уха Тома.
– Я ушла от Натана…
Страуд стиснул мои плечи, отодвигая от себя, и заглянул в заплаканные глаза.
– Что ты сделала? – не веря в то, что услышал, переспросил он.
– Я ушла, убежала, бросила его… – Меня начинала захватывать истерика после всего, что я пережила. Том наконец ожил и втянул меня в дом, закрывая за нами дверь.
– Всё. Слышишь? Всё… Успокойся… – Он погладил меня по плечам и тут же отстранился. – Черт, Стася!
Щелкнул замок у меня за спиной, Том шагнул назад и еще раз внимательно посмотрел, словно не веря, кто стоит перед ним, обнимая себя за плечи и тихонько всхлипывая. Хотелось выплеснуть все, что наболело, тут же на пороге, но я сдержала себя, решая не пугать его.
– Кто там, Том? – послышался женский голос откуда-то изнутри дома.
– Сейчас увидишь! – крикнул он в ответ, поправляя вытянутую футболку и пижамные штаны. Рука его потянулась к бороде, он почесал ее и снова взглянул на меня.
– Пошли в гостиную… Там есть мороженое и шоколад.
– Ты считаешь, что эти лекарства мне сейчас помогут? – Я посмотрела на него с надеждой.
– Только не говори мне, что все настолько серьезно, что придется доставать Бифитер? – Лоб Страуда пошел складками, а взгляд стал слишком тяжелым. Мой тяжкий вздох говорил о том, что никто не знал, какое лекарство лучше в таком случае.
Том двинулся внутрь дома, и я побрела за ним по коридору, стены которого украшали небольшие акварельные миниатюры, купленные явно где-то в Европе. С одной из них на меня смотрела башня Биг Бен, и я покрепче зажмурила глаза, но слова зазвучали сами. Их было не остановить:
– Ты сам понимаешь, я бы не приехала к тебе ночью с чемоданом, если бы…
– Черт… – протянул он и остановился, поворачиваясь ко мне. – С чемоданом? Где он?
– Остался у лестницы.
– Заберу его позже. Что у вас опять произошло?
Опять…
В жизни с Джонатаном не все было так прекрасно, как я себе представляла в мечтах. Конечно, ни у кого не бывает безупречных отношений, даже с самым идеальным мужчиной в мире случаются неидеальные ситуации. Но в последнее время я чувствовала себя загнанной в клетку, из которой могла только наблюдать, а не жить. Смотрела на себя со стороны и чувствовала, что делаю что-то не так. Я завела дневник, рефлексируя и рассуждая о том, что происходит со мной и вокруг, но не понимала, чего мне не хватает. Чего не хватает нам для счастья.
Может, дело было во мне? Я хотела самореализоваться, что-то сделать самой, проявить способности, может быть написать большой американский роман, но боялась начать его. Я считала себя самозванкой, которая не может ничего написать, не имея специального образования. И это угнетало меня.
Чтобы чем-то занять себя, я ходила на языковые курсы и курсы по писательскому мастерству, пока однажды меня не подкараулили фанатки Джонатана, и пришлось возвращаться к машине под крики, в которых английские ругательства смешивались с обычным хамством. Чувство унижения настолько сильно затронули мои чувства, что пришлось перейти на программу онлайн и все больше времени проводить в стенах дома.
Я занималась йогой в элитном спортивном клубе для селебрити, с личным тренером, к которому меня привела Райли. Она говорила, что в таких местах я смогу наладить связи и завести друзей, но никто не стал мне ближе, чем Лиззи или Надя, хотя там я встретилась и подружилась с Авой, которая тоже пыталась с помощью йоги найти баланс в жизни. И мне ее проблемы показались, куда более реальными и неразрешимыми, чем мои. С ней было интересно болтать обо всем, она не искала какой-то выгоды в общении со мной и не хотела поближе познакомиться с Джонатаном.
А с Лиз и Надей поддерживать связь через океан стало довольно сложно. Разные часовые пояса, разные приоритеты и темы для обсуждения, иногда я замыкалась в себе, не желая жаловаться на какие-то проблемы, считая, что не должна нагружать их своими переживаниями, ведь времени для разговора и так катастрофически мало.
Я пробовала так много всего, чтобы заглушить какую-то пустоту внутри, но никак не могла найти то, что по душе. Со стороны казалось, что я просто с жиру бешусь. Поэтому, когда Том произнес последние слова таким тоном, словно его это уже достало, решила промолчать и просто пройти в гостиную, не реагируя.
– Стася?! – Он поднял руки, но тут же резко их опустил.
– Потом, Том…
– Нет, не потом. – Он ухватился за мой локоть и дернул меня на себя, от неожиданности я врезалась в его грудь, выставляя руки для преграды между нашими телами, и робко подняла глаза на него.
– Том…
– Я отпускал тебя не за этим… – Страуд отпустил меня, делая шаг назад. – Что случилось?
– Он мне изменил, – всплеснув руками, бросила я. – Изменил! Понятно?
Слезы снова брызнули из глаз, неожиданно, так что мир и парень передо мной потеряли четкие очертания. Резко стирая непрошенные слезы рукавом, я отвернулась от него и продолжила двигаться по коридору. Что тут еще можно было сказать?
– Стася, подожди. Я не верю. Ты… Это не про него… Это… Подумай… Нет… – Том шел позади и все бубнил, и бубнил, пока мы не оказались в светлой гостиной, где на диване пыталась удобнее устроиться Сиенна – беременная девушка Страуда. Она уплетала мороженое и смотрела какую-то слезливую драму.
– Привет, – присаживаясь в кресло и вымученно улыбаясь, пробормотала я. Наверняка, снова слишком плохо играла «все нормально» с красным носом и заплаканными глазами, потому что девушка Тома по одному моему виду поняла, что что-то не так.
– Привет, Настя. – Ее бровь поползла вверх, а носик немного наморщился, когда она взглянула на Тома.
Тот озадаченно переглянулся с ней, почесывая затылок и пожимая плечами. Сиенна в ответ скривила губы, но по лицу я не смогла понять, что она думает о том, что я заявилась так поздно. Мне, вообще, меньше всего хотелось сейчас думать. Ни о звуках из телефона, преследующих меня всю дорогу, ни о том, что нас ждет впереди, ни о том, что мне делать дальше. Ни о чем.
Хотелось лишь ненадолго укрыться от холода, поселившегося в моем сердце, от невыносимо жестокой Вселенной, которая добивала меня своей реальностью. Хотелось выть и лезть на стены, но эти двое делали мир чуточку сноснее, когда выглядели вот так по-домашнему. Сиенна – вчерашняя звезда светских сплетен, уютно устроившаяся на диване с неаккуратным пучком явно давно немытых волос, в очках в роговой оправе, в растянутых трениках и футболке «sexy girl», натянутой на огромный живот. И мой друг – Том Страуд в футболке с фоткой Сиенны на груди, в пижамных брюках и с бородой. Они выглядели так нормально, что захотелось вновь расплакаться.