Саша Игин – Кухня без оценок 8: Блины для прощеного воскресенья (страница 2)

Галка спала рядом, на своей половине кровати — мы спали в одной комнате, но в разных постелях, так было удобнее нам обоим. Она говорила, что мои педагогические размышления вслух мешают ей спать, а я говорил, что её привычка читать по ночам с маленькой лампой не даёт покоя мне. В итоге мы пришли к компромиссу: я спал на диване, но диван был старый, и у меня болела спина, поэтому через месяц мы поставили две узкие кровати. Теперь каждый спал на своей, а между ними стоял прикроватный столик с книгами и стаканом воды.

Галка дышала ровно, спокойно. Я завидовал её умению отключаться. Она говорила, что у неё для этого есть специальный ритуал: перед сном она перебирает в уме три хорошие вещи, которые случились за день, и засыпает с улыбкой. Я пробовал — у меня не получалось. Я перебирал плохие.

Я думал о прошлом. О тех, кого обидел. Не специально — просто не подумал, не успел, не захотел заметить.

Студентка Лена, которая пришла ко мне за советом. Она хотела писать диссертацию по педагогике раннего детства, а я сказал: «Вы не способны к науке, идите в школу». Она пошла. А могла бы стать учёным. Я не извинился. И сейчас, спустя пятнадцать лет, я иногда думаю: а что, если бы я сказал по-другому? Что, если бы я сказал: «Попробуйте, у вас получится»? Изменило бы это её жизнь? Может быть. А может, нет. Но я не узнаю.

Коллега Олег Петрович, который просил у меня статью для сборника. Сборник был партийный, шаблонный, я отказал, потому что был занят своей диссертацией. Олег Петрович обиделся. Через год он умер — инсульт. Я не успел извиниться. Не успел даже попрощаться. На похороны я не поехал — был в командировке. Или не был? Я уже не помню. Может, просто не захотел. Эта мысль была самой неприятной.

Дочь, когда я сказал ей: «Твой муж — не пара тебе». Она всё равно вышла замуж, потом развелась. Но обиду запомнила. Мы не говорили об этом пять лет. А теперь она живёт в другом городе, и у неё дети, которых я никогда не видел. Я — дедушка, который не знает своих внуков. И это тоже моя вина.

Я повернулся на бок. Боцман заворчал — ему не нравилось, когда я ворочался.

— Извини, — прошептал я коту.

Он фыркнул — то ли принял извинения, то ли просто во сне что-то увидел.

Я вспомнил свой институтский выпускной. Володя стоял в толпе, смотрел на меня, и я знал, что он хочет подойти. Но я отвернулся. Гордость — страшная штука. Я был уверен, что первый шаг должен сделать он, потому что я себя не виноватым считал. А теперь не помню, из-за чего мы поссорились. И зачем нам была нужна эта гордость? Мы потеряли тридцать лет. Тридцать лет, за которые могли бы быть друзьями.

«Прощёное воскресенье», — подумал я. — «Странный праздник. Один день в году, когда можно извиниться и тебя не сочтут слабаком. А в остальные дни нельзя? Где это написано?»

Я сел. В комнате было темно, только свет фонаря пробивался сквозь щель в шторах, чертил на полу жёлтую полосу. Боцман открыл глаза, посмотрел на меня осуждающе — мол, что ты мешаешь людям спать, который час.

— Не ворчи, — сказал я коту. — Скоро завтрак.

Он вздохнул и снова закрыл глаза.

Я лёг, но мысли не отпускали. Ворочался, считал до ста, до тысячи — не помогало. Тогда я начал вспоминать стихи, которые учил когда-то давно. «Я вас любил, любовь ещё, быть может...» — дочитал до конца. Потом «Белеет парус одинокий». Потом «Узник». Потом «И душу можно ль рассказать?». Помогло — глаза слипались, мысли путались.

Перед сном я подумал: «Завтра я позвоню Володе. Найду его. И попрошу прощения. Через тридцать лет, но попрошу».

И уснул.

Глава 3. Первые блины

Проснулся я рано, в шесть. Боцман ещё спал — свернулся клубком у меня в ногах, просунув голову под хвост. Я осторожно, чтобы не разбудить, сел, надел тапки, пошёл на кухню. Пол был холодным — батареи грели плохо, как всегда в конце февраля, когда коммунальщики уже экономят топливо перед весной.

Галка уже была там. В халате, с завязанными в узел волосами, она стояла у плиты и грела сковороду. На столе стояли миски, мука, яйца, молоко, кефир, соль, сахар, масло. Целая лаборатория.

— Ты чего не спишь? — спросил я.

— Сны плохие, — ответила она, не оборачиваясь.

— Какие?

— Не помню. Но в них кто-то просил прощения. Наверное, я сама.

— Может, к добру?

— Может быть.

Я заварил чай — старый, грузинский, с бергамотом, который мне привозили из Одессы. Мы сели за стол. За окном светало, воробьи уже чирикали у кормушки, которую я повесил ещё осенью. Снег на карнизе блестел розовым — восход.

— Блины будем печь на кефире, — сказала Галка. — И на молоке. С разными начинками: творог, мясо, варенье, сметана, сгущёнка.

— А с икрой? — спросил я, улыбнувшись.

— Икру купить негде. Но есть красная рыба — Света принесла вчера. Дорогую, норвежскую. Сказала, что зять дал.

— Рыба — тоже хорошо. Мы можем сделать рулетики.

— Рулетики? — переспросила Галка. — Это как?

— Блин, на него — рыба, свернуть трубочкой, порезать. Красиво и вкусно.

— О, это идея. Запиши, чтобы не забыть.

Я взял блокнот, тот самый, в котором записывал педагогические размышления, и на чистой странице написал: «Блинные рулетики с красной рыбой». Потом подумал и добавил: «И с творогом и зеленью».

Галка тем временем уже замесила тесто — яйца, мука, молоко, соль, сахар, немного растительного масла. Миксером не пользовалась, говорила, что от миксера блины получаются «злыми». Я не спорил.

Я взялся за своё тесто — на кефире, с содой. Соду нужно было гасить уксусом, и когда я лил уксус в ложку с содой, Боцман проснулся и пришёл на запах. Он сел у порога, уставился на нас — важный, сонный, но уже готовый требовать еду.

— Не кормить до блинов, — сказала Галка. — Пусть тоже попробует.

— Коты не едят блины, — возразил я, хотя знал, что Боцман ест всё. Однажды он стащил со стола кусок селёдки, и мы нашли шкурку под диваном через две недели.

— Твой — ест.

Она была права. Боцман был котом с необычным пищевым поведением. Он любил огурцы, арбуз (только мякоть, без корки), картофельное пюре и почему-то оливки. Блины он тоже пробовал, но умеренно — больше нравилось сливочное масло, которым блины мазали.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.