Саша Гран – На страницах окаменевшей истории (страница 74)

А в центре комнаты на манекене висело самое роскошное платье, которое эльф только мог увидеть. Он даже не мог описать его внешний вид, но одного только взгляда ему хватило, чтобы понять — это было фамильное платье хозяйки рода фон Райс, передававшееся из поколения в поколение.

— …вы серьезно, что ли? — Вольфганг тоже выглядел потрясенным. — Джек, ты…эту дверь…она ведь дороже всего Вульфендорфа целиком…

Рэйнер же явно разозлился сим бедствием.

— Наставник Чжи, вы что себе позволяете?

— А вы? — услышал он ответный вопрос. Холодный голос вампира заставил его спутников вздрогнуть. — Как вы вообще посмели предложить ей подобные покои? Смерти хотите?

Ни у кого из гостей не осталось сомнений, что это были главные покои императрицы, которые ныне пустовали после смерти последней.

Поселить в них незамужнюю 19-летнюю девушку родом из другой страны было не просто жирным намеком на ее скорое замужество с лиастаром, но и своего рода удар ниже пояса, так как сим жестом ей показывали, что у нее нет выбора.

А отсутствие выбора для Рин было самым раздражающим обстоятельством, которое могло вывести ее из себя.

— Его Величество великодушно предложил фрау Миямото лучшие покои дворца. — ответил ему Рэйнер.

— Оставьте это великодушие себе. Мало того, что просто покои. Вы еще и платье ей для званого ужина приготовили самостоятельно и без ее ведома. Вы хотите оскорбить ее честь? — ответил ему вампир, грозно рассматривая невозмутимое лицо советника.

— Это дело Его Величества и фрау Миямото, наставник Чжи. Не вмешивайтесь. — тот не сдавался, и тогда доведенный до белого каления Джек схватил девушку за руку и потащил за собой.

— В отличии от Фердинанда у его посланника есть мозги, потому он великодушно отдаст госпоже Амире комнату в своих покоях. Более того, теперь дверь в эти сломана. Идем.

Девушка смотрела ему в затылок, удивленная его резкостью, однако она не сопротивлялась, позволяя ему утянуть ее за собой — видимо, такая альтернатива ее устраивала намного больше, чем позволить Фердинанду получить свое.

Остальные маги переглянулись, не зная, что сказать или думать, а затем посмотрели на уставший профиль Рэйнера, который выглядел раздраженным.

— Фрау Миямото, вы хоть понимаете, что будет, если Император узнает…Какая морока…

— Советник Янтаря, вы, судя по всему, не довольны нынешней ситуацией. — заговорил Хиро, что-то поняв про себя. Лиастар молча посмотрел на него, а затем вздохнул.

— Я всего лишь советник, герр Эльвинэ. Мое мнение не столь значимое, как мнение нашего Бессмертного Императора. Однако…если вы позволите мне его высказать, я абсолютно солидарен с фрау Миямото в вопросах политического брака между ней и Императором. Однако он…не умолим. Мы с фрау Миямото уже год пытаемся изменить волю Его Величества.

— Кажется, вы хорошо относитесь к ней. — удивленно подняла брови Мия.

— Фрау Миямото — очень рассудительный и мудрый человек. В своем юном возрасте она уже заполучила авторитет не только в своей стране, но и в других благодаря ее труду на внешнеполитическом поприще. Как советник Янтаря, я уважаю ее. Однако видеть ее Императрицей моей страны….пока что мое уважение к ней не дошло до такого уровня.

Ранее эльфу показалось, что Рэйнер фон Райс относился к Миямото Рин нейтрально. Но, судя по всему, лиастар уважал ее.

Правда Хиро было сложно представить, за что именно: раннее они еще не могли наблюдать ее в деле. Все ее взаимодействия с другими были рабочими, но явно не на международном уровне.

Ее подчиненные говорили, что она постигла все тонкости современной международной политики.

Но единственное ее взаимодействие с правителем другой страны, чьим наблюдателем он стал, был тот удар по каменному обличию Императора в лесу…

Не самый лучший метод ведения переговоров.

Возможно, в скором времени он поймет, почему Рэйнер так уважает ее.

***

В итоге советник Янтаря оставил их, так и не объяснив, что же за званый ужин будет через час и что им нужно сделать. И все же им было повезло — с ними остался Вольфганг, который и объяснил, что к чему.

Оказалось, что званый ужин — особое мероприятие, на которое допускается лишь самый узкий круг Императора. На обычных ужинах должны были присутствовать все его дети и их матери, однако на званых обычно присутствовал лишь он и сами приглашенные, а еще за редким исключением его советники.

Единственной проблемой проведения такого ужина была любовь Фердинанда к роскоши — все его участники должны были соответствовать заранее утвержденному дресс-коду, а также приготовить ответы на все возможные вопросы лиастара, так как по факту цель мероприятия — доказать Императору, что его гости стоят его времени.

Дресс-код же, о котором маги слышали в первый раз, был поручен Вольфгангу, что стало для них удивительным открытием.

— Вольфганг, но почему именно тебе? — спросила его Мира.

— Ха-ха…сложно объяснить. Скажем так…У нашей семьи свой бизнес — самый известный салон, в котором одевается вся имперская семья. Та одежда, что я все это время вез, предназначалась для вас и жен с детьми Императора, которую они заказали к годовщине объединения империи. Ну и конечно…вы же не забыли, что я ношу гордое прозвище «лучший стилист во всем Драфталке»?!

Оказалось, что весь гардероб жителей имперского дворца создавался в землях вулстратов.

Теперь Хиро понял цель поездки Вольфганга — он был приставлен к ним для подготовки званого ужина.

Видимо, это мероприятие действительно было очень важным, что даже при сжатых сроках подготовки они не поскупились и организовали все в лучшем виде.

— И все же у нас есть проблема. — нахмурился вулстрат, когда они зашли в покои, куда ушли Джек и Рин.

Это было светлое помещение из двух соединенных крепкой дверью комнат. Убранство здесь было намного скромнее, чем в той комнате императрицы, но явно роскошнее, чем убранство в поместьях семей фон Гирш и Браун.

Вампир сидел на диване из светлой ткани, расшитой золотой нитью, уставившись куда-то в стену, а жрица стояла около окна, отвернувшись.

В комнате чувствовались напряжение и негативные эмоции этих двоих, что Миранна и Мия невольно сглотнули.

— Рин, ты в порядке…?

Мечница тут же дернула головой и покосилась на них.

— Вам ответить честно или как обычно?

— Честно. — кивнула эльфийка.

— Я в гневе.

Оно и было понятно. Другого ответа можно было не ожидать. Радовало, что она ответила, как есть.

— Я в гневе, что Его Величество заставляет меня пройти через такие унижения. — процедила она, снова уставившись в окно. — И более того, он продолжает лишать меня права выбора. И что мне теперь делать с этим званым вечером? Идти в платье императрицы?

— Разве ты не можешь выбрать другое платье? — спросила обливи, а затем повернулась к Вольфгангу. Но тот как-то грустно посмотрел на нее.

— У меня был четкий заказ на платья. И для милашки Рин мы не готовили ничего. Поэтому чисто технически выбора действительно нет.

— … - все почувствовали, как воздух наэлектризовался. Однако вулстрат неожиданно улыбнулся.

— Но не переживайте. Выход найдется всегда. Так, милашки, вам пора разойтись по комнатам и готовится к ужину. Я помогу. Идемте-идемте. Джек, ты сам справишься с костюмом?

Он посмотрел на вампира, но тот даже не поднял на него взгляд и тяжело вздохнул.

— Не думай, что я сдамся и позволю тебе добраться до моих ногтей.

Рыжий вулстрат усмехнулся. Всю эту неделю он не оставлял попыток добраться до рук вампира: караулил за углом, пару раз даже пролез в его комнату; подкрадывался, пока тот спал, когда они ночевали на улице, однако каждый раз оставался ни с чем.

— Ну хотя бы я попытался. Все, идемте.

Он вытолкал эльфов и обливи за дверь, а затем снова повернулся к жрице, стоявшей у окна.

— Фрау Миямото, я уверен, в вашей профунде найдется решение вашей проблемы.

С этими словами он закрыл дверь, оставляя жрицу и вампира одних.

Последняя его фраза заставила обоих удивленно поднять брови в непонимании.

— О чем это он? — спросил мужчина, повернувшись к ней. Она молча опустила глаза на него, затем в пол, молча размышляя.

Неожиданно ее взгляд просветлел, словно она пришла к какому-то выводу.

— Вот же…он предвидел это с самого начала… — тяжело вздохнула она и тут же ринулась во вторую комнату. — Не заходи, пока я сама не выйду.

Дверь тут же захлопнулась за ней, и Джек остался изумленно смотреть ей в след.

— …?

***

— Ужасно.