Саша Фишер – 90-е: Шоу должно продолжаться – 6 (страница 2)

– Это очень ответственный концерт! – медленно проговорил Банкин. – Можно сказать, что от него зависит судьба нашего рок-клуба.

– Хьюстон, у нас проблемы, – пробормотал я. – Не у нас, а у вас… Жень, вот скажи мне, как родному. Допустим, это концерт ответственный и важный. И судьбоносный на все деньги. Это я понимаю. Я вот только одного понять не могу, паника и траханье мозгов всем подряд по радиусу входит в обязательную программу? Без них концерт никак состояться не может?

– Володя, ты уже совсем страх потерял? – сорвался Банкин.

– Не припомню, чтобы я его когда-то находил, – вздохнул я. – Жень, ты попей водички, там… Подыши. А я пошел найду Свету. У нее же список очередности?

Ответа я дожидаться не стал, похлопал Банкина по плечу и вышел из кабинета. Мой внутренний голос, который раньше убеждал меня быть с Банкиным повежливее, в этот раз помалкивал. Я понимал, почему он психует. Обычно такие концерты вел сам Женя. А тут ему выдали директиву, чтобы ведущим был какой-то волосатый пацан. И еще и пригрозили санкциями за невыполнение. Будешь тут беситься…

Я вышел в фойе и огляделся. Зрителей пока еще не пускали, зато по всему обширному холлу и широкой лестнице тусовались музыканты. Особенно много народу было рядом с кафетерием. Я вспомнил про воду и направился туда.

Прошел мимо кучкующихся возле гардероба «Пинкертонов», услышал, как Ширли прошипела мне в спину: «Вот он идет, смотрите!»

«Да уж, среди этой публики я не особо популярен», – мысленно усмехнулся я и пристроился в конец недлинной очереди к кафетерию.

– О, привет, Вовчик, – раздался за моей спиной жизнерадостный голос Конрада. – Как сам?

– Привет, Конрад, – я пожал протянутую руку. Ну хоть кто-то здесь не повелся на массовую истерию. В принципе, было бы неплохо эту всю фигню пресечь и наладить с мастодонтами новокиневского рока хорошие отношения, но мне пока было недосуг. Вся эта игрушечная иерархия казалась мне надуманной и приносящей довольно мало реального профита. Особенно для действия, которое займет немало времени и сил. Ведь, как известно, чтобы наладить с кем-то отношения, надо с ним общаться. А общение – это самый ресурсоемкий процесс. И требует самого невосполнимого ресурса – времени. Так что пусть шипят, хрен с ними.

– Слушай, а что у тебя за дела с Василием? – с места в карьер спросил Конрад.

– Временное сотрудничество, – ответил я. – Честно говоря, отрабатываю синтезатор.

– А, – чуть разочарованно отозвался Конрад. – Я думал вы в хороших отношениях.

– Мы в хороших отношениях, – подтвердил я. – Но сотрудничество временное. А что?

– Да есть у меня одна идейка… – прищурился Конрад. – Только после одного случая мы с Васей немного… того… В общем, недоразумение получилось.

Подошла моя очередь, я протянул продавщице купюру и попросил бутылку минералки. Машинально. Потому что в этот же момент удивленно смотрел на Конрада.

Хм, надо же, а ведь он не просто поздороваться подошел!

– Ну, Василий человек умный, с ним всегда можно договориться, – проговорил я.

– Да можно-то можно… – поморщился Конрад. – Слушай, какое-то место у нас с тобой неподходящее для разговора. Может заскочишь ко мне в «Волну» как-нибудь? Я там работаю по вторникам, четвергам, субботам и воскресеньям. А вот, например, в среду можем посидеть. Там как раз народу мало будет. Что скажешь?

– Отчего ж не прийти? Приду, – усмехнулся я. – Заметано, в среду часиков в семь, да?

– Отлично, – Конрад снова протянул мне руку, и я ее снова пожал. Открутил крышку с бутылки минералки, сделал глоток и передумал пока спешить за сцену. «Ангелочки» не маленькие, вряд ли без присмотра что-то серьезное накосорезят. Ну а если и подерутся с кем, так они же рокеры, их репутации такое только на пользу. У меня было еще минут по меньшей мере двадцать, чтобы послоняться по холлу и «понюхать» атмосферу.

Так что я нацепил на лицо самую приветливую из своих улыбок и двинул, так сказать, в народ. С кем-то здороваться, с кем-то знакомиться, а кому-то действовать на нервы.

К финалу своего променада, когда до начала концерта осталось уже минут десять, я сделал несколько выводов.

Первое. У страха Бегемота глаза, прямо скажем, велики. Или тот человек, который просвещал его о делах в рок-клубе и отношении старшего поколения музыкантов к «Ангелам С» был здорово предвзят. Или преследовал свои цели.

Отказались со мной здороваться и общаться вообще только «Пинкертоны». Но тут все было ясно. Я не поленился подойти даже к Яну-Цеппелину. И тот, несмотря на не самый довольный вид, общаться со мной не отказался. А творчество «Ангелов» так вообще похвалил. Сказал, что смотрел программу про клип на ТВ «Кинева». И осторожно забрасывал удочки, не поделюсь ли я секретом, как бы себе заполучить что-то похожее.

Интересно как работают слухи.

Бегемот рассказал мне, что в рок-клубе нас не любят, считают выскочками и готовят какое-то западло. Я принял к сведению, вышел в холл весь такой во всеоружии, выхватил из реальности подтверждение слухам Бегемота.

И они почти стали реальностью.

Хотя на самом деле…

Нет, конечно же, мне все могли нагло врать в глаза, когда я подваливал со своей улыбкой деревенского простачка, и, стоило мне отвернуться, за спиной тут же начинались шушуканья. Но так-то я, как говориться, не первый день живу, и отличить настоящую враждебность от чего-то другого вполне сумею…

Но был и еще один вывод.

Меня как будто… побаивались?

Нет, не то слово. И не заискивали, а как будто пытались на всякий случай произвести хорошее впечатление что ли.

Как перед новым начальником, которого недавно прислали из метрополии. И он ходит, такой, осматривается, а его осторожно так прощупывают, потому что не знают, что от него ждать.

Насчет начальника я, наверное, загнул. Но ощущение легонького «лебезения» было. Его я тоже ни с чем не перепутаю. Объяснить этот феномен

– Вова! – раздался недовольный окрик Светы. – Ты где ходишь до сих пор?

– Уже бегу к тебе, – дисциплинированно ответил я, виновато развел руками перед седовласыми старцами из «Корабля слепых», очень интересной, к слову, группы, я про них раньше слышал только, но видел впервые. Они из самого настоящего пополья, играли рок еще в те времена, когда он был реально запрещен. А из солист, поговаривают, даже отсидел за торговлю идеологически неверными пластинками.

– Блин, Вова, тебя только за смертью посылать, – недовольно пробурчала Света. – Сходил, называется, за водичкой.

– Я купил еще бутылочку, – сказал я и протянул ей нераспечатанную бутылку.

– Да пофиг уже на воду, – отмахнулась Света.

– Что-то случилось? – моментально напрягся я.

– Ну как тебе сказать… – Света поджала губы. Мы свернули в технический коридор, из которого доносились возмущенные голоса и там вообще имел место какой-то явно нездоровый движ.

– Это ты убери руки! – услышал я звонкий голос Бельфегора.

– Да блин, ну что вы опять начинаете-то? – а это чей-то незнакомый голос.

Я подошел ближе. Похоже, все, что могло пройти, уже произошло. У стены стоял Астарот, прижимая к носу окровавленный платок. А у Макса на скуле набухал свеженький кровоподтек. А в противоположном углу «ринга», в смысле, коридора, набычился кряжистый невысокий тип, опознать которого я сходу не смог. И его за руки удерживало еще два незнакомых парня.

– Водички хотите? – произнес я, бесцеремонно вмешиваясь в перепалку.

Глава 2

Астарот, увидев меня, сразу как-то расслабился. Растерянное выражение лица сменилось на равнодушно-презрительное.

– Ну чо ты зыришь? – резко подался вперед тот мужик, которого держали. – Мало получил? Еще надо?

И оскалился, типа злорадно улыбаясь. Зубы в крови, ага. Ну, значит его разок тоже достали. Или он прикусил губу, когда кулаками размахивал.

– Кстати, мы представлены? – шагнув вперед так, чтобы оказаться между агрессором и своими «ангелочками».

– Это Лео, – пробормотала над ухом Света. – Не знаю, кто его впустил вообще.

– А кто бы мне запретил, дура жирная?! – заорал агрессивный товарищ.

Дальше все произошло быстро. Бегемот дернулся вперед, двое парней как бы невзначай отпустили Лео, он замахнулся, но удара нанести не успел, напоролся на мой встречный локтем. И догоняющий ребром ладони.

Лео мешком повалился под ноги тому, второму парню. И на лице его успело даже мелькнуть удивление.

– Вова, что ты делаешь?! – успела взвизгнуть Света. Я открутил крышку с бутылки и сделал глоток.

– Да все нормально, Клэр, что ты шум поднимаешь? – я приобнял ее за плечи и сунул в руки бутылку минералки. – Вот, попей водички, нам еще работать сегодня весь вечер. А Лео уже уходит. Я же правильно понял, что он безбилетник?

– Да я… – Лео приподнялся на локте, дернулся, чтобы встать. – Да кто…

– Он ведь уже уходит, правда, ребята? – я посмотрел на двоих его парней. Почему-то по ним было ясно, что они не охрана нашего концерта и не просто случайные прохожие.

– Давай, Лева, вставай, – засуетился тот из двоих, что постарше. – Нефиг связываться со всякими… тут…

– Послушай друга, он дело говорит, – усмехнулся я прямо в лицо поднявшемуся на ноги Лео. Он был чуть ниже меня ростом, но в плечах чуть шире. С короткой стрижкой, что в наших рокерских кругах было не особо принято. Лет, наверное, тридцать. Обычный такой мужик, без особых примет.