Сарина Боуэн – Год наших падений (ЛП) (страница 54)

Я выгнул бровь.

— «Рейнджерс»?

К моей неожиданности он рассмеялся.

— А ты за кого болеешь?

— За «Брюинз», естественно. «Рейнджерс» — жалкие слабаки.

— Рад слышать, — сказал он, и его плечи немного расслабились. — Рад слышать.

Кори

Стоит ли говорить, что два часа, проведенные в парикмахерской и в последующих делах, превратились в настоящую муку.

Все это время я пыталась представить, как сложился их разговор — первый в жизни. И не могла решить, раздражает меня или нет то, что отец Хартли просто взял и как с неба свалился. Что лучше — приехать без предупреждения или не появиться вообще никогда?

День для апреля выдался теплый, так что по дороге домой я вся взмокла. Я уже месяц носила новые скобы и привыкала к ним достаточно хорошо. Пусть неохотно, но я была вынуждена признать, что эта новая технология и впрямь потрясающая. Без костылей я по-прежнему не могла, но зато теперь я ходила ногами по-настоящему, а не просто переставляла их, как ходули. Передвигаться по лестницам стало намного проще, и я больше не пользовалась инвалидной коляской, разве что дома.

Вернувшись наконец-то к себе, я нашла на диване записку.

Каллахан, мне надо столько всего тебе рассказать, но я одолжил у Стаси машину, чтобы съездить домой и поговорить с мамой. Иначе было нельзя. Я абсолютно точно вернусь обратно к восьми, так что надень то свое платье.

Люблю тебя. Х.

Неизвестность, понятно, убивала меня. Но пришлось набраться терпения. Я написала ему: Веди осторожно. НЕ РАЗГОНЯЙСЯ. Люблю тебя. К.

Ужинать я пошла с Даной и Дэниелом, которые горели нетерпением отправиться на бомонский бал вместе. Дэниелу понадобилось два месяца на то, чтобы набраться смелости и пригласить ее на свидание. Теперь они встречались уже пару недель, и я надеялась, что завтрашним утром увижу, как Дэниел тайком выбирается из нашей с ней комнаты. Я даже заготовила шутки для завтрака — просто на всякий случай.

Но сегодня вечером я была настолько рассеянной, что едва могла следить за их разговором.

— Кори, все хорошо? — спросила Дана после того, как я в третий раз не сумела ответить на простейший вопрос.

— Хм-м? Да. Я в порядке.

— А где Хартли? — спросила она. — Вы же не поругались?

Я покачала головой.

— Он поехал на пару часов к своей маме. Его… в общем, сегодня у него кое-какое семейное дело. Он обещал, что к началу бала вернется.

Дана бросила взгляд на часы.

— Давай собираться. Я могу накрасить тебе ногти под цвет твоего платья.

Я скорчила гримасу.

— Звучит утомительно.

— Кори, сегодня ты тусовщица, а не спортсменка, — сказала она.

— Как скажешь, — вздохнула я. Честно говоря, мне было безразлично, кем быть, лишь бы мой спортсмен вернулся ко мне в целости и сохранности.

***

— Так и не скажешь, что случилось у Хартли? — полюбопытствовала Дана. Я не могла ее видеть, потому что мои глаза были закрыты. Но я чувствовала ее дыхание на лице, пока она наносила мне тени на веки.

— Извини, — ответила я, — это не мой секрет. Но клянусь, никто не болен и не умирает. Просто семейная драма.

— Что ж, хорошо, — сказала Дана, и у меня не было уверенности, что она имеет в виду: Хартли или мой законченный макияж. — Открывай глаза и смотри.

Я открыла глаза. И когда она отошла, увидела в зеркале практически незнакомую девушку. Я никогда сильно не красилась, а после несчастного случая совсем перестала. Девушка — нет, женщина — в зеркале выглядела куда более эффектно и стильно, чем та, которую я привыкла там видеть. Дана обещала не увлекаться и свое слово сдержала. Но благодаря ее мастерству черты моего лица будто бы стали четче. Золотисто-коричневые тени на веках выгодно подчеркивали оттенок моих волос, которые после посещения парикмахерской были гладкими и завивались на кончиках в кольца.

Но больше всего мне понравилось платье. Его выбрала, разумеется, Дана, и она превзошла себя. Оно было красным и длинным. (Дана назвала его макси-платьем, чтобы это ни значило.) Крой был невероятно простым — топ на лямках постепенно расширялся до водоворота шелка у ног. Завеса ткани, скрыв скобы, вернула моему телу плавные формы, чего я не видела в зеркале больше года.

— Вау, — сказала Дана. — Хартли упадет в обморок. Если он все же появится.

Я не могла оторвать глаз от зеркала. Когда я в последний раз смотрела на свое отражение без критических мыслей? Очень давно. Вечность назад. Сердцем я понимала, что платье и макияж на самом деле не изменили меня. Но они дали мне повод остановится, посмотреть на себя и порадоваться тем деталям моего облика, которые были здоровыми и нормальными — отросшим волосам, румянцу на коже. Зеркало было по-настоящему дружелюбно ко мне, и все же я относилась к нему с презрением.

— Тебе нравится? — прошептала Дана.

Я знала, она имеет в виду макияж, но с тем же успехом она могла бы спросить о всей моей жизни.

— Да, — сказала я ей. — Нравится. Очень.

Сразу после восьми мой телефон звякнул смской от Хартли. Прости. Уже еду.

Не пиши за рулем! — ответила я. И не спеши. Я ухожу туда с Д&Д.

***

За два часа, что нас не было, столовая Бомона преобразилась. Самые большие столы унесли, чтобы освободить место для танцев и группы из пяти человек. На оставшихся столиках мерцали свечи. В центре зала кружились, танцуя, парочки, а остальные стояли по краям и общались.

Я то и дело оглядывалась на дверь и потому не увидела, как ко мне подкрался Бриджер. Прежде, чем я смогла возразить, он подхватил меня за талию и закружил, а потом поставил обратно.

— Кто ты и что ты сделала с Каллахан? — спросил он, возвращая мне костыли, которые соскользнули на пол.

— Хм… спасибо? — За полчаса я получила с десяток комплиментов подобного рода. Все это было лестно, но я начала задаваться вопросом, уж не значит ли это, что мне следует прилагать чуть больше усилий на регулярной основе.

— Серьезно, ты выглядишь потрясающе, — сказал он. — Где, черт побери, Хартли? Если он продинамит тебя, я оторву ему яйца.

— Не нужно, — ответила я. — Он уже едет. С минуты на минуту он будет здесь. — Бриджер нахмурился, но я не стала вдаваться в детали. — Ты не хочешь представить меня своей паре? — За его спиной маячила незнакомая блондинка с выдающимся бюстом. Я никогда не видела Бриджера с одной и той же девушкой два раза подряд. Он их менял, как перчатки.

— Конечно! Это… — Он закашлялся.

— Тина, — сказала она.

— Привет, Тина! — Пытаясь прикрыть прокол Бриджера, я торопливо протянула ей руку. — Приятно познакомиться.

— И мне, — натянуто сказала она.

— Ну, не буду отвлекать вас от танцев, — сказала я.

Тина потянула Бриджера за руку, и он приподнял в мою сторону бровь. Думаю, он решил, что это будет невежливо — пойти танцевать, когда я не могу за ними последовать.

— Идите, — шепнула я.

Бриджер поцеловал меня в щеку, после чего увел свою девушку на танцпол. Несколько минут я наблюдала за ними. Бриджер был хорошим танцором, что наводило на мысль, что и Хартли двигается не хуже. Комплексов у них было не много, это уж точно.

Когда Хартли наконец-то ворвался в столовую и, высматривая меня, завертел головой, я улыбнулась. Было видно, что он забежал к себе, чтобы переодеться, но провел там не особенно много времени. Он надел рубашку и брюки, однако по ним не помешало бы пройтись утюгом или хотя бы ненадолго повесить в ванную с паром, пока включен душ. А его наспех завязанный галстук съехал набок.

И все же он был самым красивым парнем не только в зале, но и в радиусе нескольких миль.

Пока я, выпрямившись, наблюдала за ним, моя улыбка становилась все шире. Я ждала, когда он найдет меня в переполненном помещении. К сожалению, Стася нашла его первой. Я увидела, как она продефилировала к нему, а он что-то достал из кармана — вероятно, ее ключи от машины, — потом поблагодарил ее и быстро поцеловал ее в щеку.

Все это время его глаза не прекращали сканировать зал. Высматривая меня.

Сюда, мысленно направила его я. Его глаза метнулись ко мне и прошли было мимо, но затем вернулись назад, и его взгляд упал на меня. Его лицо озарила самая прекрасная на свете улыбка, и он, огибая танцующие тела и стулья, поспешил в моем направлении.

Я ожидала, что он схватит меня в объятья, но вместо этого он резко остановился.

— Черт, Каллахан, — проговорил он, не сводя с меня глаз. — В смысле… вау. — Он подошел на шаг ближе. — Извини, что я опоздал, я…

— Ш-ш. — Я приложила к его губам пальцы. — Ты не так уж и опоздал. — Я поправила его воротничок.

— Да, но… — Он оглядел себя и усмехнулся. — Когда я уговаривал тебя прийти сюда, то собирался сделать все правильно. Я должен был забрать костюм из химчистки. Но она уже не работает. — Шагнув ко мне, он провел ладонями по моему обтянутому шелком торсу. — Черт, ты такая красивая, — сказал он. А потом поцеловал меня в губы — перед Господом и всеми людьми.

И я ему разрешила.