Сарина Боуэн – Год наших падений (ЛП) (страница 31)

Со мной его голос звучал совершенно иначе.

— И все-таки, где ты была? — спросил он ее.

— Я бы приехала из Нью-Йорка, — сказала она, — но у Марко были билеты в театр.

— У кого? — встрял Бриджер.

— У того, кто меня отвозил.

— Теперь это так называется? — сказал Хартли. — Знаешь, ученые изобрели такие штуковины, называются «поезда»…

— Я думала об этом, — вздохнула она. — Но у меня было столько багажа.

— Вот в это я верю, — хмыкнул Хартли.

Дана, сидя напротив, только покачала головой.

— Зло пока побеждает.

— Ладно. — Я прижала ладони к древним доскам стола. — Вот теперь я готова уйти.

Глава 15

Задница уходящего года

Кори

Я не шутила, когда сказала Дане, что готова уйти. Мне было нужно установить дистанцию между Хартли и своим раздавленным сердцем. К счастью, рождественские каникулы предоставили мне прекрасное оправдание.

Но сначала надо было разобраться с экзаменами. Я не для того слезно умоляла родителей отпустить меня в Хакнесс, чтобы вылететь после первого же семестра.

Следующие два дня я не вылезала из главной библиотеки. Сидя в кабинке за книжными стеллажами, было невозможно услышать из-за стены голос Хартли или гадать, придет ли он сыграть в «Реальные клюшки». Я питалась купленными на вынос салатами и зубрила, как настоящий маньяк.

За дело взялась даже моя фея надежды. В микроскопических очках на носу она то пуляла в меня теоремами, порхая между главами учебника по математике, то усаживалась на край моего стаканчика с кофе. Что еще лучше, она не заикалась о Хартли. Ни единого раза.

Я досрочно сдала все три удаленных экзамена, а потом с головой ушла в экономику. Приехав утром десятого декабря на экзамен, я была так хорошо подготовлена, что меня не смогло отвлечь даже присутствие Хартли. Когда я, закончив тест раньше времени, стала выруливать к выходу, он поднял лицо.

Я коротко помахала ему, потому смотреть прямо на него было чересчур больно. И уехала.

Через пятнадцать минут от него пришло сообщение. Как насчет праздничного обеда в столовой? Я почти там. Но я ему не ответила, потому что уже разговаривала по телефону со своей мамой.

— У тебя все в порядке? — испуганно выдохнула она.

Все было далеко не в порядке. Но признаться в этом я не могла.

— Все хорошо. Просто я рано закончила, вот и поменяла билет.

— А как же Рождественский бал? Твой брат его ни разу не пропускал.

— Ну, — произнесла я, — как видишь, не всем нравятся танцы.

— Хорошо, милая. — Ее голос был неспокойным. Она записала номер моего нового рейса и время прилета. И я отправилась к себе собирать чемодан.

К моменту, когда начался Рождественский бал, я была в воздухе над Великими озерами.

***

Жить три недели дома было скучно, но скука была ровно тем, в чем нуждалось мое разбитое сердце.

К счастью, мама не опекала меня так назойливо, как прошлым летом. Сказывалось то, что я снова научилась самостоятельно заботиться о себе, а она провела три месяца в опустевшем гнезде.

Я старалась следить за своим поведением. Улыбалась и рассказывала родителям, как замечательно все идет в Хакнессе. Старалась много не думать. Я даже вызвалась помочь маме с рождественской выпечкой и наконец-то использовала весь арсенал усовершенствований, которые мои родители сделали на кухне после несчастного случая.

Но в одиночестве — когда я лежала в своей новой спальне на первом этаже или смотрела в окно с пассажирской стороны нашей машины — мои мысли всегда возвращались ко дню рождения Хартли. Я вспоминала чувственное скольжение его рта поверх моих губ и касания его языка. Когда он ласкал меня, я ощущала его прикосновения всюду. Как он мог вот так целовать меня и не хотеть повторить это снова?

Он явно безразличен ко мне, и я усиленно старалась вбить это себе голову. Я проигрывала в памяти появление Стаси, вспоминая, как жадно Хартли ее целовал. И даже заставила себя подсчитать, сколько часов прошло между моментом, когда он задыхался от наслаждения, лежа в моей постели, и моментом, когда он засунул ей в рот свой язык.

Четырнадцать. Плюс-минус пару минут.

Слово «паралич» постоянно крутилось у меня в голове. Сердце Хартли было таким же бесчувственным, как мои ноги. Я ощущала его прикосновения всем своим существом, а мои его совсем не затронули.

***

На Рождество родители подарили мне ноутбук — более компактную и легкую модель, — и настраивать его было приятно. Конечно, впридачу к подарку прилагалась лекция от моей мамы.

— Врач говорит, что тебе нужно проводить побольше времени со скобами на ногах. Мы подумали, такой будет легче носить с собой.

— Спасибо, — вздохнула я.

— Пока ты дома, я забронировала тебе семь занятий в фитнес-центре.

— Мам! Каникулы же. Можно мне отдохнуть?

— От физиотерапии — нет, — сказала она. — Но если хочешь, можно для разнообразия перенести их из зала в бассейн.

Жаль, я не могла топнуть своей пресловутой ногой.

— Нет! Просто… нет.

— Кори, ты ведешь себя неразумно.

Я не хотела с ней спорить. И просто выехала из комнаты.

К сожалению, разговаривать с папой оказалось не легче. У него был в разгаре хоккейный сезон, за которым я следила по интернету. В этому году девушки играли очень неплохо, но папа не хотел обсуждать их успехи со мной. Когда я пыталась завести разговор, он отделывался односложными предложениями.

— Пап, — сказала я как-то вечером, когда мы смотрели телевизор в более-менее комфортабельной тишине. — Ты когда-нибудь играл в «Реальные клюшки»?

— В видеоигру? — удивленно спросил он. — Нет. А ты?

— Играла, и она очень классная. Меня научил мой сосед — тот парень с переломом ноги.

— Адам Хартли? — спросила мама. — Помню-помню его. Он симпатяга.

— Мэрион! — воскликнул, смеясь, мой отец.

— Ну если оно так и есть, — невозмутимо ответила моя мама, и я рассмеялась. А потом заметила кое-что важное. В маме не чувствовалось напряжение — впервые со дня моего несчастного случая.

— В общем, мы с ним друзья, — сказала я. — И часто играем в хоккей на экране. Раз уж ни он, ни я не можем играть в настоящий.

Вот. Я произнесла это вслух.

Папа взял пульт и выключил телевизор. Потом в тишине внимательно посмотрел на меня.

— И тебе нравится эта игра?

Я кивнула.

Он поколебался, решая.

— Так где ее можно достать?

***

Мы купили «Реальные клюшки» прямо в тот вечер, и это напомнило мне, что атмосфера у нас дома по-прежнему была далека от нормальной. После несчастного случая мои родители — такие экономные прежде — начали швыряться деньгами. Они переоборудовали весь дом, они покупали мне все, что могло развлечь или отвлечь меня. Поэтому, хотя Рождество уже отгремело, мой отец раскошелился на игровую приставку.

Тренер Каллахан тоже быстро стал фанатом «Реальных клюшек». А когда домой приехал на длинный уикенд мой брат Дэмьен, мы подсадили на игру и его.

Но я с легкостью «делала» их обоих. Ведь, в конце концов, я училась у мастера.