Сара Ривенс – Невольница. Книга 1,5. Мы не можем (не) быть вместе (страница 110)

Сердце екнуло. Я еще не придумала, почему мы якобы поссорились с Беном. Придется импровизировать.

– А когда вернется Лили? – спросила она, имея в виду мою мать.

– Послезавтра, – ответил отец, улыбаясь. – Ждет не дождется встречи с тобой!

– Да, давненько мы не виделись!

Я отвела ее в свою комнату, которую она видела только однажды, в детстве, и закрыла за нами дверь. Райли легла на мою кровать, пока я убирала одежду в шкаф.

– Ну, что там у вас?

Я вздохнула. Ладно, Белла, покажи, какая ты актриса. Не зря же ты три года занималась в театральной студии…

– Когда я была у него, мы снова обсудили наши отношения, – сказала я, делая вид, будто злюсь. – И он сказал то, что мне не понра…

– То, что ты неверно поняла?

Я укоризненно посмотрела на нее. Она рассмеялась и велела продолжать.

– Когда я вернулась, я не стала ему отвечать. Угадай, что было дальше? Он надулся, потому что дуюсь я!

Райли расхохоталась, а я сделала вид, будто меня все это бесит. Хотя внутри себя молила всех богов, чтобы еще хоть раз поспорить с ним.

– Какие же вы дети! – смеялась она, держась за живот. – И давно дуетесь?

– Неделю или две. – переодевшись, я упала на кровать рядом с ней. – У меня к тебе предложение.

– Валяй, – ответила она, теребя прядь моих волос.

– Как ты насчет погулять завтра с подругами Бена? Они хотят купить ему мебель, потому что у него нет времени обустроить новый дом…

– Я всеми руками за! – бодро вскричала Рыжик. – Обожаю шопинг в компании!

Я же говорила, что она согласится.

На следующий день…

– Мы будем через несколько минут! – воскликнула Элли.

– Мы готовы! – ответила я тем же тоном и повесила трубку.

Повернувшись к Райли, которая примеряла уже шестую юбку, я досадливо покачала головой:

– Ты в курсе, что мы едем в магазин мебели, а не на дефиле?

– Ты просто не понимаешь, что мы в Лос-Анджелесе. Мне нужно сорок пять фоток для профиля в «Инстаграме», так что да, это дефиле. Синюю или черную?

Она показала мне две юбки, и я выбрала черную. Потому что черный подходит ко всему.

Рыжик оглядела их и выбрала синюю. Я вздохнула. Когда она накрасила губы, телефон снова зазвонил.

– Мы на месте!

– Сейчас будем, – сказала я, делая Райли большие глаза; та совсем не торопилась.

Взяла две пары солнцезащитных очков и спросила:

– Треугольные или круглые?

– Райли!

– Ой, да ладно…

Выбрав очки, она спустилась следом за мной на улицу. Подружки улыбались нам издалека, прислонившись к машине. Когда мы приблизились, Элли при виде Райли округлила глаза:

– Райли?!

– В смысле?! – с ужасом воскликнула Киара. – Ты знаешь Изабеллу?

– Блин, это вы! Не сердитесь, что я не пришла на вечеринку, у меня была очень веская причина!

Я ничего не понимала. Казалось, что они знакомы, но как это возможно? И потом, что еще за вечеринка?

Элли бросилась к Райли с объятиями, Киара сделала то же самое. А я ждала разумного объяснения.

– К тому же мне сказали, что там была главная сучка, – пошутила Райли, не обращая внимания на мой ошеломленный вид.

– О да, вечеринка невольниц в этом году была прямо уникальной, – хихикнула Киара. – Я требую объяснений, и, если ты скажешь, что не пришла из-за своего хозяина, я тебя прибью!

Глава сорок седьмая. Последний поворот

– Не сердись… Я не могла тебе рассказать…

Я молча смотрела на Райли, все еще ничего не понимая. То есть образ моей подруги оказался… ложным? Я не знала, что и думать. Я не понимала, с кем имею дело… Все это время она скрывала от меня свою вторую жизнь.

Весь день девочки объясняли мне про работу Райли. Оказалось, что Элли занимается чем-то похожим… Они называются «невольницами». Работают на банды – то есть на важных персон, которых Элли именовала «хозяевами». Звучит унизительно, но, как я поняла, это был вопрос стратегии.

Элли оказалась невольницей Бена, но совсем недавно работала с Риком, его дядей. Райли работала на менее влиятельную банду. Эш и Бен не знакомы с ней, потому что ее банда с ними не сотрудничает.

Все это время Райли вела двойную жизнь. Подработка няней оказалась фальшивкой. Это прикрытие позволяло ей уходить вечером и возвращаться в ночи, не давая мне повода что-то заподозрить.

Она врала мне. Врала с самого начала.

– Я правда хотела рассказать… Но для тебя это могло быть опасно, и я не хотела показывать тебе этот мир…

Да, этот мир опасен.

Но этот мир проник в мой. Все вокруг так или иначе связаны с ним: отец, любимый, лучшая подруга. Но ни у кого, кроме Бена, не хватило смелости сказать мне об этом, все решили сохранить свой белый и пушистый образ.

То есть… Райли, ах ты, зараза!

– Значит, по вечерам ты уходила… туда?

Она кивнула, пряча глаза. Мне не хотелось, чтобы ей было неловко. В общем-то, я и не винила ее за то, что она все скрыла от меня, – ей ведь казалось, что она поступает правильно. Но я не могла не злиться. Райли пудрила мне мозги, а я развесила уши.

Ничего нового. Меня просто надурили.

– Как ты стала там работать?

Райли слегка улыбнулась и опустила голову. Элли рассказывала, что раньше с ребенком на руках никак не могла найти работу, а ей нужны были деньги, чтобы выбраться из плачевного положения.

Элли делала все для Тео, своего сына. Она хотела сделать его жизнь лучше, даже если это означало принести в жертву свою.

Но Райли… Что побудило ее влезть в этот кровавый мир? Эта работа – синоним смерти. Им давали задания, во время которых они рисковали жизнью. От одной мысли об этом у меня стыла кровь. А у них – нет. Они будто бы… привыкли.

– У меня в школе была подруга, которая фанатела от криминального мира, – сказала Райли. – Она познакомила меня с сериалами о бандах и преступниках. И я полюбила это ощущение опасности, этот адреналин…

Я нахмурилась. Мне-то казалось, что Райли запала на «Острые козырьки» только из-за костюмов братьев Шелби. Все приобрело другой смысл.

– Она была старше меня на два года. Мы уже собирались подавать документы в университеты, и мне было грустно осознавать, что у нее нет на это никаких средств. – Райли подняла на меня глаза. – У меня не было проблем с деньгами, но я понимала, как ей обидно.

Она вздохнула, вспомнив школьные времена.

Я тоже не знала проблем с деньгами, потому что у меня богатый отец. Но кому-то живется тяжело, и выбирать не приходится. Ужасно, что людям приходится рисковать жизнью, чтобы прокормить себя, сталкиваться со смертью, чтобы жить. Тем не менее я до сих пор не понимала, как Райли попала в эту организацию.

– Поэтому Хэзер начала искать способ заработать, – продолжила она. – О работе невольницей ей рассказал знакомый. Сначала она была против, и я тоже. Это же как бы преступники. Она могла попасть в тюрьму, ее могли убить и так далее… но ей было тяжело. Ее младший брат снова попал в больницу, а мать едва успевала платить.

Ее подруга дошла до стадии «у меня нет выбора», хотя есть множество других, менее опасных занятий.