Сара Ривенс – Невольница. Книга 1,5. Мы не можем (не) быть вместе (страница 112)

– Виделась, – ответила я не подумав.

Отец напрягся и вопросительно посмотрел на меня. Вот блин.

– Ты виделась с Эшем? Эшером Скоттом? – повторил отец, скрестив руки на столе. – Почему не сказала мне?

– Я знала, что тебе не понравится…

Мне хотелось рассказать о Бене, а для этого прощупать почву. Пусть папе не нравится их семья, но самого Бена он, может, и не стал бы осуждать.

– Эш – манипулятор, Изабелла, как и вся его семья, – сурово произнес он. – Держись подальше от него.

Я смешалась. Но не собиралась отступать – это был мой единственный шанс затронуть тему.

– Я с ним не общаюсь… Скорее с его кузеном, Беном. Бенджамином Дженкинсом.

– Это семья преступников, – вздохнул он. – Не связывайся с ними, Изабелла.

– Они хорошие ребята…

– Сейчас-то хорошие, а потом? Но решай сама, я просто даю совет, – сухо сказал папа. – Я не могу выбирать тебе друзей, ты уже взрослая и сама все понимаешь.

Не дав мне ответить, он встал со стула и вернулся в дом.

Бен идеально мне подходит, несмотря на то что мы полные противоположности. Мы созданы друг для друга. Да, моя семья не одобрит наши отношения, но я готова к этому.

Зазвонил телефон, и сердце екнуло – это была Киара.

Трясущейся рукой я поднесла телефон к уху:

– А-алло?

– Ты спускаешься? Я у тебя.

Уже девять часов. Коул скоро выведет Бена из комы! Я хлопнула себя по лбу. Совсем не заметила, как прошло время.

– Не оделась еще? – усмехнулась Киара. – Давай быстрее, я жду!

И она положила трубку. Не теряя ни секунды, я взбежала к себе. Райли залипала в телефоне. Я схватила джинсы и футболку, а она вопросительно посмотрела на меня:

– Куда торопишься?

– Ки… Киара… приехала, – сказала я, подпрыгивая, чтобы натянуть джинсы. – Врач выводит его из комы, я хочу быть рядом, если он проснется.

– Проснется, – заверила она, поднимаясь, и стала переодеваться.

Я удивленно выгнула брови.

– Ты правда думаешь, что я отпущу тебя одну?

Я улыбнулась, завязывая шнурки.

Мы сбежали по лестнице. Отец хмуро проводил нас взглядом, но Райли сказала ему, что мы за покупками.

Киара припарковалась в нескольких минутах ходьбы от дома. Запыхавшись, мы прыгнули в машину.

– Мне страшно, но уже нет сил ждать, – сказала Киара, трогаясь с места.

Я тоже очень боялась. И тоже очень хотела увидеть его. Сердце сжалось, когда я вспомнила слова Коула:

«Есть шанс, что он не проснется, и тогда я ничего не смогу сделать».

Бен, ну пожалуйста… не оставляй нас…

Глава сорок восьмая. Мы не можем (не) быть вместе

Коул не вводил Бену седативные уже одиннадцать часов, но так ничего и не произошло. Одиннадцать часов мы ждали, что он проснется или хотя бы пошевелится. Но он не подавал признаков жизни.

– Его организм должен вывести все препараты. Хорошо то, что жизненные показатели в норме, – сказал доктор, глядя на приборы. – Но мы не знаем, когда он проснется. И проснется ли вообще.

У меня сдавило горло.

– А примерно сколько он так пробудет? – спросила Райли, гладя меня по спине.

– Если через десять дней неврологические тесты не покажут признаков активности, можно начинать волноваться, – ответил Коул. – Нужно стимулировать его ощущения. В лучшем случае он очнется через сорок восемь часов.

– То есть он может проснуться через два дня? – спросила я, поднимая голову.

– Скорее через три, – улыбнулся Коул. – Он выжил, Изабелла. У него много осложнений, но он выжил.

Но я все равно сомневалась. Пока Бен ни на что не реагирует, нельзя утверждать наверняка.

Дверь открылась, и показалась Киара с коробкой пиццы под мышкой. Она позвала нас поесть, но я не была голодна, мне хотелось остаться с Беном. Правда, я ничего не ела с утра, а Райли умирала от голода. Я про себя пообещала Бену, что вернусь, и отправилась вслед за подругами.

Райли и Киара поднимались по ступенькам, обсуждая какую-то банду, а я пыталась унять тревогу.

А вдруг у него будет остановка сердца? Нет, Белла, там Коул.

А вдруг он не проснется?

А вдруг он потеряет память? О господи.

Киара распахнула дверь в кабинет Эша. Тот орал на своего собеседника по телефону. Киара устроилась на диване, а Райли млела, пялясь на этого блондинчика. Она произнесла одними губами: «Он такой красивый!» – и Киара засмеялась.

– Мне посрать, где они! Если я не получу груз к одиннадцати вечера, прощайся с самым ценным, что у тебя есть! – злобно крикнул Эш и отключился.

Тяжело дыша от ярости, он вытащил пачку сигарет и потер переносицу. Зажав сигарету в зубах, вдохнул успокоительный никотин.

После нескольких затяжек он упал в кожаное кресло и посмотрел на нас.

– Никогда бы не подумал, что Чармандер работает невольницей, – пробормотал он, имея в виду Райли.

Та сразу все поняла и с бледной улыбкой лишилась чувств, как истинная фанатка. Как же, ведь он дал ей покемонское прозвище.

– Эш, помнишь, что когда-то твой любимый цвет был оранжевый? – хитро спросила Киара и поднесла к губам стакан.

– Не помню такого, мне нравится голубой.

Киара поперхнулась газировкой. Он расхохотался и заявил:

– Не играй со мной в эти игры, Смит, мне ничего не стоит утереть тебе нос.

Голубой?

Я не поняла намека, но Киара достала телефон и записала фразу Эша. Она планировала рассказать Бену обо всем, что он пропустил за эти две недели. А сейчас он явно упустил что-то важное.

– На кого ты работаешь? – спросил Эш, разглядывая Райли.

– На Макса Галлахера, банда «Розы и Демоны», – сообщила Рыжик, пытаясь сохранять спокойствие. – Ты главный источник вдохновения для меня. То есть твоя семья.

– Это лестно.

Взяв кусок пиццы, Эш сел напротив нас.

– Ты видела Бена, Грейс?

Я кивнула.

– Коул сказал, что он проснется в лучшем случае через два дня, – сказала Киара. – Если через десять дней признаков пробуждения не будет, то…