Сара Пэйнтер – Язык чар (страница 24)

– Ну, я…

– Но Имоджен такая… такая упрямая, понимаешь? – Кэти скорчила гримасу, и Гвен едва не прыснула со смеху.

– А еще она крутая. Куда круче, чем я. У нее уже в девять лет был бойфренд.

– Ну, это…

– И она всегда хорошо выглядит. У нее самые лучшие волосы.

– Волосы – это хорошо, – успела вставить Гвен.

– Я просто не уверена насчет вечеринки. – Кэти умолкла ровно настолько, чтобы перевести дух. – Наверно, подожду, а там видно будет.

Припарковав машину, Гвен повернулась к племяннице и уже открыла рот, чтобы спросить, кто такая, черт возьми, Имоджен и о чем вообще идет речь, но тут Кэти одарила ее широкой улыбкой.

– Спасибо тебе огромное, тетя Гвен. Поговорить с тобой такое удовольствие.

– Всегда пожалуйста, – осторожно, чтобы не попасть впросак, сказала Гвен.

Кэти вдруг притихла и умолкла – впервые за последние полчаса.

– Хочу спросить у тебя кое-что.

– Валяй, – с внезапно проснувшимся чувством беспокойства согласилась Гвен.

– Мама сказала, что ты иногда помогала полиции.

– Она так сказала?

– А это неправда? – огорчилась Кэти.

– Отчасти правда. Помогала. Но только однажды. И мне как бы не положено об этом рассказывать.

В глазах девушки вспыхнули искорки любопытства.

– Так ты агент?

Гвен рассмеялась.

– Нет. Я совсем не такая крутая.

– А что ты делала?

– Кэти, – мягко предупредила Гвен, – твоя мама…

– А, да знаю я. – Кэти махнула рукой. – У нее совсем уже крыша поехала.

Отлично. Гвен постаралась не обижаться.

– Так ты этим занималась? И поэтому уехала?

– Все не так просто.

Кэти не сдавалась.

– Это как?

Гвен помолчала, раздумывая, как бы выразиться аккуратнее.

– Способность находить потерянные вещи – это вовсе не что-то особенное.

– Не всегда срабатывает? – спросила Кэти, перебирая бахрому шарфа.

Гвен покачала головой.

– Что-то находится всегда. Вот только это не всегда то, что ищешь. – От лжи зачесалось левое ухо. Но и сказать правду своей румяной племяннице она не могла. В тот единственный раз, когда Гвен использовала дар, чтобы помочь полиции, все закончилось тем, что ее занесли в список подозреваемых по делу об убийстве. Да, ненадолго, но и этого было вполне достаточно. Она закрыла глаза, отгоняя видение: бледное, распухшее от речной воды, облепленное водорослями тело мальчика.

Кэти снова открыла рот, но Гвен подняла руку.

– Пожалуйста. Твоя мама только-только начала со мной разговаривать.

После двух огромных чашек горячего шоколада они побаловали себя маршмеллоу, о котором Кэти отозвалась так: «Они, типа, полная фигня, пока их не расплавишь», и Гвен посадила племянницу на автобус до дома. В близости к Бату есть свои преимущества, подумала она, хотя не поняла и пятидесяти процентов того, о чем говорила Кэти.

Вечером, когда Гвен разглядывала некротические стены гостиной – интересно, нет ли среди всего оставленного Айрис хлама банки какой-нибудь яркой краски? – в прихожей зазвонил телефон. Мысленно добавив к списку обязательных к покупке вещей сначала столик в прихожую, а потом беспроводной телефон, она поспешила снять трубку. Звонила Руби.

– Спасибо. – Голос Руби звучал на удивление спокойно. – Я имею в виду за сегодня.

Гвен едва не выронила трубку.

– Кэти просто сияет, – продолжала сестра. – Я такой жизнерадостной несколько недель ее не видела.

– Мы с ней пили горячий шоколад, – только и нашлась Гвен.

– Не дома? И она была не против показаться с тобой на людях?

Гвен почти оскорбилась, но теперь уже расслышала в голосе Руби нотки обиды.

– Уверена, это ненадолго. Просто я ей в новинку.

– В любом случае я тебе благодарна.

– Всегда рада помочь.

Руби помолчала, словно в нерешительности, и выпалила на выдохе:

– Она уже снова просится к тебе.

– Я только за.

– Как-нибудь после школы?

– Конечно, – сказала Гвен и, не удержавшись, добавила: – Если ты не против, чтобы Кэти проводила здесь время.

– Я же сказала, что мне очень жаль, – едва слышно отозвалась Руби.

– Вообще-то не сказала, – возразила Гвен. А потом я уехала, и ты даже не попыталась связаться.

– Так ты хочешь поговорить об этом сейчас?

Гвен с такой силой сжала трубку, что побелели пальцы. Усилием воли она заставила себя расслабиться.

– Меня любое время устроит.

– Я вовсе не имела в виду, что ты какая-то плохая. Просто вырвалось. Я испугалась.

– Если не ошибаюсь, ты употребила другое слово – дурная. – Гвен не хотела, чтобы напоминание прозвучало упреком, но обида вырвалась, как пузырьки из шампанского, и добавила резкости.

– Послушай, я сказала, что сожалею, но с чувствами ничего поделать не могу, – тоном праведницы произнесла Руби.

– Это был карточный фокус. Из набора «Юный волшебник».

– Понимаю. Теперь.

– У меня на голове был фетровый колпак. Кэти вытащила из него Мистера Бан-Бана.

На другом конце линии молчали. Глядя на потрескавшуюся краску, Гвен собиралась с силами, чтобы не поддаться эмоциям.

– Я думала, что кролик настоящий, – сказала наконец Руби. – Он был такой пушистый. Мне показалось… Я думала…