Сара Пэйнтер – Весь этот свет (страница 22)
Еще мне нужно было выяснить, существовала ли на самом деле медсестра в старомодной униформе, которую я по-прежнему видела.
– Историю больницы. – Судя по всему, он не поверил ни единому слову. Должно быть, решил, что ноутбук мне нужен, чтобы смотреть видео с котятами, и я просто стесняюсь в этом признаться.
– Я так устала вспоминать о прошлом, что решила сосредоточиться на чем-то другом. Может быть, тогда все само собой встанет на место. Вы говорили, мне нужно расслабиться, и я пытаюсь, но я не могу расслабиться, ничего не делая. Понимаю, это звучит как парадокс…
– Неправда, – он указал на себя. – Классический перфекционист, по вашему приказанию прибыл.
Я улыбнулась.
– Я знаю, у вас много дел, но буду очень признательна, если вы все же предоставите мне ноутбук. Если вы попросите Парвин с работы, она может зайти ко мне домой и взять его, или…
– У вас ключи с собой? Буду рад вам его принести.
– Это так мило с вашей стороны! Я скажу Марку, что… – начала я, но он меня оборвал.
– Но при одном условии – вы перестанете называть меня доктором Адамсом.
– Я буду называть вас Господом Богом, если вы принесете мне ноутбук, – едва договорив, я снова покраснела.
Он улыбнулся медлительной, ленивой улыбкой, абсолютно неофициальной и очень привлекательной.
– Сойдет и просто Стивен.
– Стивен, – повторила я, радуясь, что голос не дрожит.
Когда он ушел, я долго вспоминала его улыбку и тоже улыбалась.
Стивен Адамс сдержал свое слово. На следующий день он пришел ко мне с ноутбуком, который я сразу же узнала, и большой книгой в мягкой обложке.
– История больницы, – сказал он, помахав ею. – В жизни бы не поверил, что кто-то станет тратить время на описание вот этого всего, но главное, вам пригодится, – открыв книгу на первой странице, он нахмурился. – Еще и самиздат. Сейчас окажется, этот кто-то зря потратил и ваше время.
– И дерево, – добавила я, взяв книгу, – не забывайте про дерево.
Книга была толстой, и я увидела явный признак того, что в ней есть фотографии: плотные страницы, серые по краям.
– Я думал о ваших словах, – сказал он. – Принес несколько бумаг с вашей работы. Волноваться не о чем – пока вас нет, обо всем позаботятся, но я подумал, вам будет приятно увидеть что-то знакомое.
– Спасибо, – я была тронута. Он положил бумаги мне на стол, отодвинув в сторону стакан с компотом из черной смородины.
– Спасибо… – интонация пошла вверх. Он поднял брови, делая многозначительную паузу.
– Спасибо… большое?
– Стивен. Спасибо, Стивен.
– Не могу же я помнить такие подробности, – заметила я, указывая на свою голову. – Будьте снисходительны к коматознику.
– Вы уже давно не коматозник, – сказал Стивен, чуть заметно улыбнувшись. – Раз я совершил чудо, то вы – мой чудесный пациент.
– Очень мило, – ответила я. Руки чесались полистать бумаги, открыть новую книгу.
– Мне пора идти. – Стивен провел рукой по волосам, откинул челку с высоченного лба. – Зайду попозже, после смены, – поколебавшись, добавил: – Если хотите.
– Конечно, – сказала я, думая, много ли здесь фотографий, может ли такое случиться, что я увижу на групповом снимке медсестер свою таинственную подругу. Доказательство, что я не совсем свихнулась.
– Тогда до встречи.
Как только Стивен ушел, я открыла книгу и принялась листать. Меня всю трясло от волнения и надежды. Черно-белые снимки больницы и прилегающей территории, медсестры, врачи, люди в старомодных костюмах, сбившиеся в кучу. Я закрыла книгу и глаза, стараясь взять себя в руки, чтобы спокойно воспринимать новую информацию. Сейчас же мне хотелось захихикать, захлопать в ладоши, сделать еще что-нибудь совершенно неадекватное. Выплеснуть этот внезапный прилив энергии.
Я прижала к себе ноутбук, раскрыла, включила, наслаждаясь чувством нормальности, которое давали эти простые действия. Я поняла, что получила не только развлечение, но и ключ к прошлой жизни. Вдруг я раньше вела дневник?
Перед обедом (запеченная до мягкости брюква, нарезанная идеальными кружочками; на удивление съедобная говядина в горшочке; обезжиренный клубничный йогурт) ко мне заглянул Марк, очень довольный. Что уж там, он был просто на седьмом небе от счастья. Но я не смогла разделить его радости – стоило увидеть его в хорошем настроении, как мое собственное тут же испортилось. Я мрачно заканчивала свой обед, сосредоточившись, чтобы доесть все до последнего кусочка, и не смотрела на Марка.
– У меня хорошие новости, – сказал он, когда я поставила поднос на тумбочку.
– Можешь завтра принести что-нибудь вкусное? Надоела больничная еда! Умру за сочный бургер.
Марк был явно недоволен, что я его перебила, но во мне поднялся дух противоречия. Я понимала, что веду себя не лучшим образом, но не могла остановиться.
– Какой-нибудь поинтереснее, из бара-ресторана. Из стопроцентной говядины, с сыром и соусом, и жареной картошки тоже хочу. Хорошей, хрустящей. Помнишь, мы купили такую, с корочкой, в том магазине… как он назывался? – пока я говорила, у меня появилась новая причина нести всякую чушь. Теперь она призвана была не раздражать, а отвлекать Марка. Я боялась того, что он сейчас скажет.
Но Марк все же разглядел краешек моего лилового ноутбука, выглядывавший из ящика прикроватной тумбочки.
– Кто его притащил?
– Стивен, – сказала я. – Доктор Адамс.
– Ах, он уже Стивен? – лицо Марка скривилось. – О чем он думал, черт бы его побрал? Тебе надо отдыхать, а не работать. Как будто я тебя не знаю. Пусти тебя к компьютеру, ты будешь целыми днями за ним торчать, отвечать на письма, чтоб не отстать от жизни.
– Это я его попросила, – я чуть запнулась. – Думала, ты забыл.
– Естественно, я ничего не забыл. Я о тебе забочусь.
Я не понимала, почему Марк так злится, но мое сердце заколотилось. Все хорошо. Я в больнице. Судорожно вздохнув, я заставила себя вновь заговорить.
– Что такого…
– Ты уже им пользовалась?
– Если честно, нет. Не могу зайти на почту или открыть документы, – я улыбнулась, давая понять, как мало это для меня значит, показывая, что ни капли не расстроилась, что все равно иду на поправку. – Забыла пароль.
Марк молчал, по-видимому, раздумывая, смешно это или нет. Пауза затянулась. Меня не покидало чувство, будто я упустила что-то важное, но я не знала что, а спросить боялась. Наконец Марк улыбнулся. Его лицо стало спокойным, голос – теплым и ласковым, будто он и не приходил в ярость.
– Жалко. Придется подождать, прежде чем узнаешь последние новости.
Я тоже улыбнулась, радуясь, что инцидент исчерпан. Но сердце по-прежнему билось слишком часто, и к тому же начала раскалываться голова.
Марк поправил ноутбук. Теперь, когда уголок не выглядывал, я не чувствовала такой тесной связи с реальностью, но ничего не сказала. Без паролей от ноутбука все равно не было никакой пользы.
– Так вот, – сказал Марк, выпрямившись и сжав мою ладонь обеими руками, – новость. Я нашел для нас дом.
Его слова ничего для меня не значили. Я думала, меня выпишут и я вернусь домой. В свою квартиру. К лиловому дивану, который не помнила, и белым стенам.
– Тебе там понравится, – продолжал он, не глядя мне в глаза. Не знай я его так хорошо, я решила бы, что он нервничает. Выпустив мою руку, он полез в бумажную сумку, набитую, судя по всему, журналами и газетами, и вытащил оттуда несколько скрепленных степлером листков формата A4. Глянцевая бумага, контакты агентства по недвижимости.
Дом на обложке был прекрасен. С террасой. На улице, название которой я хорошо помнила. У дороги, по которой я бродила, с завистью глядя на высокие дома за аккуратными черными оградками. Большие окна в необычных рамках, со створками, дорогие входные двери, выкрашенные зеленой и красной краской «Фэрроу энд Болл». Кирпичная облицовка – кремового цвета, как положено в дорогих домах Брайтона; и, еще до того, как перелистнуть страницу и увидеть расположение, я знала, что моим глазам откроется узкая полоска голубого моря.
Это было прекрасно. Идеально. А цифра под картинкой – просто чудовищна.
– Я не могу себе такой позволить, – сказала я. Я не могла сказать «мы не можем себе такой позволить», потому что это прозвучало бы неуместно. Я не собиралась съезжаться с Марком, не говоря уже о том, чтобы покупать общий дом. Разве что у меня появится неограниченный запас почек, которые можно продавать и выплачивать ипотеку.
– Можем, – ответил Марк, выпрямив спину. – Вместе мы все можем.
– Хочешь сказать,
– Внутри он тоже ничего, посмотри. – Марк перелистнул брошюрку, лежавшую у меня на коленях, как мертвая чайка. – Просторный. Четыре спальни.
Сама того не желая, я стала просматривать страницы. Кухня с дорогой деревянной мебелью кремового цвета и огромной плитой. Большие окна и стеклянные двери, ведущие в сад, – как в моей квартире, во взрослой ее версии – в бесконечный сад, в отдалении которого виднелось что-то наподобие беседки. Спальня с красивым эркерным окном, откуда открывался вид на улицу. Высокие потолки, светлые стены, очаровательные карнизы… даже – я задержала дыхание – встроенные, мать их, камины. Да, мне хотелось этот дом. Еще бы не хотелось. Если бы я выиграла в лотерею, купила бы его, не задумываясь… Я столкнула каталог с колен на пол.
– Он правда классный, – сказал Марк, – и он стоит этих денег. Не могу дождаться, когда ты наконец увидишь его своими глазами. Я знаю, ты придешь в восторг. Мы будем в нем очень счастливы.