Сара Пэйнтер – В зазеркалье воды (страница 21)

– Разумеется, – ответила Стелла. Ей понравилось, как он сформулировал вопрос, словно она не была всего лишь ассистенткой. Этот человек мог довести до белого каления, но у него был свой стиль.

Эсме вошла на кухню в тот момент, когда Стелла кормила Табиту кусочками холодной курицы со своего сандвича. Стелла решила, что вместо извинений на раздражительность Эсме лучше всего ответить проявлением силы воли. Она бесстрашно выдержала пронзительный взгляд пожилой женщины.

– Разве она не красавица? – поинтересовалась она.

К ее изумлению и облегчению, Эсме рассмеялась.

– Я заварила чай, – сказала Стелла.

– Спасибо. – Эсме обошла ее, мимоходом потрепав Табиту по голове.

Когда они наполнили чайные чашки и Стелла доела свой сандвич, она заметила, что Эсме пристально смотрит на нее с непроницаемым выражением лица.

– Что-то не так?

– Что привело вас в Арисейг? – спросила Эсме.

Стелла подумала о возможности солгать или уклониться от ответа, но в Эсме было что-то, требовавшее откровенности.

– Мое сердце было разбито, и я поняла, что нуждаюсь в перемене мест. Поэтому я вроде как убегаю от собственной жизни.

Эсме кивнула, как будто такой ответ показался ей совершенно разумным.

– А почему сюда?

– Старые друзья. Я приехала сюда погостить у них, а потом захотела остаться. – Тяжелая голова Табиты лежала у нее на ноге; собака закатила глаза и смотрела на нее то ли с обожанием, то ли выпрашивая еще одну порцию куриного мяса.

– Вы уже делали так раньше?

– Убегала от самой себя? Нет, никогда. – Стелла размышляла, не потому ли Эсме была такой недоверчивой, что считала новую ассистентку легкомысленной. – Как правило, я очень надежный человек. Но друзья уже давно приглашали к себе, а у меня закончился рабочий контракт. Как оказалось, это было хорошее время для побега.

– Лежать! – внезапно крикнула Эсме, заставив Стеллу вздрогнуть всем телом. Энгус, подкравшийся сзади, немедленно плюхнулся на пол. Табита тяжело вздохнула, а в следующую секунду вокруг стола распространился едкий запах.

– Ох, Табита, – сказала Эсме. – Прошу прощения. Она всегда так делает, когда я кричу.

Стелла подавила желание сказать, что в такой обстановке недержание мочи может случиться с кем угодно.

– Офисная работа, да? – спросила Эсме секунду спустя.

– Личный помощник, секретарь, офисный менеджер и прочее в этом духе, – ответила Стелла.

– Звучит не слишком солидно, – заметила Эсме, поджав губы. Стелла уже хотела спросить, что она имеет против секретарской работы, когда женщина добавила: – Частая смена работы, переход с места на место… Это не по мне.

– Я быстро устаю от монотонной работы, – объяснила Стелла. – Когда я налаживаю систему так, что дела идут гладко, и у меня пропадает инициатива.

– А что вы будете делать, когда устанете от Джейми?

– Не могу представить, что такое может случиться, – без раздумий ответила Стелла и тут же пожалела о своих словах.

Но Эсме просто кивнула.

– Он как провод под током. – Она допила чай и встала. – Ладно, я не могу сидеть тут и болтать все утро.

Остановившись у двери, она свистнула, и Табита подбежала к ней, оставив холодное пятно на ноге Стеллы, где лежала ее голова, и влажную лужицу накапавшей слюны.

– Кто ваши старые друзья? – поинтересовалась Эсме, ненадолго повернувшись к ней.

– Роб и Кэтлин Бэйрд.

Эсме застыла, так и не похлопав Табиту по голове. Потом она медленно кивнула.

– Я знаю Роба Бэйрда, – ровным тоном произнесла она.

Когда подошел очередной вечер пятницы, Стелла решила пораньше отправиться в поселок и немного расслабиться. Она приступила к работе в пять утра, когда провела беседу по скайпу с менеджером по маркетингу книг Джейми в Японии, поэтому со спокойной душой выключила компьютер в четыре часа дня и ушла в Арисейг.

Было приятно покинуть территорию поместья. Стелла никогда бы не поверила, что такое огромное место может показаться тесным, но ей нравилось смотреть на другие лица, сидеть на липковатом стуле в пабе и чувствовать, как мир вращается вокруг нее. К сожалению, ветер принес с собой горизонтальный дождь, поэтому немногие осмелились выйти на улицу для прогулки, но в пабе было полно людей, и Стелла полагала, что рано или поздно один из них заведет с ней беседу. Здесь всегда так происходило. В Лондоне ты можешь сидеть в пабе и рыдать над кружкой пива, но никто даже не предложит тебе носовой платок.

После двух-трех коротких разговоров о погоде с людьми, проходившими мимо ее столика в поисках свободного места, мужчина с красным носом, пинтовой кружкой пива в одной руке и стаканчиком виски в другой занял место напротив нее.

– Все нормально, девушка?

Стелла кивнула и улыбнулась. Разумеется, здесь должен быть местный пьяница.

– Я знаю, вы работаете в «большом доме», – с легкой запинкой продолжал мужчина. Вблизи он оказался моложе, чем она думала. Может быть, немного старше сорока лет, хотя было трудно судить.

– Все верно. – Стелла ничуть не удивилась. За последние несколько недель она поняла, что в Арисеге нет никаких секретов. А может быть, и во всей Шотландии.

– А ведь такая милая девушка! – произнес он и сокрушенно покачал головой. Жест выглядел наигранным, и у Стеллы создалось впечатление, что он получает удовольствие от представления, разыгрываемого перед доверчивой милашкой.

– Мне нравится, – сказала Стелла. – Там очень красиво, – добавила она в надежде подтолкнуть его. Сильно пьяный человек может мгновенно протрезветь; это была общая истина, независимо от места проживания.

Словно получив подсказку от суфлера, тот подался вперед, а его взгляд стал сосредоточенным.

– Я не разыгрываю вас, милочка, но есть вещи, которым вы не поверите.

Он говорил, брызгая слюной, и Стелла немного отклонилась назад.

– Он заставит вас помогать в его экспериментах. – Слово «эксперименты» было заключено в неуклюжие эмоциональные кавычки. – Последняя, кто этим занимался, умерла.

– Последняя?

– Девушка из Моллэйга. Она упала со скалы и разбила голову.

– Какой ужас, – сочувственно произнесла Стелла.

– По крайней мере, он так говорил. Это он рассказал полицейским.

– Почему вы думаете, что это неправда?

– Он такой же, как и его отец, – сказал мужчина, возвращаясь к прежнему расслабленному состоянию. – Да, точно такой же. – Он покачал головой. – Знаете, я ведь был там. Я видел его.

– Вы видели, как Джейми это сделал?

– Нет… не сын. Его отец. Я видывал его в прежние дни. Он запускал руку ей под юбку, и вряд ли она сильно радовалась этому… да.

Стелла почувствовала, что собеседник готов к жутким откровениям; она испытывала любопытство, смешанное с отвращением. И была немного разочарована своим любопытством. Еще две-три недели, и она тоже превратится в предмет для местных сплетен. Она попыталась вернуть разговор к недавнему происшествию:

– Если девушка погибла, то полиция должна была провести расследование.

– Папаша Джейми трахал все, что двигалось, – продолжал мужчина, упорно не желая отказываться от любимой темы. – Никто не хотел, чтобы их дочери работали в том доме. Если только они не были обучены карате и прочему…

– Это серьезное обвинение.

Он откинулся на спинку стула и заморгал с неуместным изумлением.

– Ну да. И кто меня засудит? Он умер, крошка. Нельзя оклеветать мертвеца.

– А вы можете?

– Нет, если его родственники начнут вонять. Тогда дело может обернуться паршиво. – Он поднял руку и неопределенно помахал пальцами. – Двадцать лет в «Пост».

– В «Пост»?

– Газета, если вы еще помните, что это такое, – неожиданно трезвым голосом сказал он. – До того как мы познали чудеса Интернета.

– Вы были журналистом?

– Я бы не докатился до такого, если бы пел в церковном хоре, – он широким жестом указал на себя, включая потрепанную одежду, пятна от пота на рубашке и плохо выбритый подбородок. – Я собирался написать хороший сюжет о нем, но до этого так и не дошло. Я не смог добраться до источников. Никто не желал плохо отзываться о нем.