Сара Лотц – Белое безмолвие (страница 20)

Ты держись там, Маркус.

День тридцать первый

Очень обеспокоена тем

Думаю, самое время отменить

Начинаю сначала

Эри и Сэм пригласили меня на прогулку к палаточному городку на окраине базового лагеря. Я почти ожидала, что они заговорят о плохой атмосфере в команде, но об этом они молчали. Это хорошо. Я знаю, что потеряла контроль над собой, но отказываюсь признавать, что вела себя неразумно.

Когда мы добрались до дороги, меня вдруг вновь охватило ощущение, будто кто-то находится рядом на границе видимости. Я резко обернулась и на этот раз мельком заметила фигуру, одетую в защитный костюм горчичного цвета; лицо его казалось бесформенным размытым пятном. У меня вырвалось:

– Кто это там, рядом с Эри?

Сэм сказал:

– Хм? Там никого нет.

Сэм был прав. Там никого не было. Вообще никого.

Борясь с подступившей тошнотой, я извинилась и вернулась в свою палатку.

Теряю, я теряю

Это… либо меня выслеживают, либо преследуют призраки

День тридцать второй

Никаких снов я не видела, но проснулась с ощущением сильной тревоги. Я знала, что сегодня должно случиться что-то плохое: это вернулось.

Теперь я увидела это перед палаткой, в которой размещалась столовая. Оно появилось там всего на секунду, чего мне, однако, хватило, чтобы понять, почему голова у него такая большая и неправильной формы: на нем была старинная кислородная маска, изо рта тянулись ее трубки. Но прочее его снаряжение, его ботинки и горчичного цвета защитный костюм показались мне вполне современными. Такое смешение нового и старого снаряжения означает, что это не озлобленный дух погибшего альпиниста, верно?

Или же у меня просто галлюцинации, вызванные пребыванием в горах. Правда, на такой относительно небольшой высоте это маловероятно, но вполне возможно, что именно так оно и есть.

Либо за мной охотятся призраки, либо это гипоксия, либо я сошла с ума. Какой вариант хуже?

Пытаюсь как-то отвлекаться. Очень помогает злость на Тома.

Свежие новости: подслушала, как Джо и Тадеуш обсуждали Стеф. Ее видели в Лагере III. Так она сейчас на втором круге? Отмела все обвинения в свой адрес? Хорошо для нее, плохо для меня. Если я хочу выиграть, нужно повышать ставки. Другого варианта нет.

День тридцать третий

Что будет, если я откажусь от восхождения:

1. Потеряю аванс на книгу и погрязну в долгах.

2. Не смогу содержать Маркуса, а Грэхем использует это в своих интересах и потребует опекунства.

3. Вряд ли я найду спонсора на еще одну попытку, если потерплю неудачу сейчас, так что это, скорее всего, мой последний шанс. А если Стеф поднимется первой, то о спонсорах вообще придется забыть.

4. На улице прессы наступит большой праздник.

5. Вероятно, это станет последним гвоздем в крышке гроба моей карьеры.

6. Не смогу помочь семье Анг Цзеринга.

Нет. Я прорвусь.

«Не позволяй этим ублюдкам стереть тебя в порошок, крошка».

Этого сегодня не было.

День тридцать четвертый

Вернувшись с прогулки сегодня утром, я обнаружила, что ледоруб Уолтера снова пропал. В конце концов я нашла его под своим спальным тюфяком. Я его точно туда не засовывала. Кто-то (это? Том?) побывал в моей палатке. Испытывая параноидальный страх, что мое жизненно важное снаряжение украдут, я запаковывала и перепаковывала свой рюкзак, но страх всё нарастал.

Пожалуйста, пусть это был Том. Я подумывала о том, чтобы выяснить с ним отношения, но в глубине души я знала, что это не он.

Вечером это стояло за палаткой туалета. Я прищурилась, и оно тут же исчезло.

Мне очень хочется, чтобы это был Уолтер. Но почему его присутствие ощущается таким темным, если это он?

День тридцать пятый

Не знаю, как к этому относиться. Когда я в очередной раз проверяла, есть ли у меня всё необходимое для завтрашнего похода в ПБЛ, в мою палатку вошел Том. Вообще-то он высокий мужчина, но сегодня выглядел маленьким. Его темные волосы, которые он обычно убирал под шапку, сегодня свисали засаленными прядями.

Он сказал:

– Джульет, мы можем поговорить?

Я хотела его сразу послать, но мне стало любопытно. Мы с ним прошли в дальний конец палатки-кухни, где нас никто не мог услышать. И там он мне сказал:

– Я должен перед тобой извиниться, Джульет. Я говорил тебе правду насчет того, что ничего не рассказывал репортерам, но, похоже, один из моих знакомых дома был не таким сдержанным.

Оказывается, он разболтал обо мне одному своему приятелю, который слил новости о моем восхождении в таблоиды.

Я должна была испытывать удовольствие при виде его смущения, но этого не произошло. Он сказал, что он «разоткровенничался» только потому, что я с самого начала экспедиции относилась к нему «с презрением» и ему было неприятно. Не могла же я объяснить ему, что это связано с тем, что он похож на моего неверного мужа, правда?

На этом мы и расстались.

Но отсюда следует, что это не он забрался в мою палатку и спрятал ледоруб Уолтера. Могла я сама это сделать, а потом забыть?

И еще я должна признать, что злость на Тома помогает мне сосредоточиться. Я почти не помню об этом.

Тадеуш говорит, что два итальянца планируют совершить восхождение в то же время, что и я. Я рада этому. По крайней мере, я там буду не одна. Ты и без того не окажешься одна там, наверху, крошка. С тобой будет это. Он опять не сказал ничего определенного насчет продвижения Стеф, но я видела, что он озабочен этим. Должно быть, у нее всё хорошо. И если я собираюсь все-таки подняться на гору, случиться это должно скоро.

Я сказала Тадеушу и Джо, чтобы они никого не посылали, если со мной что-то случится. Я не хочу, чтобы шерпы рисковали собой ради того, чтобы спасти меня.

Я всё думаю: правда ли, что человеку отпущено строго определенное количество везения? Буддисты верят, что срок жизни большинства людей отмерен с самого рождения. Но что происходит, когда ты играешь со смертью, рискуешь и дразнишь ее? Станет ли она дразнить тебя в ответ?

Не могу больше выносить трескотню в своей голове. Мне необходимо отдохнуть. Нужно поесть, нужно быть сильной.

Делаю это ради Маркуса. Делаю это ради Анг Цзеринга. Делаю это ради себя.

Кто он, тот третий, идущий рядом с тобой?

Саймон

Кому: TCAKES@journeytothedarkside.com

От кого: sibaby@journeytothedarkside.com

Тема: Орел приземлился

Привет, Т.!

Итак, я сделал это. Катманду – потрясающий город, люди тут замечательные и очень дружелюбные.

С другими членами экспедиции я увижусь сегодня вечером за «ужином знакомств», но Тадеуш и его девушка встретили меня в аэропорту. Тадеуш – крутой отморозок. Думаю, он похож на Рутгера Хауэра в фильме «Бегущий по лезвию бритвы». Его подруга Ирени – врач команды и менеджер базового лагеря; она шведка, симпатичная, чем-то напоминает сексуального хомячка. Ах да, что ты им рассказал о моем альпинистском опыте, чтобы выбить для меня разрешение на подъем? Ирени, похоже, считает меня каким-то чудом света.

Свежую информацию вышлю завтра, а потом, возможно, некоторое время у меня не будет доступа к электронной почте, потому что в среду мы отправляемся по «Шоссе дружбы» (серьезно, оно так и называется) в Тибет, после чего для акклиматизации съездим на несколько дней в Ньялам и Тингри, перед тем как выдвинуться в базовый лагерь. Два мужика-новозеландца, с которыми я познакомился в очереди за визами, говорят, что городишки эти паскудные и что мне нужно к этому приготовиться.

Ты сам-то веришь, что у нас получится?

Идея для наших списков: пять самых страшных болячек, пожирающих плоть?

Adios [56], пообщаемся в следующий раз, когда я буду на горе.