Сара Франклин – Редактор. Закулисье успеха и революция в книжном мире (страница 58)
Джудит отправила копию статьи своему другу, соавтору и бывшему наставнику Энгусу Кэмерону. «Я с огромным удовольствием прочел твое эссе», – ответил он[908]. Кэмерон увидел повод дать ей непрошеный совет. По его мнению, Джудит уже давно было пора самой написать книгу. Осенью и в начале зимы 2001 года он несколько раз присылал ей идеи того, какую форму может принять ее книга. «Тебе нужно написать большую общую книгу о готовке и назвать ее по существу: “Издание книг о готовке”, например»[909]. Спустя несколько недель он писал: «Тебе нужно написать книгу, и первой и самой легкой будет собрание личных эссе о Джулии и т. д. Рабочее название может быть “Великие повара: мемуары редактора писателей-поваров”. И разумеется, когда-нибудь ты должна написать “Мемуары редактора кулинарных книг”. Я еще выжму из тебя две, а то и три книги». В одном из последних писем, которые он когда-либо отправил Джудит, Энгус настаивал: «Сейчас я как никогда убежден, что ты сама должна написать книгу. <…> Это должна быть книга о том, как ты училась лучше готовить у экспертов, редактируя и выпуская их книги. Ты просто обязана писать. У тебя есть к этому талант. С любовью, Энгус»[910].
Кэмерон умер в ноябре 2002 года в возрасте 93 лет. Оплакивая его уход одна в своей квартире, Джудит перебирала их многолетнюю переписку. Она перечитала письма, в которых он снова и снова уговаривал ее писать. Джудит никогда на самом деле не задумывалась над тем, чтобы рассказать свою историю в книге. Однако она должна была признать, что ей понравилось писать статью для Saveur, для которой она задействовала другую часть мозга, чем при редактуре. А писательство в одиночку совершенно отличалось от совместного – оно было более интроспективным и приятно затруднительным. И если уж чьему редакторскому видению Джудит и доверяла, так это видению Энгуса Кэмерона. Его слова казались ей одновременно вызовом и последним благословением. Убирая его письма обратно в конверты, Джудит подумала, что, возможно, пришло время ей попробовать найти свой голос на бумаге.
18
Был поздний вечер. Джудит сидела на задней веранде Брин Тега. Ее волосы еще не высохли после вечернего купания. На столе рядом с ней стояли чистая тарелка и пустой бокал: она приготовила себе ужин и съела его при свечах, как продолжала делать каждый вечер после смерти Дика. На северо-западе виднелся силуэт Зеленых гор и ломаная линия темнеющего неба. Опускающееся солнце тянуло вниз свои угли, озаряя облака, нависшие над горным хребтом. Птицы притихли. Летучие мыши метались в воздухе и пикировали к земле. Внизу, на пастбище, слышалось тихое чавканье скота, отрывавшего зубами траву, и его медленные тяжелые шаги. С помощью своего кузена и соседа Джона Рейнольдса в начале года Джудит завела небольшое стадо коров абердин-ангусской породы и растила их на убой. Она поежилась – вокруг сгущалась сумеречная прохлада. На дворе был июнь 2006 года, почти летнее солнцестояние. Вскоре дни должны были начать постепенно становиться короче. Джудит ощущала приближение поворотного момента, словно заряд, – она была им наполнена. Она замерла и остановила затуманенный взгляд на пылавшем горизонте.
Когда небо приобрело темно-синий ночной оттенок, Джудит собрала посуду и зашла в дом. Она устала после долгого и насыщенного дня. Она рано встала, позанималась йогой и сходила поплавать в пруду. Зайдя в воду, она остановилась, чтобы достать несколько стеблей рогоза с илистого дна: камыши постоянно норовили разрастись до центра пруда и превратить его в болото, которым оно было раньше. Выбросив длинные стебли на берег, Джудит закончила плавать под гортанное кваканье лягушек и посреди порхавших в утреннем тумане стрекоз. После завтрака она пошла в свой кабинет, чтобы поработать над рукописями. В следующем году должна была выйти очередная книга Апдайка – сборник эссе и критики под названием «Должное рассмотрение» (Due Considerations), – а также Лидии Бастианич, итальянского шеф-повара и предпринимательницы, с которой Джудит начала работать в 2001 году. Их первой кулинарной книгой стала «Итальянско-американская кухня Лидии» (Lidia’s Italian-American Kitchen), а в 2004-м они выпустили еще одну – «Семейное застолье Лидии» (Lidia’s Family Table). К лету 2006 года они уже вносили завершающие штрихи в третью книгу, «Италия Лидии» (Lidia’s Italy), которая должна была выйти в апреле 2007 года.
Джудит вырвал из размышлений хруст гравия под шинами на подъезде к дому: это были ее подруги, умелые собирательницы, Нова Ким и Лес Хук. Они завезли ей корзинку грибов и хотели договориться о походе в лес в конце недели. Было уже время обеда, и Джудит спросила, не хотят ли они остаться. Но им нужно было ехать к нескольким ресторанным шеф-поварам, чтобы отдать им свои продукты. Когда они уехали, Джудит приготовила себе обед, а затем отвела собаку на прогулку до конца длинной крутой дороги, чтобы забрать почту. К тому времени, как она приступила к своей книге, был уже поздний вечер.
После того как Saveur опубликовал эссе Джудит о Париже, Кристофер Хиршаймер уговорила ее написать для журнала еще несколько статей[911]. Джудит написала эссе о сморчках и крыжовнике под названием «Северные лимоны» (The Lemons of the North), вышедшее в июльском выпуске 2001 года[912]. Летом 2000 года Хиршаймер приехала в Брин Тег, чтобы снять плодоносящий куст крыжовника Джудит. Тогда же фотограф сняла, как она идет в пруд плавать, а ее пес Мэдок бежит за ней по пятам. Выйдя из воды, Джудит рассказала Хиршаймер о бобре, который обустроился в пруду в 1999 году, перегрыз деревья у берега, построил плотину, вырыл нору и угрожающе бил хвостом по воде каждый раз, когда Джудит к нему приближалась[913]. Она поняла, что вскоре плотина может забить дренажную систему пруда и он затопит нижнюю часть ее территории и, скорее всего, грунтовую дорогу. Она долго и мучительно думала, как же поступить. В итоге она попросила Дэвида, мужа своей падчерицы Бронвин, попробовать убить животное, чтобы снова обрести покой. Однажды рано утром в первых серых лучах солнца Джудит проснулась от звука выстрелов. Она спустилась по лестнице и выбежала на улицу, где увидела Дэвида, стоявшего рядом с обмякшей 50-фунтовой тушей бобра на траве.[914]
Джудит ощутила одновременно облегчение и растерянность: ей казалось, что выбросить труп будет расточительностью и неуважением. Она вспомнила Энгуса Кэмерона, который рассказывал ей о давней традиции охоты на бобров не только ради их меха, но и ради их мяса. Она также вспомнила, как Дик зажарил бобровый хвост, который ему подарил местный охотник, и как из этого получился рецепт, включенный в их с Энгусом «Кулинарную книгу L. L. Bean о дичи и рыбе». Джудит объяснила Дэвиду, как разрезать тушу, пока она была еще теплой, и вытащить из нее печень. На кухне она обваляла ее в муке, поджарила в большом количестве сливочного масла и съела на завтрак, отдав дань бобру. Потом она освежевала и зажарила его полный жира хвост, а лапы потушила на ужин.
Хиршаймер сказала Джудит, что эта история слишком хороша, чтобы ее не опубликовать[915]. Та согласилась, и «Рассказ о бобре» (Beaver Tale) вышел в июньско-июльском выпуске Saveur 2003 года. Джудит написала эссе с юмором, но также с уважением к взаимосвязи между людьми и природой, которая нас обеспечивает. Она была обескуражена, получив в ответ на статью поток гневных писем, осуждавших ее жестокое поведение и невежество в отношении ключевой роли бобров в поддержании здоровья экосистемы.
Эта реакция подтвердила подозрения Джудит, что американцы практически ничего не знают о том, откуда берется их еда. Она все больше и больше задумывалась об этом по мере работы с Кит Фостер, Эдной Льюис, Энгусом Кэмероном и впоследствии художником, виноделом, садовником и увлеченным домашним поваром Эдвардом Джобби (чью книгу «Удовольствия хорошей земли» (Pleasures of Good Earth) она выпустила в 1991 году в серии «“Кнопф” готовит по-американски»). Несмотря на то что отпор читателей Saveur удивил Джудит, он не заставил ее замолчать. Напротив, она стала лишь еще более мотивирована высказываться, и не только по поводу еды.
В марте 2004 года Джудит исполнилось 80 лет. И хотя никто не давил на нее открыто, она понимала, что в воздухе висит вопрос о ее уходе на пенсию. Книгоиздание все больше и больше становилось сферой молодых: все ускорялось в соответствии с ритмом новых СМИ и менявшихся трендов. Джудит было нелегко приспособиться к некоторым из этих перемен. Однако она не хотела уходить со своей должности и не видела для этого причин. Она была по-прежнему любознательна и предана своей работе и ежегодно выпускала множество книг. И несмотря на свой возраст, она была гибкой и энергичной: она занималась йогой каждое утро дома и на еженедельном занятии клуба, который она давно организовала в офисе. Она ходила на работу пешком, ездила на метро и автобусе. Она ходила с друзьями в театр и на концерты. Принимала активное участие в жизни церкви. Сама покупала продукты и готовила. Она все больше времени проводила в Брин Теге: благодаря почте, факсу и интернету она могла находиться вне офиса все дольше, при этом не выпадая из рабочего процесса. Джудит также путешествовала. Она продолжила их с Диком традицию ежегодно посещать Париж и совершала поездки со своими авторами: в Израиль с Джоан Нейтан и Бронвин, чтобы сделать фотографии для книги Нейтан «Еда современного Израиля» (The Foods of Israel Today) 2001 года, и в Неаполь и Рим с Лидией Бастианич.