Сара Фейрвуд – Академия чародейства и проклятий 3. Война света и тьмы (страница 6)

Снова правда. Звезды… они всегда были частью моего мира, но после воскрешения я будто могла различить их холодный мерцающий свет лучше, чем раньше. Контуры проходящего в отдалении машины, светящаяся аэрономическая пыль в воздухе, буквально все стало казаться мне острее, ярче, контрастнее.

Я приподнялась, чтобы сесть немного ближе к нему.

– Хорошо, предположим, я поверила. Скорость, слух, зрение… что-то еще? Как мне привыкнуть, если половина того, что раньше составляло мою жизнь, теперь невозможно? Я не могу есть еду. Я только смотрю на нее и… ничего не чувствую. Никакого наслаждения. Только отвращение.

Его лицо на мгновение помрачнело. Он снова задумался, но ответ был настолько мягким и уверенным, что я сразу почувствовала в нем искренность.

– Еда для тебя потеряла смысл. Единственное, что теперь питает тебя, – это кровь. Это твоя реальность. Но ты адаптируешься. А вкус… вкус можно вернуть. Может, и не полностью, но достаточно, чтобы не чувствовать себя оторванной от своего прошлого мира.

Его слова меня совсем не успокоили, но в них была истина, которой я не могла не признать.

– Кристиан… – мой голос предательски дрогнул, а в комнате на миг стало еще тише, как будто даже звезды за окнами перестали двигаться. – А если я не хочу адаптироваться? Что, если я хочу быть человеком, настоящим? Чтобы все было как раньше? Тогда, когда я была жива?

Я ощутила, как его тело слегка напряглось подо мной. В его глазах мелькнула искорка боли, но он быстро спрятал её за маской самообладания, как если бы защитная броня сломала его. Его спокойствие всегда удивляло меня, как может быть кто-то настолько контролирующим, когда вокруг все рушится.

– Нельзя вернуть твою прежнюю форму назад, – тихо произнес он, его голос был бархатным, но в нем слышалась тень уверенности. – Я понимаю, что тебе тяжело от того, что ты стала вампиром. Но у меня тогда не было выбора. Ты умирала. А шанс на то, что вообще обратишься в вампира, был практически равен нулю.

Я вспомнила ту тьму, которая окутала меня, когда я провалилась в бесконечный сон. Страх, боль, воспоминания о том времени, когда все было столь живо. И в этом океане мрака остался один миг – его голос, его преданность, его любовь.

– Я помню свои слова перед тем, как я закрыла глаза навсегда, – усмехнулась я, будто пытаясь скрыть свою уязвимость шуткой. Это было сложно, но нужно было хоть немного разрядить атмосферу.

– Да? – Кристиан сделал вид, будто не понимает, поднимая брови, словно невинный ребенок, но я знала его слишком хорошо. Он чувствовал, как эта тема давит на меня, и где-то внутри боролся сам. – И какие же? – спросил он с легкой иронией.

Я приподнялась на локтях, чтобы взглянуть ему в глаза. Они светились золотистым оттенком, полными тайны и силы. Я ненадолго задумалась, стараясь вспомнить свои последние слова, но они были под сюрреалистическим покрывалом прощания.

– Я сказала, что люблю тебя, а ты мне не ответил, – с вызовом произнесла я, и в этом заявлении была вся моя тревога, всё беспокойство о будущем, которое теперь выжигало меня, как святая вода вампира.

Кристиан, на мгновение задумавшись, окинул меня взглядом, в котором переплетались задумчивость и нежность. Он медленно поднял руку и провел пальцем по моей щеке, как будто хотел стереть слезы, которых у меня не было.

– Я помню каждое твое слово. Каждый раз, когда ты говорила «я люблю тебя», ты дарила мне частичку себя, – сказал он нежно, его голос как шепот в полутьме. – Я был слишком занят страхом потерять тебя, чтобы ответить. Я не знал, что сказать, как выразить свои чувства в этот момент. Мне было страшно. Теперь, когда ты снова со мной, я хочу, чтобы ты знала, я люблю тебя больше, чем когда-либо.

Эти слова пробудили во мне весь спектр эмоций – радость, облегчение и глубокую привязанность. Я прижалась к нему еще ближе, ощущая, как его сердце бьется в унисон с моим. Ночь окутала нас, как теплое одеяло, а вдыхая его аромат, я понимала, что моя новая жизнь началась с этого момента.

– Но я теперь не человек, Кристиан, – произнесла я, чуть смущаясь. – Я на половину вампир. У меня есть слабости. Какие у тебя слабости? Неужели я теперь должна бояться не только света, но и тебя?

Кристиан слегка усмехнулся и поднял одну бровь, выглядя одновременно обаятельно и загадочно.

– У вас, полу-вампиров, есть свои уникальные слабости. Вы более восприимчивы к солнечному свету. Один час под прямыми лучами может вызвать серьезные проблемы. Но одно я могу тебе сказать, – он притянул меня ближе к себе и наклонился, чтобы я могла уловить его дыхание, – моя главная слабость – это ты.

– Ты не понимаешь, – продолжала я, – я не знаю, как контролировать свою жажду. Как вообще можно быть в компании людей, если я, возможно, наврежу им в порыве голода?

– Мы справимся с этим вместе, – уверенно произнес он, накрывая меня своим теплом. – Я буду рядом с тобой, чтобы учить, защищать и заботиться о тебе. Ты должна знать, что твои страхи это лишь часть перехода. Мы научимся использовать твою силу, а не бояться ее.

Я посмотрела ему в глаза, там не было ни капли сомнения. В его взгляде я увидела решимость и любовь, что добавляло мне уверенности.

– Хорошо, – медленно произнесла я, – но есть ли ещё другие слабости, о которых мне стоит знать?

Кристиан легким движением отодвинул волосы с моего лица.

– Есть одно – серебро. Оно может вызвать у вампиров сильную боль. Но, – добавил он с улыбкой, – несмотря на это, я бы никогда не позволил, чтобы это стало причиной разлуки между нами.

Я улыбнулась, чувствуя, как внутри меня разгорается свежая волна уверенности и решимости.

– И кстати, – произнес Кристиан, с легкостью наматывая на палец прядь моих теперь уже светлых волос. – Мне нравится твой новый цвет.

Я закатила глаза в ответ. Мой новый цвет… казалось, что это было высмеиванием.

– Я похожа на седую старуху, – фыркнула я, нахмурившись. – Мне не идет блонд.

В голове пронеслась мысль о том, что я похожа на Айрис – его сумасшедшую бывшую, которую я убила год назад. Убийство, несомненно, поменяло меня, не только изменило мою сущность, но и оставило на душе тяжелый след. Теперь, когда я стерла с лица земли её существование, мне оставалась лишь быть её ненавистной тенью.

Кристиан усмехнулся, и я ощутила, будто этот звук был напоминанием о том, как я быстро отреклась от своей старой жизни. Его глаза сверкали, словно пара ночных звезд, полных загадок и вечных историй. В них я читала уверенность, не поддающуюся логике, и я знала, что каждый момент с ним – предел моих ощущений.

– Ты знаешь, что блонд стал символом силы? – продолжал он, будто читая мои мысли.

Я сморщила губы. Конечно, силы. Я лежала на его груди, еще не осознавая, какое темное, и в то же время, шокирующее будущее мне предстояло. Но именно его слова придавали мне сил. В этот миг, в этой комнате, где каждое слово обретало вес, я поняла, что не хочу оставаться одной.

На мгновение я замерла, впитывая все эти эмоции. Я подняла голову, и наши глаза встретились. В них отражалось нечто большее, чем просто любовь. Это была связь, о которой мечтаешь каждую ночь – объединение двух душ, постигнутых потерей и болью, но нашедших друг друга среди окутывающей тьмы.

– И еще, – произнес Кристиан, его голос стал низким и таинственным, – скажи, ты не жалеешь о том, что стала такой?

– Я не знаю, – призналась я, подбирая слова. – Но я знаю одно: я не позволю, чтобы моя жизнь вновь стала пустотой.

Его усмешка озарила комнату. Я знала, что воспоминания о прежней жизни отделяются от меня, как перо, оставленное в старой книге. Чувство отречённости растаяло в его улыбке, и я, кажется, впервые ощутила себя свободной.

Мы лежали так, не зная, сколько прошло времени. Я знала, что Джек, сосед по комнате, наверняка снова куролесит с кем-то. Это означало, что комната была только нашей, и тишина вокруг нас только усиливала ощущение покоя. Но это спокойствие было обманчивым. В отличие от Кристиана я не могла заснуть. Вампирский сон явно был не для меня. Я осталась в этом новом, неожиданном состоянии вечного недосыпа.

Поднявшись на локте, я посмотрела на Кристиана. Его черные волосы слегка падали на лоб, а скулы были четко очерчены и расслаблены в глубоком сне. Он был совершенен, как картина мастера – магическая и недоступная. Глядя на него, я улыбнулась. Он снова был моим.

Я осторожно села на кровати и потянулась к кроссовкам, стараясь не издавать ни звука. Комнату охватил полумрак, я знала, что мне нужно немного побыть одной, чтобы разобраться с новыми ощущениями. Я оставила комнату, тихо закрыв за собой дверь. Коридор общежития был темным и безмолвным. Все остальные уже спали, и в этом уединении я почувствовала себя немного одинокой и немного свободной.

Выйдя на улицу, я вдохнула свежий воздух. Ночь была окутана завесой звезд, которые действительно были ярче, чем когда-либо, когда я была человеком. Каждый звук был отчетливым, а запахи острее. Каждая деталь этого мира напоминала мне о том, что я теперь живу в другом измерении.

Я направилась к саду, где проводила вечера на старой скамейке. Тень от густых деревьев накрывала эту укромную территорию, создавая атмосферу уединения, в которой я могла даже на мгновение забыть о том, что моя жизнь кардинально изменилась. Я чувствовала себя потерянной, словно путник в безбрежном море. За квадратными кустами прятался мой маленький мир, заполненный воспоминаниями, как будто природа сама пыталась укрыть меня от суровой реальности.