Сара Дессен – Выше луны (ЛП) (страница 8)

— Прости, — тихо промямлила я.

— Ты должна рассказать ему все, — папа строго посмотрел на банку пива в руке. — И не просто «Моррис, будь аккуратнее и работай эффективнее», а конкретно: «Ходи быстрее, научись парковаться, не врезайся в стены на заправке и не выводи из себя окружающих».

— Прости, — снова сказала я.

Он лишь покачал головой.

— Я бы уволил его, но пусть сперва отработает сумму ремонта. Похоже, я застрял с ним.

— Про… — папа скептически посмотрел на меня, и я замолчала на полуслове. — Я заплачу столько, сколько потребуется. Это я виновата, что так вышло.

— Нет, нет, — папа махнул рукой. — Ты уже и так достаточно для него сделала. Я разберусь.

Я думала, через неделю Моррис снова будет выгнан. Но нет. Папа оставил его у себя, а это было еще хуже, потому что он бесконечно жаловался на нового сотрудника. На то, какой он медленный. На то, как он роняет все, что ни дашь ему в руки. На то, как он просверлит что угодно — но не то, что нужно было. Список продолжался до бесконечности, и каждый новый пункт, словно обухом меня по голове ударял.

— Ну, так уволь его! — взмолилась я, наконец. — Пожалуйста. Прошу тебя, это ужасно!

— Безусловно, — согласился папа, — мне только надо найти ему замену. Он все же лучше, чем ничего, — пауза. — Наверное.

Странность в том, что он так его и не уволил. Возможно, дело было в том, что Моррис все же старался что-то делать, а еще мой папа прекрасно знал его историю — отца нет, мать мало занимается сыном. Или, может, он все же надеялся, что из Морриса выйдет толк. Однако в итоге Моррис ушел сам, после чего начал вздыхать, что работать негде.

Теперь же я в упор смотрела на него. Он медленно складывал грязные вилки в судок.

— Моррис, прошу тебя, просто кинь их туда уже и все.

— А?

— Ладно, забудь.

А вот и Люк со льдом вернулся. Он припарковался, вылез из машины, взял контейнеры со льдом, помахал кому-то и рассмеялся над чьей-то шуткой. Забавно, что два человека могут вырасти в одном городе, ходить в одну школу, дружить с одними людьми — и быть в итоге совершенно разными. Семья — или ее отсутствие — значит больше, чем может показаться на первый взгляд.

— Точно все нормально? — уточнил Моррис. — Ты какая-то странная.

Я сглотнула и посмотрела на Робин, которая стояла неподалеку от нас.

— Отец звонил сегодня.

— Правда? — я кивнула. — А что он хотел?

— Не знаю. Еще не перезванивала.

Моррис задумался, затем пожал плечами.

— Может, у него подарок к выпускному для тебя.

Я скорчила рожицу.

— Поздновато, не думаешь?

— Лучше поздно, чем никогда.

Дамы и господа, вот это определенно жизненный девиз Морриса! Но, знаете, я спокойно относилась к тому, что он так медлителен, потому что… Ну, таким уж он был. От остальных я ждала большего. И в особенности — от отца.

Когда история с колледжами закончилась, жизнь потихоньку вернулась в нормальное русло, насколько, конечно, это было возможно. Даже несмотря на неприятную ситуацию с Колумбией, я понимала, что смогла поступить туда именно благодаря отцу. Поэтому в конце мая я опустила в почтовый ящик приглашения на выпускной для него, Лии и Бенджи. Он не ответил. Что бы нас ни связывало последние годы, оно исчезло.

Или мне так казалось. «Позвони, как будет возможность». Понимаю мамин порыв выбросить бумажку прочь. Обманул меня однажды — позор тебе. Обманул меня дважды — значит, я позволила. Да, такая уж я девушка, и я не могу это изменить. Я — та, кто я есть, я родилась там, где родилась, и Калифорнийский университет — место, куда я собираюсь. Разве то, что он мог мне ответить, каким-то образом изменило бы ситуацию? Нет.

Но даже несмотря на это, я терпеть не могла оставлять что-то незаконченным, поэтому мне было интересно, зачем звонил отец. Весь ужин я старалась не думать об этом, а вместо этого сжимала руку Люка, краем глаза следила за передвижениями Морриса (точнее, их отсутствием) и весело хлопала Энди и Брук. По дороге домой, которую я могла бы проделать даже с закрытыми глазами (четыре поворота, два «Стоп»-знака и светофор), я снова старалась об этом не думать. Когда, наконец, я оказалась дома, я не спешила внутрь, вместо этого выйдя на пляж. Песок под ногами — вот моя родина. Мы — обитатели побережья, и никто и ничто не в силах это изменить.

* * *

Воскресенье — это еще один рабочий день с еще большим количеством заселяющихся. Работы больше, чем когда-либо еще, и для меня последний день недели всегда означал полную загруженность.

«Пляжи Колби» не нанимают специальных людей, которые прибираются в домах, вместо этого мы сотрудничаем с разными клининговыми компаниями, потому что работы много и она непростая. Попробуй, приведи в порядок хотя бы один дом сверху донизу, если выселяются из него в десять, а заезд в четыре. Всего-навсего шесть часов на то, чтобы новые постояльцы считали, что никто не жил здесь четверть суток назад. Поэтому всегда нужно было следить за тем, как дома подготовлены к новым гостям. Это, кстати, входило в мои обязанности.

Первым в списке местом на сегодня была «Летняя мечта», второй по счету дом, если смотреть справа. Я остановила машину, вышла на улицу и прошагала прямо в открытые настежь двери. В гостиной была уже давно знакомая мне уборщица — Лолли. Она пылесосила, а из другой комнаты слышались звуки, какие бывают, когда пол моют мокрой шваброй.

— Эмалин, — Лолли приветственно кивнула, выключая пылесос.

— Привет. Как тут дела?

Она вздохнула и выпрямилась, опершись на трубу пылесоса.

— О, и не говори, моя спина ноет и ноет. Надеюсь, доктор, наконец, выпишет мне направление на рентген. У тебя такое было?

Я покачала головой. Лолли любила поболтать, а я уже давно поняла, что лучший ответ на ее вопросы — просто «Да» или «Нет».

— Возможно, потом придется ложиться в больницу, — продолжала она. — Как будто у меня есть время на это.

— Ого. Сочувствую.

Лолли снова вздохнула.

— Передай в офис, что вешалка для полотенец в ванной все-таки сломалась, и приклеивать ее снова нет смысла, надо менять.

Я кивнула.

— Сперва Рон и его простата, теперь это, — сокрушалась она. — Да еще Трейси вернулась с детьми, она же теперь в разводе. В общем, никакого покоя. На стене царапина, надо как-то убирать, — прибавила она, возвращаясь к пылесосу.

— Поняла, спасибо.

Комната уже сияла чистотой, а Лолли вытряхивала контейнер для пыли в мусорный мешок. Дом снова готов к новым гостям.

— Дженис! Ты закончила? У меня уже все.

— Да, почти, — донесся другой голос из соседней комнаты, — выйду через десять минут.

Я быстро прошлась по дому, оглядев его. Кровати заправлены, ванные чистые, полотенца свежевыстиранные и аккуратными стопками лежат у туалетных столиков. Когда я спустилась, Лолли и ее напарница уже собирались уходить.

— Еще увидимся, — улыбнулись мне женщины и вышли. Я заперла дверь и тоже направилась к машине. Уже открывая дверь, я вдруг услышала шаги у себя за спиной. Обернувшись, я увидела высокого парня в темных очках и с айподом. Он выглядел знакомым, вот только имя никак не приходило на ум. Нет, не знаю, кто он, значит, неважно.

— Эй, — позвал он, когда я снова повернулась к машине. Он подошел и снял наушники. — Ты же из офиса, да?

Я вгляделась в его лицо, пытаясь припомнить, где могла его видеть, но он опередил меня.

— Ты же приходила к нам с вином и сыром с фруктами.

Точно, VIP-доставка. Он был с той странной женщиной в «Песчаном рае».

— Да, это была я.

— Тео, — он протянул руку. — Забыл, как тебя зовут.

Уверена, он не мог этого забыть хотя бы потому, что невозможно забыть то, чего не знал. Но протянутую руку я все же пожала.

— Эмалин.

Он кивнул и взглянул на дом.

— Ты здесь живешь?

Я тоже взглянула на «Летнюю мечту», где было восемь спален, десять ванных комнат, четыре большие комнаты вроде гостиных, огромный бассейн и гараж на три машины.

— Нет, работаю.

— В воскресенье утром?

— Туризм никогда не спит, — улыбнулась я, не понимая, почему он вообще остановился и заговорил со мной. — Половина домов будет заселена именно в воскресенье.