Санжийн Пурэв – «Осень в горах» Восточный альманах. Выпуск седьмой. (страница 59)

М. Салганик

Бадаль Сиркар. Нескончаемый путь

Акт I

Письменный стол, зава ленный бумагами. Спиной к залу сидит писатель. Он пишет. Входит тетушка. Мы называем ее тетушкой просто потому, что так удобней. Ее можно бы звать матушкой, бабушкой, как угодно. Тетушка сердита. Она не может понять, что происходит с писателем. Для тетушек вообще характерно непонимание.

Тетушка. Не понимаю, что с тобой. (Писатель не отвечает.) Обедать будешь или нет? Сколько можно ждать? (Писатель не отвечает.) Ну?

Писатель. Минуточку.

Тетушка. Минуточку! Уже третий раз слышу это. Больше не буду тебя звать.

Писатель. Ты уже третий раз грозишься не звать меня.

Тетушка. Делай, как знаешь… Все пишет, и пишет, и пишет. И какой от этого писания толк? Один бог знает… (Уходит, продолжая ворчать.)

Писатель перечитывает написанное. Читая, спускается со сцены. Появляется девушка. Будем называть ее Манаси. По–бенгальски значит «Мечта» — имя довольно распространенное.

Манаси. Закончил?

Писатель. Нет.

Манаси. Не хочешь почитать мне?

Писатель. Я ничего не написал. (Рвет листки.)

Манаси. Зачем ты это сделал?

Писатель. Затем, что это ерунда. Мне не о чем писать.

Манаси. Не о чем писать?

Писатель. Не о чем. И не о ком. Кого я знаю?

Манаси (указывая на зал). А вот эти все люди? Разве ты никого из них не знаешь?

Писатель. Кое–кого знаю. Тех, что похожи на меня. Но о таких, как я, пьес не пишут.

Манаси. Но, может быть, ты попробуешь написать?

Писатель. Пробовал. (Выбрасывает порванные листки и возвращается к столу.)

Манаси, помедлив минуту, уходит. Писатель резко поворачивается и сбегает в зрительный зал. Навстречу поднимаются четверо — минуту назад они искали свои места. Писатель — еще со ступенек — обращается к ним.

Эй, вы, вот вы, вы!

Первый. Простите, вы мне?

Писатель. Будьте добры, поднимитесь на сцену.

Второй. Мы все?

Третий. На сцену?

Писатель. Вы все. На сцену. Если не возражаете.

Четверо поднимаются на сцену.

Первый. Теперь куда?

Писатель. Вот сюда, пожалуйста. Вот, вот ступеньки… Простите, как вас зовут?

Первый. Амал Кумар Бос.

Писатель. А вас?

Второй. Бимал Кумар Гхош.

Писатель. А вас?

Третий. Камал Кумар Сен.

Писатель. А вас?

Четвертый. Нирмал Кумар…

Писатель (яростно обрывает его). Неправда! Амал, Бимал, Камал, Нирмал — так не бывает! Анекдот какой–то! Том, Дик, Джон! Как вас зовут, я спрашиваю?!

Гаснет свет. Сцена погружается почти в полную темноту. Амал, Бимал и Камал отступают в глубь сцены. Четвертый остается в центре.

Как вас зовут?

Четвертый. Индраджит Рой.

Писатель. Почему же вы назвались Нирмалом?

Индраджит. Боялся.

Писатель. Чего боялись?

Индраджит. Потерять покой. Когда перестаешь играть по правилам, теряешь покой.

Писатель. Вы всегда называли себя Нирмалом?

Индраджит. Нет. Первый раз.

Писатель. Почему?

Индраджит. Годы идут. С годами начинаешь бояться. Боишься даже счастья. С годами начинаешь хотеть покоя. Полного покоя.

Писатель. Сколько вам лет?

Индраджит. Сто? Двести? Не помню. По свидетельству о рождении — тридцать пять.

Писатель. Где вы родились?

Индраджит. В Калькутте.

Писатель. Учились?

Индраджит. В Калькутте.

Писатель. Работаете?

Индраджит. В Калькутте.

Писатель. Женились?

Индраджит. В Калькутте.

Писатель. Умерли?

Индраджит. Я еще жив.

Писатель. Уверены?

Пауза.