Санжийн Пурэв – «Осень в горах» Восточный альманах. Выпуск седьмой. (страница 61)
Бимал. У Биши ничего получается. Вот он все время и лезет в политику. А это уж совсем ни к чему.
Камал. Как это ни к чему? Либо литература отражает политику, либо она перестает быть литературой.
Амал. Не согласен. Литература должна запечатлевать истинную красоту. А грязному делу, политиканству, в литературе не место.
Бимал. Я не согласен со словом «грязный». Если в жизни существует грязь, так и литература должна ее описывать. Литература должна быть реалистической и давать картину подлинной жизни. Правда, Индра?
Индраджит. Не знаю. Конечно, должна быть реалистической. Но позволительно ли ей быть фотографическим отображением жизни или…
Камал. А вы знаете, который час? Половина восьмого!
Амал. Вот это да! А практикум? Я побежал.
Камал. Подожди. Мне в твою сторону.
Амал и Камал уходят.
Бимал. Пошли, Индра?
Индраджит. Понимаешь, у меня тут дело одно есть.
Бимал. Так, тебе в какую сторону?
Индраджит
Бимал. Почему же ты с ними не пошел?
Индраджит. Не сообразил. |
Бимал. Да катись ты к черту! Пойду один.
Бимал уходит. Уже давно слышится приглушенная музыка. Теперь она становится громче, мелодия усложняется. Входит писатель.
Писатель. Привет, Индра! Ты что здесь делаешь?
Индраджит. Ничего. Сижу.
Писатель. О чем задумался?
Индраджит. Ни о чем.
Писатель. Ребят сегодня видел?
Индраджит. Видел.
Писатель. Кого?
Индраджит. Амала, Бимала и Камала.
Писатель. Ну и что вы делали?
Индраджит. Трепались просто.
Писатель. О чем?
Индраджит. Обо всем понемногу.
Писатель. Крикет — кино — физика — политика — литература?
Индраджит. А? Ну да, крикет — кино — физика — политика — литература. Как ты узнал?
Писатель не отвечает. Достает из кармана горсть жареных орешков.
Писатель. Угощайся.
Индраджит. Я вот думал, что мне делать.
Писатель. В каком смысле?
Индраджит. Учиться осточертело.
Писатель. Ну и чем ты хочешь заняться?
Индраджит. Не знаю. Подмывает плюнуть на все и уйти.
Писатель. Куда?
Индраджит. Понятия не имею. Куда–нибудь подальше. В дальние края. Хочется повидать джунгли, пустыни, айсберги… Птиц разных, пингвинов, страусов… Или зверей — ягуаров, кенгуру. Ну и народ всякий — бедуинов, эскимосов, масаев.
Писатель. Короче говоря, весь набор из учебника географии для шестого класса. Плюс книги, рекомендованные для внеклассного чтения.
Индраджит. Должен же быть настоящий мир, не только в учебнике. Настоящая жизнь. Живут же где–то люди. Где–то далеко. Не здесь.
Писатель. Вдали от крикета, от кино, физики, политики, литературы?
Индраджит. Хотя бы.
Писатель. Ну, пошли.
Индраджит. Куда пошли?
Писатель. Ты же сказал, что хочешь путешествовать?
Индраджит. Прямо сейчас?
Писатель. А почему нет?
Индраджит. Кончай трепаться. Вообще зря я тобой разговариваю.
Писатель. У тебя деньги есть?
Индраджит. Примерно полрупии. А что?
Писатель. И у меня полторы. Пойдем на вокзал. Спросим, до какого места можно взять билет за две рупии. Дальше придется пешком.
Индраджит. Знал бы, что будешь смеяться, вообще бы не стал с тобой говорить.
Писатель. А я не смеюсь. Я серьезно.
Индраджит внимательно смотрит на писателя. Вид у того вполне серьезный. Индраджит начинает колебаться.
Индраджит. А как же мама?
Писатель. Да, действительно. Мама.
Индраджит. Ну и потом — экзамены скоро.
Писатель. Опять верно. Поговорим об этом после экзаменов. Вот возьми орешек — последний.
Писатель уходит. Слышен голос тетушки.
Тетушка. Индра!
Индраджит. Да, мама.
Индраджит не двигается с места. Тетушка выходит на сцену.
Тетушка. Домой идешь или нет? Сколько можно ждать тебя с ужином?