Я не раз представлял, как мама с огромным животом управляется с этой девчонкой, когда та упала и потеряла сознание, потом сидит рядом с ней в машине скорой помощи, потом у её постели в больнице «Мейер», но на самом деле достаточно предположить, что это был всего лишь второй месяц, и всё встаёт на свои места. Я ведь родился 2 декабря, так? Значит, зачат был в начале марта. А два пропущенных выпуска – майские, то есть соответствуют примерно второму-третьему месяцу беременности. Следовательно, ни о каком животе речи не идёт; зато такая гипотеза объясняет, почему отец пропустил эти два выпуска: сперва Ирена была в реанимации, потом восстанавливалась под наблюдением врачей, потом только вернулась домой из больницы. А уже потом, примерно через месяц, когда опасность миновала, папа снова начал регулярно покупать романы (№ 205, «Скрытая планета» Роберта Рэндалла, 7 июня 1959 г.) и продолжал делать это более семи лет, не упустив более ни единого выпуска, пока дело не дошло до трёх подряд пропущенных, а именно:
№ 449 «Геноцид» Томаса М. Диша, 20 ноября 1966 г., № 450 «Война есть всегда» – сборник рассказов Уолтера Ф. Моди, Пола Андерсона, Роберта Э. Маргроффа, Пирса Энтони и Эндрю Дж. Оффута, 4 декабря 1966 г., и № 451 «Зерно богоподобной силы» Мака Рейнольдса, 18 декабря 1966 г.
Здесь причина совершенно ясна: наводнение, когда вымокший до нитки папа на выданной в мэрии резиновой лодке прочёсывал затопленную равнину, спасая сперва животных, а потом, вместе с «ангелами грязи», – книги из Национальной библиотеки. Ты спросишь: да разве возможно, чтобы эти три выпуска папа купить не смог, зато приобрёл № 448 «Отклонение от нормы» Джона Уиндема, вышедший 6 ноября 1966 г., когда наводнение было ещё в самом разгаре, а Флоренция в буквальном смысле находилась под водой? Однако, дорогой Джакомо, чтобы объяснить этот факт, нам придётся вернуться к причине, по которой, как мне кажется, тебе стоит забрать эту коллекцию себе. Я обнаружил её совершенно случайно, и потому она видится мне особенно важной. Вот как всё произошло. Бегло проглядывая названия книг, вошедших в эту серию, «все в идеальном состоянии, вместе со стеллажом Sergesto и т. д.», я вдруг узнал название и автора: «Звёздный десант» Роберта Энсона Хайнлайна. Хайнлайн – один из крайне немногих фантастов, которых я читал, а название показалось мне знакомым по виденному когда-то фильму. Чтобы проверить свою догадку, я открыл книгу и обнаружил, что оригинальное название романа – Starship Troopers, и по нему в конце девяностых в самом деле был снят ужасный фильм, который в итальянской версии назывался «Starship Troopers – Звёздный десант». Но вот в чем суть: взглянув на название, я увидел и предыдущую страницу, то есть первую – как там она называется? – в общем, ту, что идёт сразу после обложки, где приводятся имя автора, название и издательство – да как же она называется? Ну, та, где писатели обычно размещают посвящения – чёрт, как же она называется? Титул? Дай-ка проверю. Ага, похоже, титулом и впрямь называется – как утверждает «Википедия» – «начальная страница книги или же та, которую читатель видит первой после того, как откроет обложку». В общем, это она. Итак, как я уже сказал, я увидел титул, а на нём какую-то надпись карандашом, отцовским почерком. Всего несколько строк, которые я привожу полностью: «Добрый день, дамы и господа! Хочу представить вам своего нового друга... или нет, подругу... синьорину Джованну... а может, наоборот, синьора Джакомо... кто его знает... Так-так, внимание... сюда идёт акушерка... пока не слишком хорошо видно... но вот она наклоняется... Дамы и господа, поприветствуйте Джакомо!»
Ну разве не фантастика? Мама только что тебя родила, а он сидел в больничном коридоре –молодой, взволнованный, отрезанный от происходящего, даже не зная, мальчик ты или девочка, –курил свои «Муратти» и писал всякую чушь на титульной странице одного из романов «Урании». Не то что мы, кому повезло чуть ли не с момента зачатия знать пол своих детей, а после, облачившись в зелёные халаты, быть свидетелями их рождения и во время родов поддерживать своих женщин за плечи...
Вот почему мне кажется, что тебе стоит забрать эту коллекцию в твой дом в Чапел-Хилл, который я видел только на картах Google Earth, да и то лишь сверху.
А отсюда мы приходим также и к объяснению случая от 6 ноября 1966 года: расшифровав то, что написал на титульной странице папа, я закрыл книгу и некоторое время стоял, ошеломлённо crissare[8] (помнишь этот глагол? А помнишь, кто вечно его употреблял?) от избытка чувств; потом наконец очнулся, и взгляд мой упал на красный прямоугольник в нижнем левом углу обложки, где были указаны цена (150 лир), номер выпуска (276) и дата: 25 февраля 1962 г. Минуточку, но ведь ты родился 12 февраля: как же это папа умудрился заполучить книгу, которая выйдет только тринадцать дней спустя? Но после нескольких минут замешательства меня вдруг осенило. Я вспомнил, что когда играл в теннис, то выписывал «Матчбол», который выходил раз в две недели, и очередной выпуск всегда приходил за несколько дней до даты, указанной на обложке, что я некоторое время считал привилегией подписчика, своего рода правом предварительного просмотра, пока однажды не обнаружил суровой правды: в газетных киосках выпуски «Матчбола» тоже начинали продавать за много дней до указанной на обложке даты. Осознав это, я стал замечать, что подобное происходило и со многими другими еженедельными журналами, которые мы выписывали: «Панорамой», «Экспрессом», даже с «Загадочной неделей». Вероятно, это был некий психологический приём, призванный создать ощущение свежести и не дать читателю заподозрить, что, взяв в руки газету четырёх-пяти-шестидневной давности, он имеет дело с устаревшей информацией. Издательство «Мондадори» по какой-то причине использовало тот же приём, пусть даже не имевший особого смысла, и для романов «Урании», а потому более чем вероятно, что дата на обложке соответствовала последнему из четырнадцати дней, в течение которых конкретный выпуск продавался в газетных киосках. Значит, роман, который папа взял с собой в больницу 12 февраля 1962 года, сопровождая маму во время родов (я проверил по компьютеру, это был понедельник), несмотря на дату, был только что вышедшим, свежайшим; папа мог даже купить его в киоске после того, как маму увезли в родильное отделение.
Вот потому-то в папиной коллекции и есть выпуск, датированный 6 ноября 1966 года, хотя к этому моменту он уже 48 часов находился в резиновой лодке, спасая вместе с пожарной бригадой уносимых течением животных: потому что вышел роман тринадцатью днями ранее.
После трёх отсутствующих выпусков 1966 года папа за пятнадцать лет – что весьма впечатляет – больше не допускал промахов, поскольку с № 452 («Архив секретной службы», сборник рассказов Азимова, Такера, Ван Вогта, Мартино и Филипа К. Дика) его коллекция не прерывается до самого № 899, «Коммуны 2000 года» Мака Рейнольдса. Четыреста сорок семь выпусков подряд, которые он купил, затем обернул в веленевую бумагу, а после прочитал и поставил на полку стеллажа – за это время цена книг поднялась с 200 до 1500 лир, а в мире, в Италии, во Флоренции и в самой нашей семье чего только не случилось.
Последний выпуск я оставил напоследок, поскольку он всем своим видом символизирует конец. Вот он, передо мной: белая обложка с круглой, обведённой красным картинкой (юноша и девушка разговаривают в парке с пожилым мужчиной, сидящим на скамейке, все трое голые, а вдалеке, среди деревьев, видны другие столь же обнажённые фигуры), названием «Коммуны 2000 года», именем автора, Мака Рейнольдса, и наконец датой: 23 августа 1981 г.
Но ведь 23 августа 1981 года – это день конца света! Однако фактически этот выпуск, как мы знаем, появился тринадцатью днями ранее, то есть 10-го числа, когда о конце света никто ещё и подумать не мог; а папа определённо приобрёл его в киоске в Кастаньето, где обычно покупал газеты, ещё до Успения, и столь же определённо прочитал за пару дней, как делал всегда, немного на пляже и немного в постели, лёжа на правом боку, лицом к тумбочке и спиной к маме, поскольку в августе, когда в Болгери съезжались мы все, у них не было возможности спать раздельно из-за нехватки места. В понедельник, 24 августа, в газетных киосках должен был появиться следующий выпуск (возможно, не в Кастаньето, – наверное, до Кастаньето он дошёл бы только во вторник или в среду), но это, как и всё остальное, вдруг стало для папы неактуальным. И на сей раз навсегда. А значит, № 899, «Коммуны 2000 года» Мака Рейнольдса, – последняя книга «Урании», которую купил и прочитал папа, последняя в его (почти) полном собрании, с номера 1 до номера 899. И последняя в его жизни.
Согласен, Джакомо, я винил во всём тебя, а винить тебя было ужасно несправедливо. Но, блин, с тех пор прошло уже тридцать лет! Я прошу за это прощения, прошу прощения за то, что помог сделать жизнь в нашей семье невыносимой на долгие годы, которые хоть и продолжали накапливаться и наслаиваться друг на друга, по-прежнему оставались слишком близки к тому проклятому дню. Но ведь прошло тридцать лет! Мы были мальчишками, теперь мы мужчины и не сможем стать чужими, даже если захотим. Братья и сестры обычно ссорятся из-за наследства после смерти родителей – было бы чудесно, если бы мы из-за наследства помирились. Для нашей семьи вообще типично всё делать наоборот.
