Сандра Бушар – Порочный продюсер (страница 13)

— Прекрасный подарок. — он усмехается, только глаза в этот раз совсем не горят. А потом поворачивает меня к ноутбуку и говорил: — Раз ты серьезно настроена, оплачивай.

Сумма в корзине космическая. Это почти все деньги, что у меня есть. И он знает об этом. Небольшое колебание… Палец дрожит над кнопкой «оплатить». Но я вдруг понимаю, что не дам Ему повод сомневаться в моих намерения и… Оплачиваю самый дорогой невозвратный заказ в своей жизни.

— Готово… — захлопываю ноутбук и поворачиваюсь к мужчине с улыбкой… Которая тут же спадает с губ, а по телу прокатывается дрожь страха и волнения.

Беренштейн в бешенстве, все маски сброшены. Тяжело дыша, он размашисто проводит пятерней по копне вставших колом волос. Скалится, словно дикий зверь. Сводит брови на переносице. Дышит тяжело и часто, пока на висках пульсируют вены. С красными глазами, красным лицом, он яростно сжимает мои плечи. А затем встряхивает с такой силой, будто мечтает выбить из тела весь дух.

— ТЕПЕРЬ ТЫ СЧАСЛИВА?! — комната сотрясается от его голоса, подобно грому.

— Да… — шепчу я, пытаясь отвернуться. Он не дает. Заставляет смотреть на него. Будто пытается мне в голову проникнуть и прочесть мысли.

— Все так, как ты хотела? — издевка граничит с чем-то еще. Отчаяньем? Раздражением? Или… бессилием?

Заставляю себя собраться и, гордо вздернув подбородок, уверенно киваю:

— Именно! Меня будут любить, уважать, и ценить. И, главное… — замираю. Чувство, будто выдала лишнего. Кривлюсь и отмахиваюсь. — Нет, не важно…

— ГОВОРИ! — приказывает он. А потом еще раз встряхивает. — ЧТО ГЛАВНОЕ, РИТА?

Я буду жалеть о своих словах совершенно точно. И все же выдаю:

— Я буду единственной, Борис. Я буду главной женщиной в жизни Германа.

Беренштейн выгибает голову в бок, словно слова мои для него звучат более удивительно, чем увидь он сейчас живого ангела воплоти. А потом пальцы его обмякают на моих плечах. Он делает шаг назад и врезается в стену. Только этого словно не замечает. Разворачивается и уходит, спокойно закрывая за собой двери.

Глава 18

Стоя перед зеркалом, я рассматривала шикарное свадебное платье. Макияж и прическа смотрелись просто великолепно, репетиция образа прошла на славу. Только вот… Сколько бы я не крутилась, сколько бы не приглядывалась, все равно червячок внутри не давал расслабиться.

— Не могу поверить, что когда-то считал твою идею глупой! — Герман расхаживал из угла в угол комнаты. От радости смех срывался с его губ.

— Ага… Круто. — устало положив руку на зеркало, я испытала странное желание сорвать с себя платье и выкинуть то в окно.

— Продюсер больше не хочет разрывать со мной контракт, потому что рекламные предложения так и сыпятся! — хлопнув в ладоши, он тут же нервно провел пятерней по волосам. Сегодня блондин казался особенно взбудораженным. — Все вокруг хотят со мной работать! Даже чертов свадебный костюм подарили!

— «Подарили»? — с интересом приподняв бровь, я вопросительно уставилась на парня. — Ты его не сам выбирал, а натянул… какой придется?

— Да. А какая кому разница? Свадьба ведь для вида. — пожал плечами тот, продолжая расписывать не прелести нашего союза. Пока вдруг не добил окончательно: — Жду не дождусь появления детей! Представляю, какая популярность будет!

Меня словно током шандарахнуло. Вздрогнув, оперлась о зеркало и ощутила металлический привкус во рту:

— Д-детей?..

— Ну, да! Помню, как ты их просила… — Герман подошел ко мне, а потом взял своими горячими руками мою дрожащую и ледяную. — Я согласен, дорогая! Хоть десять, ты только скажи. Помнишь, мы обсуждали усыновление? Так вот, я готов попробовать зачать естественным путем. Витаминки попьем или… что там делают?

Мне бы радоваться, карьера идет в гору. Да и «муж» Герман стал более сговорчивый, радостно идет на компромиссы… Только вот почему паника захлестывает? В горле ком, что не дает и слова сказать, а ноги предательски подкашиваются.

— Герман, — мягко шепчу я, пока внутренний голос вопит: «Беги! Беги!» Но заставляю себя улыбнуться и, накрыв его щеки ладонями, шепчу: — Конечно попробуем. Я хочу детей.

И тут во мгновение в голове моей пролетает страшное осознание! Мол, да, детей я вправду хочу. Но и свадьбу хочу настоящую, по большой любви. Чтобы в браке меня любили не за охваты и выросший доход, а просто потому что я — это я.

«Ты загнала себя в ловушку, из которой выхода нет!» — осознание обрушивается на плечи тяжелым камнем. Я погружаюсь в мглу, которая душит и топит безысходность. Но быстро прихожу в себя, услышав за спиной громкий хлопок дверьми.

«Беренштейн!» — появляется странная догадка, ничем не обоснованная. И все же я твердо уверенна — это он.

— Мне нужно… Погоди… — выпутываясь из лап Германа, подбирая платье, бегу прочь. Выхожу на из номера отеля и вижу, как Борис раздраженно спускается по витьеватой лестнице. Приказываю себе уйти, оставить все, как есть… Но с раздражением понимаю: не могу. Ударяя кулаком о перила, кричу: — Сбегаешь даже не поздоровавшись?!

Он останавливается, поднимает взгляд с нижнего этажа. Окидывает меня взглядом быстро, тут же отворачивается и холодно рычит:

— Не хочу мешать вам делать детей.

— Правда? — многозначительно играя бровями, я усмехаюсь. — Прошлой ночью тебе это не мешало зайти в гости…

Мурашки прокатываются по телу. Каждая последняя ночь была особенной. Мы постоянно были вместе, Беренштейн не выпускал меня из своих объятий. Брал столько раз, что под утро не было сил даже дышать. Но каждый раз убеждался, что я достигла пика. Самого яркого финала из всех возможных. А потом уходил… Чтобы вернуться ночью вновь.

— Не переживай. — равнодушно осведомляет мужчина. — Больше такого не повторится.

«Ты победила! Сделала его! Придет день, и вы навсегда разорвете любые отношения, даже деловые!» — говорит здравый смысл внутри, заставляя меня радоваться… Только почему-то не выходит. Озноб сковывает тело, а камень в горле становится все больше.

— С чего это вдруг? — усмехаюсь, пока внутри настоящий пожар. Душа испепеляется на мелкие частички, а сердце мается, словно в клетке.

— Меня замужние дамы не интересуют. — он машет мне рукой, а потом произносит: — Адьес, Рита. Теперь связь держать будем только по телефону. Я временно переезжаю заграницу.

И уходит… Туфли громко ударятся по деревянным ступенькам. А сердце мое вырывается из груди… Когда ярость накрывает с головой и я решительно взрываюсь:

— Бежишь, трус? А что ты сделал, чтобы я не выходила замуж, а? — он останавливается… Я спускаюсь медленно, наблюдая его бешено раздувающуюся спину. Мягко кладу ладонь на плечо и шепчу: — Все, что ты делал — это вел себя, как настоящий подонок. И каждая клеточка моего тела сейчас кричит о том, чтобы я послала тебя к чертям. И, все же, я стою здесь… Дай мне хоть один повод передумать.

Перестаю дышать. Словно каждый вдох отделяет меня от неминуемого. Легкие жжет, а он все молчит. «Ну же, — шепчу я про себя, — скажи то, что я хочу услышать…»

Только в тот момент я вдруг осознаю, как давно попала в капкан и выбираться из него поздно. Острые шипы вогнались глубоко в кожу и совершенно не отпускают.

— Борис… — шепчу я, а у самой позорно дрожит голос. Самой от себя противно. Но отступать поздно. Свой шаг я сделала.

Он делает глубокий вдох, а потом… стряхивает мою руку со своего плеча, рыча:

— Прощай.

Он уходит, а я проваливаюсь в бездну. Захлебываюсь той реальностью, в которой оказалась. Я влюбилась в мужчину, которому совершенно не интересна. Желаю того, кто не готов ради меня и пальцем пошевелить.

И тут пелена спала. Сил бороться больше не осталось. Осев на лестнице, обняв поручень, я позволила вылиться со слезами всему тому, что накопилось внутри. Но затем, по прошествию часа, встала, отряхнулась и… Отправилась готовиться к свадьбе.

Глава 19

Удивительно… Пятьдесят рядов гостей перед алтарём: блогеры, звезды, известные личности… Но никто из них не был мне дорог. Некоторых я вовсе не знала, но они плакали на камеру от счастья за мою свадьбу. А самое странное, Герман Стар пригласил свою тайную пассию Милену Лав! Видеть ее многозначительные насмешки в такой день было особенно неприятно.

— Рита, — окликнула меня девушка-распределитель. Приспустила наушники с микрофоном и улыбнулась: — Пора, дорогая. Ваш будущий муж ждет.

— Будущий муж… — слова все никак не прокатывались на языке, оставаясь в воздухе пеплом. Выглянув который раз через ширму, я тяжело вздохнула и кивнула: — Хорошо. Дайте мне пару минут.

Герман уже стоял там. Красивый, широкоплечий и молодой. Странно, но меня он совершенно не привлекал. Как бы я не пыталась разбудить в себе хоть каплю интереса — ни-че-го.

«Плевать, — приказывала я себе. — Многие пары строят брак на уважении!»

И я соглашалась, потому что иного было не дано.

Став перед зеркалом, медленно накрыла свое лицо полупрозрачной фатой, а потом взяла в руки букет из желтых тюльпанов. Нервно рассмеялась, представляя, как букет невесты после церемонии ловил Милена, завалившаяся на мой праздник в белом платье. Я с радостью понаблюдаю за тем, как на шелковой ткани появятся желтые разводы…

Улыбка тут же слетела с моих губ, когда я поняла, что больше нет времени откладывать неизбежное.

— Пора… — шепнула в пустоту.

Первый шаг дался особенно сложно. А второй… Его не было. Некто схватил меня за локоть и потянул на себя. Резкий поворот и дыхание перехватывает. Он! Растрепанный, помятый, взъерошенный…