Сандра Бушар – Порочный продюсер (страница 12)

— Ты о чем-то хотела поговорить? — мягко улыбнулся, смахивая с губ куски травы.

— Да-да… — сделав глубокий вдох, придвинувшись к парню поближе, я попыталась расположить его к себе улыбкой. Только Герман почему-то испуганно отшатнулся. — Я решила, что нам реально нужно пожениться.

Он молчал долго. Минуты три. Будто все ждал, когда я рассмеюсь. У бедолаги перед глазами вся жизнь пробежала.

— А?.. — вздернув бровь, тот якобы незаметно поглядывал на запасные выходы для эвакуации. — Ой, или ты имеешь ввиду фэйковую свадьбу, как инфоповод? Гостей соберем, поднимем себе популярность…

— Нет! — крепкой хваткой я сжала руку Германа и тот мгновенно побелел. — Нам нужна настоящая свадьба и реальный штамп в паспорте. Неужели ты этого не понимаешь?

Скривившись, он отставил в сторону свою буйную смесь и уставился на меня волком:

— Не понимаю…

— Наши отношения… Скоро от них все устанут и перестанут писать. Ажиотаж упадет, а месте с ним и заработок. — вдохновленно протянув Герману флаер, я увидел, как он напряженно пробежался по первой странице и довольным явно не выглядел. — У меня есть план на пять лет, как приумножить нашу популярность!

— Купить дом? — уточнил этот идиот, презрительно двумя пальчиками разглядывая флаер.

Стиснув зубы, закатив глаза, я придвинулась еще ближе и теперь буквально вжималась всем телом в блогера:

— Мы заключим реальный брак, Герман. Ни у кого не останется сомнений, мол у нас все по-настоящему. Купим совместный дом, а потом усыновим парочку детей. Будем снимать контент о нашей жизни, смешные ролики и забавные случаи.

— РИТА! — воскликнул Герман с выпученными от шока глазами. — Но… мы не пара. Ты не забыла?

— Не забыла. Ты мне даже не нравишься. Только знать об этом никому не обязательно. — распахнув перед лицом Германа заветный флаер, я показала ему дом своей мечты. Большой, двухэтажный, с личным бассейном. Конечно, ради него пришлось бы брать ипотеку. Но вместе мы определенно потянем. — Ты подумай, Герман. Считай, это наш совместный бизнес. Гарантированный доход на ближайшие годы.

Зарывшись лицом в ладони, тот готов был стонать:

— Еще и дети… Ты сошла с ума! Твой продюсер в курсе, что ты мне предлагаешь?

Стоило только представить лицо Беренштейна, как злость откатила меня с ног до головы. Ему явно плевать на меня и ревновать он не будет.

— Ему не обязательно знать, что наш брак — дружественный. Пусть все вокруг, кроме нас, реально думают, мол мы пара. Даже твой продюсер, Герман.

Парень таращился на меня чертовски долго. А потом встал и пошел в сторону выхода, всем видом давая мне понять, как сильно ему не понравилась моя идея. Тогда, тяжело вздохнув, я была вынуждена перейти к плану «Б».

— Я знаю, что твой последний альбом провалился. — прокричала я тому вслед и Герман замер. Стыдливо оглядываясь по сторонам и проверяя, не подслушивают ли нас. Благо, вокруг не было не души. Даже девушка на стойкой вставила наушники и напрочь нас игнорировала. — А еще твой продюсер раздумывает не продлевать с тобой контракт на следующий год. Ты уже неликвид, Герман. Настолько, что спутался с Миланой Лав и притащил эту гадину на мой день рождения!

Испуганно обернувшись, он медленно вернулся за столик:

— Откуда ты все это знаешь?

— У меня есть это… — с коварной улыбкой я тыкнула пальцем в свой мозг. — Научись им пользоваться и жизнь наладиться.

Выбросив в урну свой зеленый коктейль, Герман выпил залпом три порции эспрессо. И только осушив последний, тяжело вздохнул и сдался:

— Я согласен на твое безумие.

— Отлично. — с трудом сдерживая внутреннее ликование, я достала из сумочки огромную кипу бумаг и аккуратно положила перед Германом, вставив в его мокрую от страха руку черный фломастер. — А теперь подпиши документы, милый. Поверь, я хочу тебе верить на слово… Но ты уже доказал, что язык за зубами держать не умеешь. Пусть тебя пугает неустойка с шестью ноликами.

Он уже почти расписался, как вдруг посмотрел на меня и уточнил:

— Что будет, если я подпишу и передумаю следовать твоему плану?

— Надеюсь, почки у тебя рабочие. Придется их продать… — почти пошутила я. Но, чтобы успокоить посиневшего парня, заверила совершенно искреннее: — Не переживай, я подписала точно такой же договор, нарушать который нельзя нам обоим.

Утро, как выяснилось, отказалось не таким уж и ужасным. Я заключила первый серьезный договор в своей жизни. И, по моим расчетом, в течении пяти лет должна была прийти к исполнению свою главных мечт: стабильной работе, высшему образованию, а главное — расставанию с Беренштейном.

Уже тем же вечером сотни людей получили приглашения на церемонию бракосочетания. Но одному конкретному человеку я принесла добрую весть лично. Пришла в гости впервые и вручила конверт прямо в руки.

И, пока мужчина бегал глазами по строчкам, едва не прыгала от счастья, радостно объявляя:

— А мы с Германом и вправду женимся! Он оказался отличным парнем. Так что поздравь меня, скоро у тебя будет еще больше работы…

Он посмотрел на меня так странно… И так по-новому… Открыл рот и я ждала скабрёзностей. Только Борис так и не смог выдать ни слова. Поэтому я просто развернулась и ушла.

Глава 17

В большим широком кресле, прямо напротив меня, сидел Беренштейн. Не сводя глаз с моего ноутбука, крутил между пальцами ручку и молчал. Лицо казалось напряженным, но особо эмоций не выражало. Будто он старался выглядеть равнодушным.

Я же, уткнувшись в гаджет, старательно готовилась к свадьбе.

— И, так… — в слух объявила. — Банкет оплачен. ЗАГС забронирован… Что я забыла?

— Здравый смысл? — съязвил тот, многозначительно вздергивая бровь.

— Платье! Ну, конечно же! — нервно улыбнувшись, я испытывала странный азарт. Убеждала себя, что как и все девушки жду торжества. Только вот на самом деле ничего не сводило меня с ума больше, чем угрюмое облако над головой Беренштейна.

— Если что, — медленно поднявшись с места, мужчина подошел со спины и, положив руку на мое плечо, крепко сомкнул пальцы. Губы его были на уровне моего уха, когда тот прорычал: — Качественные платья вернуть нельзя. Я бы на твоем месте с этим не торопился.

«А он-то откуда знает про условия возврата свадебных платьев? Узнавал? Или опыт имеется?» — хмыкнула я, но вопросов задавать не стала. Нашла самой дорогой и солидный сайт. И, естественно, мне понравился наряд с безумным ценником. Да еще и изготавливали его под заказ по твоим меркам после полной оплаты.

— Почему это не торопиться? Как раз наоборот — нужно ускорится! Ведь остаются считанные недели до свадьбы, а у меня ничего нет… О, кстати! — зайдя в раздел нижнего белья, я выбрала парочку откровенных комплектов и добавила в корзину. Мне показалось, что рука Беренштейна на моем плече в этот момент сжалась сильнее. — Наряд для первой брачной ночи…

Глубоко вдохнув кислорода, он сжал челюсти и отчеканил:

— Потому что свадьбы не будет, Рита. И эта необъяснимо дорогая тряпка будет служить тебе занавеской.

Резко повернувшись к мужчине, я вздрогнула, буквально столкнувшись с ним нос к носу:

— Почему это… свадьба не состоится?!

Сейчас он казался мне дьявольски прекрасен и соблазнительным. Все в мужчине: его пьянящий аромат, горячая ухмылка и порочные глаза… Буквально каждая клеточка заводила и сводила с ума!

— Это очевидно, дорогая. Герман не сможет утолить даже маленькую дольку твоих… потребностей. — самодовольно скалиться, явно ощущая свое преимущество. — И не пройдет и недели, как ты прибежишь обратно ко мне.

Было бы глупо отрицать очевидное. Да, у нас отличный секс. Безумный, дикий, устраивающий обоих. Поэтому, пожав плечами, я мягко закинула ладони на шею мужчины и усмехнулась с издевкой:

— А я и не собиралась никуда убегать, Борюсик.

Беренштейн побелел, лицо его вытянулось, а голос почерствел:

— В смысле?

— Ты, я… Между нами отличный секс. Пусть все так и остается. А Герман… — мечтательно отведя взгляд к потолку, я счастливо улыбнулась. В этот момент мужчина так сильно сжал зубы, что, клянусь, я слышала хруст. — С ним я планирую серьезные отношения. Семью, детей, собак, кошек, рыбок и так далее…

Холодный, обжигающе ледяной бас готов был убивать на месте:

— Не думаю, что твоему мужу понравится такая перспектива.

— А зачем ему об этом знать? — снова уставившись в карие глаза, я мягко помассировала его густые волосы. Странно, но мне нравилась пустота в Беренштейне, что сейчас так и фонило. Нравилось ощущать, что я разбиваю его иллюзии. И я могла лишь надеяться, что сделаю ему чертовки больно. — Знаешь, как будет?

— Как же? — прошептал он онемевшими губами.

— Мы будет заниматься прекрасным диким сексом… Ты будешь делать со мной все, что твоей душе угодно. — коварно спускаясь ладонью все ниже и ниже, я ощущала ускорившееся сердцебиение в горячей груди. И когда накрыла пах, его член уже стоял колом и просился на волю. Но стоило Беренштейн податься вперед, как я отшатнулась и прошептала ему прямо в лицо: — А потом я буду возвращаться домой к семье, которую люблю и уважаю. Разве это не подарок для тебя? Ты ведь меня за человека не считаешь.

Тишина казалась слишком долгой и напряженной. Казалось, подкинь топор и он зависнет в воздухе.

Борис вглядывался в мои глаза, будто ища там подвох. Но не находил… И злился. Буквально с ума сходил, но молчал. А я, словно розетка, подпитывалась его внезапными страданиями.