Сана Эванс – Город сгоревшей магии (страница 62)

Все это могло выглядеть как желание увезти меня от отца, но на желание приехать в Кастильмо и заключить договор с моурос повлияла ее кровь. Она отчаянно бежала от себя все это время, но в итоге вернулась к истокам.

Взгляд мамы заметался по комнате, на лице сменяли друг друга смешанные эмоции.

– На миг я испугалась, – призналась она, – но увидев твою решительность, когда ты в больнице заявила, что хочешь остаться, даже несмотря на то, что с тобой произошло, я поняла, что сделала правильный выбор. Мы не можем убежать от судьбы, Эстела.

Сомневаюсь, что решилась бы остаться в Кастильмо, если бы знала всю правду. Возможно, я не могу убежать от судьбы, но я могу направить судьбу в нужное мне русло.

– Я тебя поняла, – кивнула я и уставилась в листок, давая понять, что обсуждать больше нечего.

Слезливых и трогательных речей не будет. Никогда не было между нами. Поэтому мама молча вышла, оставляя в моем сердце очередную глыбу льда.

Чуть позже я выбралась из кровати и выскользнула в коридор. После короткого стука в противоположную дверь она тут же распахнулась. Прическа Андреса выглядела так, словно он долго метался в постели от бессонницы.

– Эстела? Что-то случилось?

– Нам нужно поговорить.

Когда мы вошли, библиотека тонула в темноте, лишь лунный свет обволакивал книжные полки и пол. Пройдя мимо стола, за которым днем велось собрание, я дошла до длинных книжных полок и осмотрела их.

– Зачем ты ходил в городскую библиотеку, когда у вас дома есть собственная?

Андрес привалился боком к столу, проследив за моим взглядом.

– Потому что я не мог пригласить тебя сюда.

Если судить по той книге моурос, которую дал мне Мануэль, здесь были гораздо более крамольные книги.

– Тебе правда так нужна была наша с Карлой помощь в поисках Даниэлы или ты просто таким образом оставался со мной рядом?

– И то и другое. Твоя мать сказала, что ты увлекаешься историей, и это нам очень помогло.

Было понятно, почему именно Андрес охранял меня. Вероятно, Мануэль просто не согласился.

– Помнишь свой первый день в школе? – вдруг спросил он.

– Ты про пожар, устроенный Мануэлем?

Андрес издал смешок.

– Да. На самом деле он бросил тогда в трубу не окурок. А знаешь что?

– Что?

– Горящего ворона.

Я в удивлении уставилась на Андреса, а затем мы вместе рассмеялись.

– Он говорит, что ворон сидел на трубе, мешая ему своим жутким карканьем лежать на крыше и курить. Мануэль пустил в него огонь, а тот свалился в дымоход.

Я рассмеялась громче, представив эту картину. Теперь было понятно, почему Мануэль так косо смотрел на меня весь оставшийся день, ведь вороны прилетели в школу вместе со мной.

– Когда за день до этого отец и дядя рассказали нам о дочке Перес, которая приезжает в Кастильмо, и о договоренности с твоей матерью, Мануэль сразу же отказался брать на себя ответственность сблизиться с тобой, а я согласился. Просто потому что у меня не было выбора. Я всегда брал на себя ответственность за все. И увидев твой растерянный взгляд, когда ты упала посреди коридора во время пожарной тревоги и тебя чуть не затоптали, понял, какой беззащитной ты была в этом городе. Тогда мне захотелось быть рядом и защищать тебя. С тех пор все мои слова и действия были искренни, Эстела.

Я смотрела на Андреса, гадая, рассказал бы мне он все это, не пригласи я его на разговор. Сейчас я увидела разницу между ним и его братом – Андрес не сделал бы меня моурос в тот день, но попытался бы с помощью другого способа не позволить мне умереть. А если бы не вышло, всю оставшуюся жизнь винил бы себя в том, что не был решительным.

Это было довольно странно признавать, но в последнее время Мануэля я понимала лучше, чем Андреса. Мануэль хоть и не был рядом с самого моего приезда, но все равно пытался оберегать меня. Истинная причина того, почему он не позволил мне пойти на Руины смерти в день экскурсии, стала ясна как день.

– Но я хочу исправить все, – сказал Андрес. – Я пойду с отцом и дядей к куэлебре и узнаю, есть ли возможность снова сделать тебя человеком. Не может быть, что есть яд, но не существует противоядия.

Луч надежды осветил мою душу, хотя что-то отчаянно пыталось погасить этот свет.

– Если даже мне и удастся стать человеком, это ведь означает, что я не смогу принять участие в битве с Королевой, – сказала я.

– Не сможешь, – согласился Андрес, успокаивая мои опасения. – Но ты и не обязана нигде участвовать. Зато если ты вновь станешь человеком, мы сможем быть вместе.

Последнее предложение подействовало на меня сильнее, чем хотелось бы. Как бы сильно я ни была обижена на Андреса за его ложь и как бы сильно ни хотела остановить Королеву, я не могла заглушить свои чувства.

– Человек и моурос могут быть вместе? – спросила я неуверенно.

– Да. Просто не могут иметь детей. Это плохо для моурос. Очень плохо. Ведь моурос не бессмертны, и нам нужно продолжать род, поскольку мы – последняя семья в Кастильмо. И если мы сейчас убьем просто сосуд Королевы, а не ее саму, а все моурос погибнут, это означает ужасную участь для жителей Кастильмо. Ведь останутся еще две наследницы ведьмы, которые смогут продолжить свой род. И Королева вновь воспользуется этим. Пока живет магия, должны жить и моурос.

Вероятно, Андрес хотел разорвать мою связь с Мануэлем, а после привязать к себе. Я испугалась собственной мысли о том, что думаю о возможном будущем с Андресом. Неужели я захочу вновь пройти эти адские муки?

Увидев мое замешательство, Андрес усмехнулся:

– Не волнуйся, у нас будет куча времени, чтобы подумать об этом. Сейчас главное – разорвать твою связь с Мануэлем.

Для Андреса было гораздо важнее отдалить меня от Мануэля, чем остановить Королеву. Сомневаюсь, что с силой Даниэлы и ее брукс моурос, которые и так в меньшинстве, не будут нужны новые союзники. Тем более сейчас, когда они возлагают на меня надежды. Андрес упрекал Мануэля за то, что тот действует за спиной остальных, но я сомневаюсь, что о затее Андреса знает кто-то еще. Мысль о том, что он готов подставить под удар весь город только ради того, чтобы мы были вместе, немного пугала.

Взглянув Андресу в глаза, я заметила в них такую нежность, что мое сердце разбилось на тысячу осколков. Я просто не могла противиться этим чувствам.

Я сделала к нему шаг, становясь почти вплотную. Это было рискованно, но я больше не боялась.

– Давай попробуем, – прошептала я. – Только я хочу, чтобы мы отправились к куэлебре вместе.

Глава 46

Рассвет только начал окрашивать улицы Кастильмо, когда мы с братьями Паласио шли по узкой тропинке, ведущей к ущелью горы Дельтонес. Серый туман обволакивал лес, и метров за двадцать впереди нельзя было ничего разглядеть.

Я зевнула, мечтая оказаться в уютном автомобиле. Даже воняющий гарью джип Мануэля показался бы мне сейчас роскошью. Но поскольку мы шли втайне от родителей, вылазка к куэлебре состоялась рано утром, пока все спали. Андрес заверил, что включить зажигание автомобиля – равно разбудить весь дом. Поэтому нам нужно было топать по лесу добрых двадцать минут туда и столько же обратно.

Когда рано утром Андрес попытался разбудить Мануэля, заставив пожертвовать выходным в школе, он так громко послал нас обоих, что, даже стоя у двери его комнаты, я отчетливо слышала, насколько далеко. Впрочем, вскоре Мануэль вышел, заспанный и недовольный, но одетый и готовый отправляться в путь.

Сейчас же Мануэль шел метров на десять впереди нас.

– Думаешь, хорошая идея была тащить его с нами? – тихо спросила я Андреса. – Он же, как и все, хочет, чтобы я оставалась моурос и сражалась с Королевой. Не уверена, что он хорошо отнесется к нашей идее, если узнает, что мы идем к куэлебре не только за советом, как прикончить Королеву ведьм, но еще и сделать меня вновь человеком.

– Я всю ночь думал над тем, стоит ему отправляться с нами или нет, но потом понял, что без него нам не справиться.

– Почему?

– Помнишь про странного старого друга, о котором я тебе рассказывал, когда мы узнали, что душу Карлы скоро заберет гуэрку?

– Это он? – удивленно взглянула я на Андреса.

– Да. И помимо его остальных странностей, он непредсказуем. Поэтому лучше иметь подмогу рядом. А кроме Мануэля, мы не можем никому рассказать об этом.

Когда через десять минут мы вошли в пещеру, раздался грохот камней. Я чувствовала, как к нам приближалось что-то большое. И я не ошиблась.

От неожиданности я отскочила назад, когда из-за угла выполз огромный пятиметровый змей с переливающейся зеленой чешуей, сверкающей словно металлический блеск. Он расправил большие крылья, напоминавшие крылья летучей мыши, и открыл пасть. Куэлебре оскалился, показывая длинные зубы, которым хватит одного щелчка, чтобы откусить голову. Каждое его движение было властным и могущественным, и я ощутила в змее древнюю силу, что готова уничтожить все на своем пути.

Я в страхе сделала шаг назад. Добродушием от этого существа даже не веяло, и будет большим счастьем, если куэлебре отпустит нас, не попытавшись при этом сожрать. Змей подполз ближе, затем сделал вокруг меня круг. Остановившись напротив, куэлебре покрутил головой, внимательно рассматривая меня, но не забывая при этом раскрывать крылья и демонстрировать клыки.

Только я решилась призвать свой огонь, как Мануэль произнес:

– Хватит выпендриваться перед девушкой, Эмил.