Самюэль Бьорк – Я путешествую одна (страница 63)

В лифте они ехали молча. Анетте была много приятнее той женщины по телефону. Сара была рада этому. Она представляла себе, что, возможно, получит нагоняй. Потому что она сообщила слишком поздно. Она так часто получала нагоняи в своей жизни. Она больше не могла.

– Нам сюда, – улыбнулась Анетте, пройдя вперед по коридору.

Они прошли к еще одной запертой двери, и Анетте снова открыла ее своей карточкой. Они прошли в большой светлый современный офис. Работа здесь кипела, люди сновали туда-сюда, и все время звонили телефоны.

– Сюда, – улыбнулась веснушчатая женщина и провела Сару в кабинет за стеклянной перегородкой.

Молодой парень с короткими взъерошенными волосами сидел к ним спиной перед кучей компьютеров. Все это выглядело как в кино: мониторы, коробки, провода, мигающие лампочки и куча современных устройств повсюду.

– Это Габриэль Мёрк, – сказала Анетте. – Габриэль, это Сара Киесе.

Парень встал и пожал ей руку.

– Здравствуйте, Сара.

– Здравствуйте.

– Присаживайтесь, пожалуйста, – сказала Анетте, сев на один из стульев. – Можете кратко рассказать нам, о чем идет речь?

– Могу, – кашлянула Сара.

Она коротко рассказала все, что произошло. Смерть мужа. Адвокат. Флешка. Видео. Комната, которую он построил. Что ему было страшно. Что она думает, что, возможно, это как-то связано с девочками.

– И вы удалили видео с компьютера? – спросил парень.

Она кивнула.

– Я глупо поступила?

– Ну, было бы лучше, если бы вы этого не делали, но мы попробуем достать видео. У вас компьютер с собой?

Сара Киесе вынула компьютер из сумки и отдала его парню.

– И, конечно же, у вас нет флешки?

– Нет, я выбросила ее в мусор.

– Хе-хе, ее я, к сожалению, уже не смогу восстановить, – сказал он, подмигнув.

Сара улыбнулась. Все здесь такие милые. Какое облегчение. Она боялась, что они будут строгими и будут кричать на нее, как та женщина по телефону.

– Будет очень хорошо, если мы запишем письменные показания. Вы сможете? – спросила Анетте.

– Да, – кивнула Сара.

– Хотите чашечку кофе?

– Да, с удовольствием, спасибо.

Анетте улыбнулась и вышла из кабинета.

59

После утренней молитвы пастор Симон подошел к Лукасу и сказал, что этот день они проведут вдвоем. Лукас не верил ушам своим. Вместе? Только они вдвоем? Его бросило в жар. Лукас ведь всегда был рядом с пастором, но пастор всегда был чем-то занят, в основном разговорами с Богом, или провозглашал Слово Божье отступникам, а Лукаса обычно отсылал на другие важные задания, постирать одежду, или почистить золото, или поменять пастору постельное белье. Однажды вечером, несколько дней назад, пастор Симон сказал, что смотрит на Лукаса как на своего близкого, как на свою правую руку, и с тех пор Лукас будто вырос на десять сантиметров, держал спину прямо и с поднятой головой стоял на стороне пастором. Но одной вещи ему не хватало, – не то что бы он хотел пожаловаться на пастора, о нет, такое бы и в голову ему не пришло, но если бы можно было что-нибудь добавить, это было бы то, что он хотел быть на стороне пастора и в священных вопросах.

И сегодня пастор Симон это и имел в виду. Лукас увидел это по его глазам. Сегодня мы будем вместе, Лукас, только ты и я. Это он и имел в виду. Сегодня его посвятят. Сегодня он узнает тайны и услышит речь Бога. Он был уверен в этом. Они уехали из Porta Caeli после утренней молитвы и завтрака. Женщины здесь готовили очень хорошо. Лукас гордился пастором Симоном, ведь тот выбрал таких прекрасных женщин. Пятнадцать женщин, послушных Богу, которые хорошо готовили, убирали дом и стирали одежду – таких женщин непросто найти. Такие женщины им понадобятся, когда они отойдут на небо. Не те эгоистичные женщины, все время лежащие перед телевизором, красящиеся, как шлюхи, и требующие, чтобы мужчины делали за них всю работу.

Лукас завел машину и выехал за ворота. Бог послал им замечательную погоду, солнце поднималось выше и выше, и он все больше уверялся в том, что это случится сегодня. Сегодня его посвятят. Он точно знал это. Пастор упоминал об этом, и еще он услышал отрывки разговора пастора с Богом. Лукаса немного мучила совесть за то, что он услышал, но он просто не мог удержаться. Пастор часто говорил с Богом в своей комнате. Лукас всегда следил за тем, чтобы приурочить мытье пола к этим разговорам пастора. Так он мог лежать и отскребать пол и одновременно наполняться словами Бога, ведь в этом нет ничего противозаконного. Это пастор оплатил Лукасу обучение на права. Так же, как он заплатил за все, что было у Лукаса. Черные костюм для особых случаев. Белый костюм для молитв. Три пары ботинок. И велосипед. Ну и, конечно, за еду и комнату в подвале прихода. Пастор богат. Бог дал ему денег. Пастор Симон был не из тех, кто не верил в деньги. Многие говорили о том, что тот, кто верит в Бога, не нуждается в деньгах, но пастор, конечно же, знал лучше. В нашем следующем мире деньги нам не понадобятся, о нас позаботятся, но в этом мире другие правила. Лукас не читал газет и не смотрел телевизор, но хорошо знал, что этот мир построен на деньгах. Кто-то был беден, а кто-то богат. Бедные – это чаще всего люди, наказанные Богом. Этому наказанию может быть много причин. Они могут быть геями или наркоманами, или шлюхами, или плохо говорить о Боге, Иисусе или своих родителях. Иногда Бог наказывал целые страны или континенты. Чаще всего наводнением или засухой, или другим бедствием, но чаще всего так, чтобы у них оставалось очень мало денег. Не все богатые получают деньги от Бога, это Лукас хорошо знал. Некоторые из них крадут деньги у Бога. Это нетрудно понять. Все деньги принадлежат Богу, и если у кого-то было слишком много денег, не полученных от Бога, как было у пастора Симона, значит, они получили их обманным путем и должны быть наказаны за это.

Лукас поехал по указанию пастора. Они не поедут вниз к приходу, нет, сегодня они поедут вверх, в глубь леса, к маленькому лесному озеру. Лукас припарковал машину и пошел за пастором к лавке на берегу озера. Он исподтишка взглянул на пастора. Его белые пышные волосы были похожи на антенну, Лукасу часто приходило это в голову. Подобие антенны ангела, через которую пастор напрямую связывался с Богом. Солнце стояло высоко в небе и светило в затылок пастору. По коже Лукаса бегали мурашки. Пальцы покалывало. Лукас не мог усидеть на месте. Улыбка освещала его лицо.

– Видишь дьявола в воде? – спросил пастор, показав рукой.

Лукас заглянул в озеро, но ничего не увидел. Вода была темна и спокойна, ни одной волны на поверхности. Он слышал пение птиц в лесу вокруг. Нигде никаких признаков дьявола.

– Где? – спросил Лукас, присмотревшись еще внимательнее.

Он не хотел говорить, что не видит, это было бы глупо. Может быть, это испытание. Чтобы посмотреть, готов ли он к посвящению.

– Там, – сказал пастор, снова показав на воду.

Лукас по-прежнему ничего не видел. Он не хотел ни признаваться в этом, ни обманывать пастора, поэтому продолжал смотреть. Он вглядывался в надежде, что дьявол вдруг возникнет из воды, но ничего не произошло.

– Ты не видишь его, не правда ли? – наконец сказал пастор.

– Нет, – пристыженно признался Лукас, склонив голову.

– Хочешь увидеть его?

Лукас ожидал получить нагоняй за то, что не смог разглядеть его. Пастор иногда бывал жестоким с теми, кто был далек от Бога, но он не поднял голоса. Продолжил дальше спокойным тоном.

– Я верю в тебя, Лукас, – сказал пастор мягким теплым голосом. – Но мы не можем взять с собой того, кто не видит дьявола. Если ты не видишь дьявола, ты не увидишь и Бога.

Лукас склонил голову еще ниже и молча кивнул.

– Ты хочешь пойти с нами на небо, не правда ли?

– Конечно, – пролепетал Лукас.

– Хочешь, я покажу тебе? – улыбнулся пастор.

– Покажете мне?

– Дьявола.

Лукас обрадовался и немного испугался одновременно. Скоро он уже стоял голым перед пастором. Белое худенькое тело дрожало на прохладном воздухе. Пастор долго смотрел на него, ничего не говоря. Разглядывал его с головы до пят. Лукас почувствовал желание прикрыться, ему было очень неловко, но понял, что это часть посвящения. Он должен пройти через это, чтобы подняться на уровень выше, поэтому нужно просто терпеть то, что не совсем приятно.

– Теперь спускайся в воду, – сказал пастор.

Лукас кивнул и подошел к краю воды. Опустил один палец ноги в воду, но тут же вынул его. Вода была ледяная. Большая птица взлетела с дерева и отправилась к небу. Лукас обнял свое тело руками, желая так же улететь. Тогда он сможет сразу попасть к Богу и остаться там навсегда. Не то что бы он не хотел пойти с Ковчегом. Он очень хотел пойти с Ковчегом, ведь это были избранные Богом на земле, но если бы он умел летать, ему бы не нужно было делать такие вещи, чтобы пойти со всеми. Он взглянул на пастора, словно окаменевшего на лавке. Лукас быстро решился и зашел в ледяную воду. Было больно. Словно он стоял среди кусочков льда. Он хотел спросить пастора, как далеко нужно зайти, но пастор молчал. Он встал с лавки и подошел к воде, все еще с нимбом, освященным солнцем.

– Ты видишь дьявола? – опять спросил пастор.

– Н-н-нее-е-т, – сказал Лукас.

Он заставил себя пойти дальше, почувствовав ледяную воду на той части тела, о которой нельзя говорить, прошел еще пару шагов, и вода покрыла его до пояса.