Самсон Гелхвидзе – Ветер Перемен. Рассказы (страница 5)
– Амиран, сынок, что это у нас творится в подъезде? И во дворе… Видишь? Безобразие! И никому ни до кого и ни до чего нет дела и всем на всех наплевать. Мы прямо как беспризорные!
– И вообще… выдержит дом столько навесов, пристроек, балконов? – посетовала Марина.
– Поживем увидим, – устремил Амиран взор на верхние этажи всех шести подъездов и ужаснулся в душе, не буз ухмылки,-тоже самое говорил и Альберт Камю, в свое время.
– Натворили делов! – поспешила на подмогу Марине торговка.
– Хорошо, хоть ты, Амиран, почтовые ящики подобрал…
– Молодец! Что там говорить, молодец!
– Без вас, тетя Марина, я бы… – под рокот похвал попятился и отретировался к себе Амиран.
– Алло, тетя Инна? Это вы, Амиран говорит, – позвонил он вскоре на третий этаж, старой восьмидесятилетней соседке. – Не узнали?
– Узнала, как не узнать! Сколько нас еще осталось? Раз, два, и обчелся!
– Тетя Инна, вы не в курсе, почему нам не дают воду?
– Это все мои новые соседи по площадке,– пожаловалась она.
– Ах, да, ведь у вас тоже, новые соседи. Везде, куда не поглядишь, новые. И надо мной, и рядом со мной, и над Нелличкой, и рядом с вами. Вообще – то я сам надоумил Нелличку, чтоб там ненадолго отключили стояк, потому что ее залили новые соседи. Но неужели они до сих пор не устранили поломку и не пустили воду?
– Нет, должно быть! У меня тоже не идет. Но зато в ванной есть секретный стояк, о котором никто не знает. И ты помалкивай!
– Какой еще секретный? – удивился Амиран.
– Ты вот, что сделай. Попробуй открыть воду в ванной. Если не пойдет, спустись ко мне.
– Хорошо, спасибо, – поблагодарил, опустил трубку Амиран.
– Подожди, подожди! Ты со Звиадом давно не говорил?
– Нет, а что?
– Вчера он проговорился, что каждый вечер по интернету общается с высшими, космическими мирами. Так вот, сходи к нему, он расскажет, за нами присматривают высшие существа из космоса.
– Этого только не хватало! – ужаснулся и чуть слышно пробормотал Амиран.
– Да, да, пойди послушай и перезвони мне. Хорошо?
– Хорошо… – пообещал Амиран и пошел поглядеть, не пошла ли тем временем вода.
« Нет, видимо, все – таки, – думал он на ходу, – если б дали, я бы услышал шумок из бачка».
С досадой окинул взором скопившуюся посуду в отсеке мойки.
« И питьевая почти на исходе, осталось чуть-чуть на чай, и Хатуне с ребенком именно сейчас захотелось пожить у мамы, – посетовал он на жену, – хотя, может быть, это и к лучшему. Дом ведь и вправду превратился в палату номер шесть».
– Это теперь надолго, – то и дело слышались ему жуткие предсказания тети Инны из недавнего разговора по телефону.
Не добрав номер, бросил трубку обратно.
«Нет! Я сейчас просто не в состоянии с ней говорить. Любопытно, однако, что за секретная труба у Инны?» – вспомнил вдруг Амиран причину неподачи вода.
Вентиль не до конца открутили, и напор заметно упал, к тому же забило вентиль в шланге бачка. Он приоткрыл вентиль шланга, и вода с веселым шумком полилась в бачек.
Отлегло от души, и Амиран,не в силах преодолеть любопытство, помчался наверх к Звиаду.
Звиад долго убеждал Амирана в точности своих наблюдений, побуждал его послушать какие – то сигналы, сам передавал что – то по азбуке Морзе, якобы высшим мирам, лазил в интернет на разные сайты.
– Ты думаешь, это сложно! Они общаются с нами путем двоичного кода, по азбуке Морзе.
– Звиад, ты не боишься? – удивился Амиран.
– А чего? Ведь в них может проникнуть каждый.
Прощаясь, Амиран советовал Звиаду быть осторожнее и осмотрительнее и заняться делом посерьезнее.
– Да ну! – отмахивался Звиад. – Ты занимайся подъездными делами, а я возьму на себя связь с внешним имром. Каждому свое! Вот у тебя с подъездом вроде получается, хоть результатов в общем – то и не видно. Если честно, то я спугнул ребят, когда они отдирали ящики. Утащить не успели.
– Ну! – удивился Амиран. – И ты их видел?
– Да! Знаю, кто они и сколько их! Двое, но незнакомые, не из нашего двора, совсем молодые. Нашим незачем это самим делать. Приводят из других дворов и улиц. Наверняка наши дали накол, а те работали.
– Тоже мне, нашли, на чем выгадать? – удивился Амиран. – Не могли найти дело покрупнее и посерьезнее, что ли? Копейки, а сколько вреда.
– А шпане и этого достаточно, – пояснил Звиад.
Всю ночь Амирану снились и слышались какие – то кошмары и инопланетяне.
Утром он с ужасом обнаружил, что его кровать расположена в центре замкнутого контура антенны радиостанции Звиада, а тот возится обычно до поздней ночи, а то и до утра.
« Нет, я этого всего не выдержу. Когда же мои вернутся? Без них мне страшно».
Острота ощущения происходящего возросла, как ему казалось, в несколько десятков раз.
Но то, что произошло в последующие несколько дней, значительно превзошло все предыдущее.
В одно из утр, собрав наспех спортивную сумку, он запер дверь и сбежал по лестнице вниз.
Во дворе суетилась новая партия подрезальщиков деревьев с электропилами и разрешением на подрезку оставшихся во дворе пятидесятилетних тополей – исполинов.
С подкатившего самосвала выгружали блоки и мешки с цементом и песком, подымая их на верхние этажи.
– Только ты надолго не уходи, возвращайся скорее, – просила его тетя Инна по телефону, – мы тут без тебя пропадем!
« Спасаются только те, кто уходит, – мелькнуло у Амирана, – не обязательно путем бегства».
Вскоре Инна, расстроившаяся от того, что Амиран перебирается на некоторое время к теще, позвонила матери Звиада – Лали:
– Ты слышала новость? Нет? Насчет Амирана? Остались мы без опекуна, и придется твоему сыну стать им.
– Еще чего! – удивилась Лали. – Больше нечего ему делать. У него своих дел по горло! Ничего, как – нибудь продержимся. Да, Инна, звонила Манана с почты и сказала, что на твое имя два письма. Прихвати, пожалуйста, там и наше. У меня сегодня давление, выйти не могу из дома, а сын этого письма ждет не дождется…
– Нет, я недавно упала дома и теперь боюсь выходить. А чего же Манана не бросила мои письма в почтовый ящик, как я ее просила?
– Ты что, с луны свалилась, разве не знаешь, что почтовых ящиков у нас уже нет?
– Как? Почему? – возмутилась Инна.
– Мальчишки их отодрали со стены, и если бы я вовремя не вмешалась, их бы наверняка утащили!
Беседа вокруг этой темы и следующей продолжилась еще долго…
– В Америке дом после пятидесятилетней эксплуатации считается амортизированным, и его сносят строители путем взрыва, – вспомнилось по дороге Амирану, – а у нас это делают сами жильцы.
Прежде чем скрыться за угловой стеной и выйти на улицу, он окинул свой дом прощальным взором.
« Лучше жить с нелюбимой тещей».
Впрочем, нелегко было и предугадать, на сколько дней у него хватит терпения на эту самую тещу, встречу с которой он отодвигал неторопливым пешим походом до ее дома в дальнем, противоположном конце города.
Он шел, и ноги его словно прилипали к земле.
« Какой же все-таки предатель, – прокралось в него сомнение, – бросил родительский дом, начало всех начал, – так, кажется, поется? – оставил его, и на кого? На съедение волкам – новым соседям! Только и пекутся о своем благополучии, а участь дома им до лампочки. Еще, чего доброго, взбредет в голову и вовсе продадут, как гаражи. Мало того, что сначала вытеснили ими чудесно огороженный сад, так еще и … Нет, – напирали колебания, – не оставлю дом на съедение, как Тарас Бульба в свое время не желал свою трубку ляхам оставлять, пусть даже ценою жизни. Мама провела последние годы и дни в этом доме, и я порой чувствую ее, где-то рядом. Так что, оставить ее там одну?»
Дорогой Амирану встретился старый сосед, давно переехавший из их дома.