Саммер Холланд – Без любви здесь не выжить (страница 45)

Не представлять их втроем. Не представлять ни в коем случае!

Я страшно завидовала тому, что у Лейлы был опыт, который из-за нее же не светил мне. Когда две противоположности ласкают с разных сторон, в четыре руки, и дарят те самые ощущения в двойном объеме…

Конечно, я тут же все представила.

– Ничем хорошим. Лейла не смогла поддержать нашу договоренность не портить секс чувствами и никого не выбирать. Она хотела создать новую пирамиду, больше той, первой, и позвала одного из нас с собой. Даже устроила шоу из признания в любви, чтобы крепче привязать к себе.

– Кому она призналась?

Ответом был тяжелый вздох Рэя.

– Мне. Я не хотел стать ритм-гитарой там, где уже планировал соло-карьеру. Сообщил об этом ей, сообщил Эрику…

Он сделал паузу. Мы заезжали в район Канэри-Уорф.

– Она разбила ему сердце. Сдашь, что я проболтался, – накажу. Но… Эрик больше не заводил отношений дольше, чем на неделю.

– Откуда ты знаешь? – рассмеялась я, наверное, от стресса.

История расставила по местам так много недостающих пазлов, что каждое действие Эрика и Рэя, казавшееся странным тогда, теперь объяснялось самой простой логикой. После Лейлы они не потерпят девушку, которая показывает предпочтения, пообещав быть с ними обоими.

А я и не собиралась. Меня настолько устраивало то, как они друг друга дополняли, что даже если заставили бы выбирать, все равно не смогла бы.

– Присматривал.

– Вы не общались пять лет.

– Не общаться с кем-то не мешает присматривать за ним, – покачал головой Рэй.

– Тогда как ты не заметил меня?

– Тебя он прятал с самого начала. Никаких публичных появлений, его круг общения не в курсе твоего существования, вы даже не появлялись вместе в городе.

– Знаешь, что еще я не понимаю? – вздохнула я. – Какие у вас вообще отношения.

Рэй остановил машину в квартале от нашего офиса и повернулся ко мне.

– Долгая история, расскажу в следующий раз. Но когда мы учились вместе, мы были куда ближе, чем просто однокурсники. Я считал его почти братом, мы даже проводили праздники друг у друга дома. И мечты тогда у нас были общие.

Он застегнул пальто и открыл дверь, впуская морозный февральский воздух.

– Тебе придется самой доехать до парковки, я почти уверен, что там будут ждать. А я приду на работу пешком, как обычно. И помни: официально мы все еще не вместе.

Прежде чем пересесть за руль, я проводила взглядом его фигуру, кутавшуюся в теплый и кусачий шарф, не в состоянии пошевелиться. Эрик и Рэй были настолько близки? Кто тогда их рассорил, Лейла или… кто-то еще?

Я думала об этом все время, что ехала в офис, ставила машину на ее парковочное место, поднималась в лифте. И только когда меня встретила Фелисити, которая при моем появлении даже встала из-за стола, удалось переключиться.

Наверное, это выглядело странно… Но мне было плевать. Я подбежала к Фелисити и обняла ее так крепко, как могла. Да, глупое проявление привязанности, но я за двадцать три года не научилась ни привязываться, ни проявлять это, и сделала единственное, что пришло в голову.

Фелисити обняла меня в ответ. Это было тепло и совсем уж необычно, но не так агрессивно, как с Брендой. Захотелось познакомить этих двоих и выбраться втроем куда-нибудь. Правда, подобрать место, которое подошло бы обеим, то есть чтобы там подавали и кебаб, и «Мимозу», стало бы той еще задачкой.

– Я боялась, ты вообще не вернешься, – вздохнула Фелисити. – Блэк совсем довел?

– Нет, просто оказалось, что у меня переутомление, – не моргая соврала я. – Провалялась в постели, даже ничего не ела. Сил не было. Прости, что не написала… Сломала телефон, а новый заказать не смогла.

– Не удивлена, что это произошло. Во-первых, ты загоняла себя на работе, а во-вторых, Блэк тебя правда извел. Надеюсь, телефон ты сломала о его голову, поэтому он тоже не появлялся.

– Сходим вдвоем на ланч? – предложила я. – Расскажешь, как вы тут жили без меня.

– Обязательно! И если захочешь заполнить официальную жалобу на Блэка в эйчар-отдел… Все образцы готовы.

– Ты лучшая, – еще раз обняла ее я. – Пойду посмотрю, что нападало за мое отсутствие.

– А мне нужно разобраться с отчетами по валюте, – вздохнула Фелисити. – У нас уволился Гаурав.

Рана на сердце разошлась по шву и закровоточила, затапливая душу болью. Гаурав… Наверное, мне стоило думать, как и Фелисити, что он просто уволился. Сложнее всего было держать лицо, пока в ушах звенел его последний крик, сопровождающийся хрустом костей.

И потом – хрип воздуха, выходящего из тела. Выдох мертвеца.

– Не знала, что он… Так быстро?

– Просто не вышел в понедельник, – вздохнула Фелисити. – Я получила его уведомление по почте, «с сегодняшнего дня». И потом короткое письмо, где он объяснял, что договорился о новой работе, и они не могут ждать.

– Как ужасно. – Кто его написал? Эрик? – Одним днем, просто не выйти…

– Надеюсь, последняя моя проблема в этом месяце, еще одну я не выдержу.

– Прости, не хотела быть твоей проблемой.

Это вылетело неожиданно и так искренне, что я сама себе удивилась.

– Ты и не стала. Рада, что теперь все в порядке, – улыбнулась Фелисити.

– Вестминстер! – вошел в кабинет Хэмиш.

Вот кто совсем не изменился и казался маленьким кусочком прошлого. Ехидная ухмылка, безупречно взлохмаченные волосы и обычный идеальный образ шотландского баронета. Хэмиш Ливингстон.

Такой же корпоративный шпион, как и я.

– А ты еще здесь? – натянула зеркально самоуверенное лицо я. – Тебе что, никакой другой работы не предложили?

– Если я отсюда и уйду, дурила, то только в свою компанию.

– «Ливингстон пиздаболинг», уже представляю.

– Фел, а проставь ей прогулы вместо больничного, – поморщился он. – Она так бодро со мной гавкается, что не верится, будто болела.

– Рабочий день уже минуту как начался, – угрожающе ответила та. – Вы собираетесь оба здесь его провести?

Что бы ни произошло с нами после, я уже знала точно: Фелисити – единственная, кого я спасу. Даже если придется заплатить свободой.

Глава 19. Гребаные чувства

Лула встретила меня своей обычной солнечной улыбкой. Одной ей она могла осветить весь кабинет без окон, который был отдан под айтишников. Только теперь у Лулы оказался собственный огороженный угол, и, хоть несколько пар глаз и пробуравили меня, пока я шла к нему, мы могли разговаривать в относительной приватности.

– Рэй сказал, ты много пережила, – сочувственно протянула она. – И что я должна передать тебе это.

Даже в этой ситуации он позаботился о чертовой ленточке. Коробка с новым телефоном была упакована и перевязана, превратившись в настоящий подарок, как на Рождество или День матери. А еще внутри обнаружилась вторая часть: банковская карточка.

– Что за щедрость, – улыбнулась я, глядя на его имя на карте. – Как думаешь, там вообще есть деньги?

– Покажи, какой банк, – деловито отозвалась Лула. – Здесь будет тысяч пять – десять, не больше.

– Ты настолько в курсе его финансов?

– Ой, да брось, я взламываю его технику от скуки, ему говорю, что для тренировки, а он убеждает себя, будто это удержит меня от взлома кого-нибудь посерьезнее.

– То есть ты знаешь о нем все?

– Точно больше, чем он думает.

Лула убрала со лба непослушные фиолетовые волосы и откинулась назад в кресле.

– Ты знала, что он запер меня в четырех стенах на целую неделю и вернул только сейчас? – недовольно наморщилась она. – Когда у тебя будет суперконтролирующий кузен-мудак, тоже будешь знать, как его выбесить.

– И что ты сделала? – поняла намек я.

– Не сделала… Но пообещала рассказать его маме, что он с тобой встречается, – тут же просияла Лула. – Если еще раз такое устроит.