Саммер Холланд – Без любви здесь не выжить (страница 47)

– Ты эту кашу прямо из головы выплюнул? – вежливо уточнила я. – Слова вроде понятны, но в смысловые блоки не складываются.

– Окей, в «Рид солюшнс» не все так гладко. И если есть что-то, что выбивается из общей картины, нам обоим стоит знать. Вдруг это поможет вовремя сбежать.

– Я не собираюсь, мне для резюме нужен как минимум год, – вздохнула я. – Но если тебе так интересно…

Неторопливо, хоть и с каждой секундой превращалась в сосульку, я перечислила Хэмишу все те инсайды, которые ему стоило знать. Удивительно, как на таком холоде у меня еще работала память.

– Ничего себе! – присвистнул тот. – Ты раскопала очень крутую штуку.

– Да и хер с ней, – потерла ладони друг о друга я. – Мне холодно. Наслаждайся, а я пойду.

Он остановил меня. Мой взгляд, я надеялась, выражал достаточно раздражения, чтобы Хэмиш убедился, что никто в офисе, кроме него, не понимает величайшей ценности в моих инсайдах. Особенно я сама.

– Ты точно рассталась с Блэком? – вдруг спросил он.

– Пошел в жопу, – взорвалась я. – Да, провалялась три дня в постели, не ела, не могла подняться и еле доползала до туалета, потому что не рассталась с ним.

Его взгляд скользнул к моим особенно впалым после полиции щекам. В целом двое суток без еды не прошли бесследно, и даже торт не смог восстановить мой обычный вид так быстро.

– Если захочешь избавиться от «Рид солюшнс», скажи, – вдруг предложил Хэмиш. – Ты слишком умна для этого места.

Я была слишком умна для него самого. Боже, мужчины настолько быстро и легко велись на мои схемы, что, если бы не существовало Рэя и Эрика, которые всегда умели видеть меня насквозь, их стоило запатентовать.

– Сказала же, год. Не раньше октября.

Пока Хэмиш хлопал глазами, я выбежала с балкона и быстро добралась до туалета, чтобы вымыть замерзшие руки горячей водой. Кажется, все сработало, по крайней мере, он не сомневался в правдивости моих инсайдов и точно не думал, будто я выдала их нарочно.

И что это было в конце? Приглашение в инвестиционный банк «Хьюз»? Я рассмеялась в голос, представив лицо Чарльза, которому сообщат, что его новая шпионка уволилась и перевелась в другую компанию. Шекспировская трагедия в двух актах!

Когда я вернулась за свой стол, Хэмиш уже делал вид, что занят. Я была благодарна ему за это: теперь наконец могла закопаться в свои обычные скучные задачи, которые на фоне аттракциона травмирующих событий казались не работой, а настоящим отдыхом. Итак, дорогой пивной концерн, что у нас сегодня по креативам?

Погрузившись в нормальную работу, которая нравилась мне не меньше ненормальной, я не заметила, как прошло время. Хэмиш и Фелисити оба напомнили мне не задерживаться, но мое обещание «вот-вот, пару минут, и закончить» было лишь наполовину правдой.

Как только кабинет опустел, я подхватила вещи и на дрожащих от предвкушения ногах отправилась к двери, на которой была прибита табличка «Генеральный директор Леопольд Вустридж, барон». Никогда еще сюда не забиралась, и даже не думала, что выпадет такой шанс.

Стук по пустотелому дереву вышел слишком звонким и заставил меня саму вздрогнуть. Я прислушалась в ожидании ответа, но его не последовало. Черт, стоять даже вечером посреди коридора было слишком подозрительно, и если Рэй хотел сохранить наше общение в тай…

Дверь распахнулась, но за ней меня никто не ждал. Черт, нашел время для таинственности: я уже была на таком взводе, что с трудом сохраняла спокойствие. Но выбора не оставалось: я хотела попасть сюда? Нужно было заходить.

Внутри оказалась обычная переговорка! Я представляла себе драконье подземелье с секс-качелями, свисающими с потолка, – и плевать, что им нечего было делать в офисе, – а меня встретил длинный стол с кучей стандартных, по сто фунтов за комплект, стульев. И ради этого я столько фантазировала?

Дверь за мной захлопнулась: Рэй стоял за ней. Теперь я заметила еще две двери с двух сторон комнаты, видимо, отдельные кабинеты для них с бароном.

– Какой твой?

– Слева.

Рэй крепко обнял меня, прижался губами к макушке… и тут же отстранился, будто этого не было. Мне не стоило обращать на это внимание: классическая офисная переговорка, как со стоковой фотографии, классические стулья, лампы, белые стены, классический тараканий оркестр в голове Рэя Блэка.

– Пойдем ко мне, – позвал он.

Если там был ковролин и такой же стол, как у меня, я не собиралась здесь трахаться. Это стало бы хуже, чем унылое монотонное «Да, Газ, ты лучший, Газ», которое раз за разом повторяла соседка сверху по ночам. У нас с Брендой Газ был вечным лидером антитопа любовников, а мы обе видали… всякое.

Мои размышления оказались в корне неверными: за самой простой дверью прятался кабинет, который отличался от всех остальных. Обитые деревянными панелями стены, высокий шкаф и темный пол. А ближе к дальней стене расположился широкий стол с маленькой статуэткой в виде лошади, явно новым и нераспечатанным канцелярским комплектом и ноутбуком, с двух сторон которого было вытянуто по дополнительному экрану. Завершало картину скромное черное кресло.

– Ты каждый раз впечатляешь все больше.

Рэй присел на краешек стола и жестом пригласил меня к единственному креслу.

– Ты точно из Вестминстера? – слегка улыбнулся он. – Я почувствовал актерскую школу уровня Национального театра.

– Это ты еще меня на балконе не видел.

– Видел. И слышал. Ты встала рядом с камерой.

На мой вопросительный взгляд он только пожал плечами.

– Не везде камеры установлены компанией. Часть – моя личная.

– У тебя здесь не оборудовано для посетителей, – кивнула я на кресло.

– Им тут нечего делать. За последние пару лет ты первый человек, кроме технического персонала, который сюда зашел.

Я оглянулась еще раз. Рэй побеспокоился о том, чтобы место, где он проводит больше всего времени, было похоже на его собственный дом. Только без панорамных окон.

– Раз я выполнила свою задачу, могу ехать к Эрику? Или у тебя есть еще планы?

– Я надеялся, что ты заедешь за сапогами и отправишься к себе домой, – нахмурился Рэй. – Твое отсутствие там может вызвать подозрения.

– Тогда уеду туда ночевать, – не стала спорить я. – А сапоги подождут до выходных. Сейчас я нужна Эрику.

– Он в порядке, мы уже общались.

– Рэй, – протянула я, с трудом скрывая раздражение, – он сегодня сделал вещь, после которой нормальный человек не может быть в порядке.

– Странно называть Эрика нормальным.

– Странно не называть его так. Мы еще и оставили его наедине с последствиями.

Неужели так сложно было понять, что убийство не может за день рассосаться в сознании совершившего его человека? Я с трудом представляла ужас, в котором Эрик варился в собственной голове, и хотела поддержать хоть как-нибудь.

– Большой мальчик.

– А я – большая девочка, но, когда вернулась из тюрьмы, вы обо мне заботились. Скажи, есть логичное объяснение тому, что ты не хочешь, чтобы я туда ехала?

Рэй испытующе посмотрел на меня, но я не сдавалась. Мы выдержали долгое молчание, и наконец он покачал головой.

– Просто хочу, чтобы ты хорошо отдохнула и не решала наши проблемы. Как это выглядит? Молодая девушка делает круг за город, ведь нужно утешить взрослого мужика, потому что ему грустно?

– Если тебе понадобится, чтобы я была рядом, буду.

Сделав шаг вперед, я пробежалась пальцами по щеке Рэя. Камеры? Насрать. После всего, что я знала про Лейлу, если хотела, чтобы мои мужчины не переживали из-за нашей новой договоренности, стоило донести одну простую мысль: каждый день я просыпалась и не выбирала между ними. Показывать свои предпочтения, стравливать их между собой – какая невозможная чушь. Я наслаждалась ими обоими настолько, что, как жадный ребенок, зажала бы обе эти конфеты в кулачках и отмутузила любого, кто попытался бы их отнять.

Мне кажется, в моем детстве была похожая история… Нужно уточнить у мамы.

– А сегодня он убил за меня, – тихо произнесла я.

– Я знаю, – глухо ответил Рэй.

– Кстати, спасибо за подарок. Он ужасно вовремя.

– Если тебе нужно что-то кроме сапог…

– Да там мелочи, – подмигнула я. – Может, сумка или сережки. На что хватит твоих пяти тысяч… Или десяти, я точно не знаю.

– Лула сдала.

– И не только это… Что не так с ее угрозой позвонить твоей маме?

В обычно холодных глазах Рэя промелькнула паника.

– Она это сделала?

– Еще нет, – наклонилась к его губам с поцелуем я. – Но настроена решительно.

– Ни хера не смешно, – нахмурился он. – Если она это провернет, мать захочет с тобой познакомиться.

– На такое мы не договаривались, но… В чем проблема? Скажешь ей, что Лула пошутила или что мы уже расстались.