Самат Бейсембаев – Изнанка (страница 17)

— Маяков..ский, — протянул я, ассоциируя эту фамилию с матами в голове.

— Маяков? — удивился он, — Никогда не слышал такую фамилию.

— Это редкая для здешних мест. На севере, откуда я родом, она не то, чтобы распространена, но и не редкость, — начал я придумывать на ходу.

— Прошу прощения за еще один вопрос, но вы не аристократ? — еще более аккуратно он задал вопрос.

— Нет, я не аристократ.

После этих слов он сразу изменился. Походка стала не такой выученной, плечи расслабились, на лице появилась легкая улыбка, и в целом, он уже был не так серьёзен.

— Фух, я‑то уже надумал тут себе, что ты за перец такой. А ты, оказывается, наш, простолюдин, — улыбка стала еще шире. — Хотя ты прибыл один на целом летуне, тебя встречают, сопровождают, — начал бубнить он себе под нос, — прошу меня простить за столь не тактичное поведение. Виноват и готов понести любое наказание, — снова вытянулся он по струнке.

— Да расслабься ты: я простолюдин, — было забавно наблюдать за его трансформациями.

— Тогда я вообще ничего не понимаю. Если ты простолюдин, то откуда столько почестей? — обвел он рукой вокруг и остановился на посадочной платформе, от которой мы не успели далеко отойти.

— Я думал ты, как мой встречающий, должен знать, — взглянул я на него.

— Не знаю ничего. Сказали, прибывает новый легионер, встретить, сопроводить, показать. А кто и что не спрашивал. Приказы не обсуждаются, — сказал он будничным тоном, но в его интонации я уловил недовольство.

— Я тоже ничего не знаю. Мне также пришел приказ, и меня доставили сюда, — раскрывать всю правду я не намерен, и поймал его скептический взгляд. Впрочем, поняв свою ошибку, он быстро сбросил этот взгляд и, пожав плечами, продолжил.

— Приказ так приказ. Ладно, пойдем, сопровожу тебя до казарм. Там сразу возьмешь все необходимое, а за одно и койку свою увидишь, — сказал он и повел меня дальше.

Вообще этот Дендрик оказался очень разговорчивым и приятным парнем. И за тот короткий промежуток времени, что мы шли до казарм я многое успел узнать от него. Что стоит этот лагерь здесь уже чуть больше месяца, сразу после той памятной для меня битвы, где произошло мое первое знакомство с этим миром. Командует здесь всем легат Красс. В прошлый раз наше знакомство было мимолетным, и что уж скрывать в не самых приятных обстоятельствах, но со слов того же Дендрика, легат был настоящей легендой империи. Выходец из простой семьи, кажется, пекарей или поваров — точно не расслышал, который самостоятельно, правда не без доли везения, добился таких высот. Будь он аристократом, то наверняка бы уже занял пост главнокомандующего всей армии. Представляю, как это бьет по его амбициям. А так, сейчас он уперся в потолок командующего легионом, который сейчас насчитывал несколько тысяч людей. Если быть точнее, то около шести тысяч пехоты, семь сотен кавалерий, и целый корпус магов из пятидесяти человек, и это, не считая медицинский блок и обслугу. Я не знаю, насколько большие это силы, но судя по его интонации, гордиться есть чем. Это самое главное, что я для себя выделил. Еще было несколько вещей по мелочи, как например, трехразовое питание; к слову, очень отличное. Мясо, фрукты, свежий хлеб, раз в седмицу можно было позволить себе пару стаканов вина. Император очень много внимания уделял комфорту своих войск.

Для меня еще не совсем была понятна позиция обычных граждан на счет своего правителя. Любили его или ненавидели? Считают его власть абсолютной, то есть, будто так и должно быть или ее надо заслужить, даже если она твоя по праву рождения? Я, банально, рассматривал устои этого мира через призму своего, где я никогда не сталкивался с монархией и ее проявлениями, и от этого трудно было понять местный менталитет. Хотя…я знаком, что такое безграничная власть у одного человека. Другое дело мы — народ, считали это незаконным, но как говорится, — «это уже совсем другая история».

Вот и сейчас ведя диалог с местным, я не знал, как правильно, и какие вопросы задавать, и не будет ли, это выглядит какой–то нелепицей. Первое впечатление оно такое — как его покажешь, так тебя в дальнейшем и будут воспринимать. По этой причине я пока решил помалкивать, авось, что и услышу от него или других. Благо, напрягаться особа не приходилось, потому как, слов с его уст было много. Тут даже скорее наоборот; мне приходилось фильтровать, нежели пытаться выудить.

Так больше не услышав от него ничего путного, мы и дошли до казарм, где перед входом одного из них дежурили два стражника. Такая же одежда. Только теперь еще и жилет из железных пластин, напоминающий будто одели плоские дополнительные ребра сверху, шлем и длинные копья. И все черное. У них тут, что фетиш какой–то на черный цвет?

— Здорово, ребят! Как стража несется? — поприветствовал их мой сопровождающий.

— Кто ты и кого ведешь? — грубо спросил один из них.

— Ребят, вы чего? — вскинул он руками. На что один из стражников устало, повел глазами, и посмотрел на другого, будто подавая знак «давай ты сам».

— Дендрик, твою мать, давай по уставу. Сколько раз тебе об этом говорить? — сказал второй.

— Ну и заладили, — посетовал он, но встретив взгляд одного из них, вскинул руки и продолжил, — ладно, ладно. Легионер Дендрик, веду вновь прибывшего легионера Деннара, — показал он на меня рукой.

После этих слов стража расступилась и пропустила нас внутрь.

— Надоели эти вояки со своими правилами. Ведь можно же обойтись без всей этой мишуры. Знают же в лицо меня, — начал он жаловаться.

— Тогда зачем ты пошел в армию? — спросил я.

— Так меня не спрашивали. Война же, — посмотрел он на меня как на глупца. Все–таки затупил. Мне оставалось лишь промолчать и идти за ним дальше.

Казарма представляла собой большую палатку, внутри поделенную на секции, где могли расположиться по десять человек, в одну из которых мы и прошли.

— А где все? — спросил я, так как в палатке я никого не обнаружил.

— На полигоне проходят обучения, — ответил он и подошел к одной из деревянных коек, стоявших в ряд, — Вот, это твоя.

На койке лежали аккуратно сложенные вещи: две черные туники, комплект нижнего белья, сандалии. Вот и вся моя поклажа.

— Что? Думал, тебя тут баловать будут? Ты в армии, дружище, — заметил он на мой вопросительный взгляд, — Доспехи выдадут позже. Щит и меч тебе не положен; ты маг: руки должны работать. И беречь ты все это должен будешь, как говорит наш командир, лучше, чем свою жену, — хмыкнул он.

Пока переодевался, задумался о своем нынешнем положении. Вообще, забавно вышло: в своем прежнем мире я бы сделал все, чтобы избегнуть армию. Это даже являлось одной из причин моего поступления в университет. А тут я доброволец. Да еще и со своим свободолюбием. Помню, как сбегал из детского сада, только чтобы не заставляли ложиться спать. Или с каким нежеланием утром шел в школу, потому что заставляли сидеть там полдня и делать то, что они говорят. К сожалению, сейчас армия была единственным доступным инструментом для достижения цели — стать сильнее, и главное сделать это подальше от этой жуткой троицы.

— Отлично выглядишь, — улыбнулся он, — а теперь пойдем к полигону. Увидишь своих братьев и нашего одуванчика, — и громко расхохотался он своей, видимо, шутке.

Мы направились к выходу, миновав стражников, которые при нашем приближении повставали с мест и приняли строгий вид. Кажется, не все тут соблюдают устав, о котором говорили ранее. Пока мы шли к месту, я еще раз рассматривал все вокруг. Вся его восточная сторона от края до края занимали казармы, кухня, купальные места и отхожее место. На южной была посадочная платформа и рядом ворота в два человеческих роста. На западной полигон для учении. По центру были административные здания — это главная палатка легата и ближайших офицеров, а также канцелярия, где раз в седмицу легионеры отправляли и получали письма домой. На северной части, под охраной, установили склады с провизией, амуницией и прочим необходимым для обеспечения жизнедеятельности легиона.

Он, конечно, приятный тип и с ним было приятно поболтать, но только когда разговор был не обо мне, поэтому дальше до самого полигона мы уже шли молча.

Еще на подходе были слышны громкие звуки голосов командиров и крики легионеров. Несколько тысяч человек сейчас разделенные на мелкие группы по несколько сотней в каждой отрабатывали упражнения, боевые порядки и различные ситуации на поле битвы в полном обмундировании, которое навскидку весило не меньше десяти, а то и двадцати килограммов, только оружие было не настоящим — деревянные мечи и копья. На первый взгляд тут происходил полный бедлам, но приглядевшись заметна слаженно отработанная до механизма система, что заставляло восхищаться зрелищем. По краям всей этой управляемой вакханалии стояли командиры и молча наблюдали за происходящим, только время от времени отдавая команды. Я застыл на месте, открыв рот.

— Совсем скоро ты сам станешь частью этого, — голос Дендрика вывел меня из ступора, — пойдем, вон наш центурион и отряд.

Мы прошли дальше, и подошли к одному из тех, кто сейчас отдавал команды. В той же одежде, что и другие, только на левой груди отличительные знаки в виде красных полос. Выглядел на лет тридцать–тридцать пять, хотя волосы частично уже были покрыты сединой. Наверное, наследственное, а не по причине возраста. Твёрдые скулы, руки заправлены за спину; он цепким взглядом сейчас смотрел на отряд, которые разделившись по парам, отрабатывали один на один.