Саманта Тоул – Ужасный Шторм (ЛП) (страница 92)
— Потому что она не просто девушка.
— Нет? — брови Стюарта поднимаются.
— Нет, — я делаю ещё одну затяжку и тушу сигарету в пепельнице. — Она единственная девушка, которую я когда — либо любил.
— Не думал, что ты можешь любить.
— Только однажды.
Усмехаясь, Стюарт подходит и поднимает пепельницу. Я знаю, что он собирается вычистить её. Он ненавидит, что я курю. Думаю, он беспокоится, что я преждевременно постарею.
Геи. Я никогда не смогу их понять. Стюарт крут, он находится со мной с самого начала, и он самый лучший в своём деле. Он спасал мою задницу столько раз, что я даже не могу их все упомнить.
Женщины — это моё. У меня никогда не было девушки. Мне просто нужно трахаться. Жестко. И часто. Затем я перехожу к следующей.
Есть только одна девушка, которую я любил, одна девушка, которую я хотел сделать своей, и она может войти в эту дверь в любую минуту.
Что если она выглядит совершенно иначе?
Она была очень красивой. У неё была отпадная задница и невероятно горячее тело, даже в подростковом возрасте. И у неё были самые лучшие сиськи, которые я когда — либо видел, не то чтобы тогда, я видел их много. Честно говоря, только её, и то случайно, когда она потеряла бикини, пока плавала. Даже в тринадцать — они были у нее хорошего размера. Тру рано начала развиваться, к моему счастью.
Дерьмо. Что если она замужем или у неё есть дети?
Всё равно. В любом случае, это Тру и мне нужно её увидеть.
— Что если она не придёт? — спрашивает Стюарт, проходя мимо, ага, с моей чистой пепельницей.
— Значит, твоим следующим делом будет найти её.
В ответ на его выражение лица, я одариваю его "я — чёрт — возьми — не — шучу" взглядом.
— У тебя ОКР
— ОКР лучше, чем ВЗ
Я никогда не болел венерическими заболеваниями, наглый ублюдок. Защищённый, готов к работе. Я никогда не уходил из дома без презерватива. Ну, я никогда не знал, в какой момент мне может понадобится один. Поверьте, у меня был секс с неподходящими женщинами в неподходящее время. Кроме создания музыки — единственная чёртова вещь, где я хорош.
Господи, сколько времени? Она уже должна быть здесь.
Это она, потому что опаздывает. Тру всегда всюду опаздывала.
Интересно, она всё ещё играет на пианино? Я спрошу её. Если это она.
Дерьмо, она когда — нибудь появится?!
Телефон люкса начинает звонить, и я мгновенно напрягаюсь.
Стюарт отвечает.
— Отправляйте её прямо наверх. Её встретят.
— Она здесь, — говорит он, поворачиваясь ко мне, — Я пошлю Дэйва встретить её у лифта.
Я сажусь на диван.
Это просто Тру. А если нет, то ещё одна долбаная задница, которая берёт интервью. Тогда после всего, я наконец смогу закончить быть слюнтяем и найду её.
Я хватаю одну из тех мятных конфет на журнальном столике, предоставленные отелем, и кладу себе в рот. Я не хочу вонять сигаретами, если это она.
Проходит ещё пять минут, прежде чем я слышу щелчок главной двери. Это точно она, потому что отсюда до стойки администратора две минуты, а Тру всегда любила оттягивать время.
Я встаю. Нервозность проходит через меня. Я слышу, как говорит Стюарт. Я напрягаю слух, чтобы услышать другой голос, но ничего не слышу. Узнал бы я её голос? Я так давно ее не слышал.
Кажется, проходит вечность, прежде чем Стюарт заходит в гостиную, и она позади него. Тру. Это она.
Убейте меня, она выглядит прекрасно, восхитительно и в этот момент я понимаю, что больше не отпущу её.
Она немного продвигается вглубь комнаты. Я не могу оторвать от неё глаз. Она выглядит потрясающе.
На ней свободная серая кофточка, приталенная, показывающая её осиную талию, а её сиськи в ней выглядят просто невероятно. И эта милая маленькая юбочка. Она короткая и открывает большую часть ног. Дерьмо, они длинные. Она обута в пару подойди — и–трахни — меня — сейчас туфель, которые бы выглядели восхитительно, с обёрнутыми вокруг меня ногами.
— Тру? — мой голос немного хрипит. Я делаю глубокий вдох, — Труди Беннет? Моя Труди Беннет? — повторяю я, как гребанный придурок.
Я делаю шаг вперёд.
— Чёрт, это действительно ты.
— Да. Это действительно я, — отвечает она.
Она звучит, как грёбаный ангел. Мой член дёргается и начинает твердеть.
Я думаю о времени, когда нашёл Стюарта, целующего какого — то чувака.
— Охренеть! — Говорю я, подходя немного ближе, — Когда Стюарт сказал, что интервью у меня берет Труди Беннетт, я решил, что в Великобритании должно быть не так много девушек с именем Труди Беннетт, не так ли? Я думаю, что так, но… — я смеюсь, — Потом я просто подумал, что слишком много совпадений, чтобы это была именно ты… и вот черт… это ты.
Я никогда не чувствовал неуверенности перед этой женщиной, с тех пор, как видел её в последний раз, но по крайне мере, в подростковом возрасте у меня было оправдание. А какое оно сейчас?
Этого не может быть, потому что я чист, хоть и трахал каждую горячую цыпочку в центре реабилитации, включая горячего замужнего нарколога и несколько других юбок, что были за пределами центра.
Всё из — за неё.
— Это я, — говорит она.
Она нервничает. Мне это нравится. Это поднимает мне настроение.
Я подхожу к ней, желая быть ближе. И вблизи я замечаю румянец на её щеках. Она выглядит так чертовски красиво. Тру — самая красивая и идеальная женщина, которую я когда — либо видел в своей жизни.
Больше всего, я хочу прикоснуться к ней, но боюсь. И, чёрт, она пахнет невероятно. Это не просто духи, это она. Запах переносит меня назад в прошлое. И я вдруг чувствую непреодолимое чувство любви к ней и желание защитить. Я никогда не хотел женщину так, как сейчас хочу её. Я хочу не только трахать её, но и держать в своих объятиях.
— Прошло сколько… одиннадцать лет? — спрашиваю я, стараясь держать голову прямо.
— Двенадцать, — поправляет она.
— Двенадцать. Господи, точно, — я запускаю руку в волосы, — Знаешь, ты выглядишь иначе… ну, ты знаешь, — я пожимаю плечами.
— Знаю, — улыбается она — Ты тоже изменился, — указывает на татуировку у меня на руке.
Я с усмешкой смотрю на неё.
— А остальное совсем не изменилось, — говорит она, указывая своим маленьким пальчиком на мой нос.
Она имеет в виду мои веснушки. Я их терпеть не могу. Я потираю нос.
— Да, не могу избавиться от них.