Саманта Тоул – Покоряя Шторм (ЛП) (страница 41)

Я чувствую, как у меня сжимается горло, прежде чем вешаю трубку, а потом начинаю плакать.

Я достаю ещё одну сигарету, зажигаю её и смотрю на телефон.

Перезвони мне, малышка, пожалуйста.

Через минуту телефон зазвонит, но это не она. Это охрана.

— Куда она уехала? — спрашиваю я хриплым голосом.

— В аэропорт ЛА, сэр.

Чёрт.

Я завожу автомобиль, разворачиваюсь и отчаянно вжимаю педаль в пол, чтобы добраться до аэропорта и остановить единственную женщину, которую я когда-либо любил, и не дать ей исчезнуть вместе с моим ребёнком.

Глава 12

Тру

Адель начинает петь в моей сумке. Я роюсь в ней и достаю телефон.

Джейк.

Сердце колотится в груди, когда я вижу его имя на экране.

Он оставил меня. Он просто уехал и оставил меня.

Боль, отторжение и унижение собираются вместе и сжигают моё сердце.

Я не отвечаю на звонок и выключаю телефон.

— Сколько ещё до аэропорта? — спрашиваю я водителя.

— Около пятнадцати минут.

Я откидываюсь на спинку сиденья. Я даже не знаю, когда следующий рейс до Великобритании. Я не планировала так далеко вперёд. Я вообще не планировала этого.

Я просто должна буду посидеть в аэропорту и дождаться рейс из этого Богом забытого места.

Я ожидала, что Джейк плохо отреагирует на новость о моей беременности. Я ожидала ссоры. Что я не ожидала, так это, что с того момента он не скажет мне ни слова, а затем отвезёт меня домой и отпустит из машины.

Просто мысли об этом снова причиняют мне боль. Я сжимаю руки, пытаясь унять боль.

— Вы из очень красивого места, — говорит водитель.

— Да, — отвечаю я, не желая вступать с ним в беседу.

— Те дома стоят кучу баксов. Вы там живёте?

Он смотрит на меня в зеркало заднего вида.

О, Господи, надеюсь, он не узнал меня.

— Нет. Пришла в гости, — я поворачиваю лицо и смотрю в окно, давая ему понять, что не настроена на разговор.

Слава Богу, он меня понял.

Через пятнадцать минут я вижу огромную вывеску LAX. Я полностью готова выбраться из этого такси и этого проклятого города.

Я просто хочу домой. К маме и папе.

Господи, я даже не могу начать думать о том, как отреагирует мама, когда я скажу ей, что беременна и Джейк не хочет ребёнка. Мой папа ошалеет. Он, наверное, вылетит сюда на следующей же неделе, чтобы надрать Джейку задницу.

Дерьмо.

Одна грёбаная неразбериха.

— Сколько? — спрашиваю я, когда такси подъезжает к обочине.

— Семьдесят пять баксов.

Проклятье. Я знаю, что он сдирает с меня за поездку больше положенной суммы, но я не могу быть задницей и спорить.

Я достаю две пятидесятки из кошелька и говорю ему оставить сдачу. Я знаю, что этот ублюдок обдирает меня, но я просто хочу выбраться из этого такси, а не сидеть и ждать перемен.

Я вылезаю, покачиваясь на каблуках с двумя сумками на обоих плечах.

Глядя на вход, я делаю глубокий вдох.

Поправляя ремень сумки, я иду к двери.

Я слышу визг шин. Оборачиваясь, я вижу машину Джеймса Бонда, которая останавливается на середине дороги. Дверь открывается и выскакивает Джейк.

Машины начинают сигналить вокруг него, но ему, кажется, плевать.

Я вижу, как он осматривается, а затем замечает меня, поэтому я быстро поворачиваюсь на каблуках и иду к двери.

— Тру, подожди! — зовёт он.

— Отвали! — кричу я в ответ.

Я вижу, как люди вокруг нас останавливаются, чтобы поглазеть на шоу, и от этого моё лицо становится красным.

Я слышу, как кто-то сзади кричит:

— Эй, мужик, ты не можешь оставить здесь свою машину.

Следующее, что я знаю — Джейк передо мной, хватает меня за руки.

— Просто подожди. Мне жаль, Тру. Мне так чертовски жаль. Не уходи. Просто выслушай меня, пожалуйста.

— Мне не интересно, что ты, чёрт возьми, скажешь! — кричу я.

Хорошо, может, мне и всё равно на людей, что смотрят на нас сейчас. Думаю, мне очень больно и я слишком злюсь, чтобы думать об этом.

Я чувствую, как слёзы наворачиваются на глаза, но я не собираюсь плакать.

— Я поняла тебя чётко и ясно.

— Я облажался. Я запаниковал и сбежал, что не должен был делать. Мне жаль. Больше чем когда-либо в жизни, — он качает головой. Глядя вниз, Джейк выдыхает. А когда поднимает голову, его глаза встречаются с моими. — Это не оправдание, Тру, но я просто не знал, что сказать или сделать. Я не мог нормально думать. Мне так жаль, малышка.

— Не называй меня так! — я кричу, словно его слова цепляют за живое. — Я не твоя грёбаная малышка.

— Да, моя, — его голос так низок и интенсивен, что я могу только смотреть на него. — И всегда будешь моей, Тру. Всегда.

— Эй, мужик, ты не слышал меня? Я сказал, что ты не можешь оставить свою машину здесь!

Я отворачиваюсь от Джейка, чтобы увидеть сотрудника аэропорта, который идёт к нам. Молодой парень, лет двадцати.

Он смотрит на Джейка и останавливается как вкопанный.

— Эй, а ты не… Джейк Уэзерс? — он приглядывается к Джейку. — Святое дерьмо — ты и есть! Это ты! Эй, это Джейк Уэзерс! — восклицает он, указывая на людей вокруг, в результате чего их внимание сосредотачивается на нас.

Мы здесь одни, без Дэйва и Бена, окружённые двадцатью людьми, которые только что узнали Джека.

Чёрт.

Я чувствую, как Джейк напрягается, а его хватка на моих руках становится крепче. Он отводит взгляд от меня и говорит парню: