Саманта Тоул – Покоряя Шторм (ЛП) (страница 42)
— Я не он.
— Это ты, — говорит фанат, подходя ближе. — Я бы узнал тебя где угодно! Я был на всех твоих концертах, чувак. У меня есть все твои альбомы. Я один из твоих самых больших фанатов! Чертовски люблю твою музыку! Дерьмо, не могу поверить, что ты здесь! Подожди, пока Мари услышит это! Это моя девушка, она любит тебя, как и я! Когда Джонни умер, она неделями плакала. Ох, чувак, я должен получить твой автограф и фотографию, — он начинает подходить ближе и тянется к карману.
Не могу поверить, что мы в самом середине пекла, и один из активных фанатов Джейка хочет взять автограф и сфотографироваться.
Я слышу шёпот людей вокруг нас, шум усиливается, и моё сердце начинает тревожно биться.
Нас окружает толпа.
— Мы уходим,
Я киваю, а затем Джейк хватает меня за руку. Быстро, словно молния, мы идём к машине.
Я слышу, как люди идут за нами, голоса кричат.
— Не уходи, чувак!
— Подпиши мою майку!
— Могу я сфотографироваться с тобой?
— Позволь мне дать тебе свой номер!
Джейк открывает пассажирскую дверь и практически впихивает меня, а затем плотно закрывает позади меня дверь. Я смотрю, как сложно ему пробираться к своей двери, потому что люди хватают его. Джейк убирает людей с пути, но толпа становится ещё гуще, чем раньше.
Даже если Джейк хотел бы остановиться и дать автографы, люди сейчас слишком взволнованы и многие себя не контролируют.
Человек один разумен. Но толпа просто сходит с ума.
Мне страшно, и внутренности скручиваются, сжимаясь.
Все же Джейку удается сесть в машину. Он громко сигналит, предупреждая, что начинает движение, а затем едет вперёд, убираясь отсюда.
Всё ещё дрожа, я смотрю, как он звонит. Он всегда включает громкоговоритель, пока едет в машине. Но не сейчас.
— В аэропорту произошёл инцидент… Я потом тебе расскажу… нет, нас окружили… да, мы спорили, а люди вокруг слышали. Это точно будет в новостях, подчисти, как только сможешь… она в порядке, мы оба в порядке… нет, меня не преследуют… Сейчас я еду домой… хорошо, — он вешает трубку. — Ты в порядке? — спрашивает Джейк.
Я киваю.
— Больше никогда так не убегай. Я знаю, ты злишься на меня сейчас, но было глупо так поступать.
Гнев вспыхивает во мне с новой силой. Я испускаю резкий смешок, поворачиваясь к нему.
— Ты, чёрт возьми, шутишь?
— Похоже, что я шучу? — взгляд, которым он одаривает меня такой суровый, что я сжимаюсь на месте. — Тебя могли ранить там, — говорит он низким голосом. Не уверена, но мне кажется, что он содрогается от этой мысли.
Но злость пересиливает меня.
Я бы никогда не оказалась в аэропорту, если бы он не уехал. Это всё его грёбаная вина!
Я смотрю на него с отвращением.
— Как будто тебе не всё равно. Это всё твоя вина!
Одной рукой держась за руль, он поворачивает голову, глядя на меня тяжёлым взглядом, и я боюсь, что под его силой развалюсь на кусочки.
— Думаешь, мне было бы плевать, если бы с тобой что-то случилось? — он стискивает зубы.
Я смотрю на него и киваю.
Его лицо каменеет. Я могу даже видеть вену, пульсирующую у него на шее. Не думаю, что когда-нибудь видела его таким злым.
И, вообще-то, я должна быть той, кто злится. Нахальный ублюдок.
Раздражение снова появляется.
— Выпусти меня из этой чёртовой машины, — требую я сквозь стиснутые зубы.
— Нет.
— Ты только что сказал мне «нет»?
— Кажется, так.
— Кажется, так! Какого чёрта? — кипячусь я. — Кого ты из себя возомнил, чёрт побери? Ты высокомерный ублюдок, Джейк Уэзерс! Я не один из твоих подчиненных, которым ты можешь указывать! Господи, ты просто огромный грёбаный засранец!
Видимо, мне снова тринадцать.
— Я заслужил это, — говорит он. На самом деле, Джейк выглядит так, словно сдерживает улыбку и это ещё сильнее меня бесит. — Но я не могу позволить тебе уйти, Тру. Это не безопасно.
— И что ты будешь делать? Держать меня в заложниках?
— Если придётся.
Тон его голоса звучит так серьёзно, что я не уверена, шутит ли он.
— Я чертовски тебя ненавижу, — шиплю я.
Я вижу вспышку боли на его лице. От этого мне становится плохо. Я чувствую себя сучкой.
— Это я тоже заслужил, — он проводит рукой по волосам. — Слушай, просто позволь мне довезти тебя до дома в целости и сохранности. Затем дай мне десять минут своего времени и послушай, что я скажу, и если ты всё ещё захочешь уехать, то я организую тебе самолёт, который отвезёт тебя куда угодно. Ты просто не можешь передвигаться одна без охраны. Это не безопасно для тебя… и ребёнка.
Я резко вдыхаю при упоминании ребёнка. Слёзы наворачиваются на глаза, и из меня вырываются рыдания. Я прижимаю руку ко рту.
— Тру… — Джейк пытается коснуться меня.
Я отодвигаюсь от него.
— Не прикасайся ко мне, — шепчу я сквозь слезы.
— Мне так жаль…
— Прекрати! — шиплю я сквозь зубы. — Мне не нужна твоя грёбаная жалость или сочувствие. Просто оставь меня в покое.
Скидывая туфли, я ставлю ноги на край сиденья. Оборачиваю руки вокруг колен, я кладу голову и смотрю в окно.
Я слышу его вздох, но он не пытается ещё раз со мной заговорить.
Я слышу тихие звуки Linkin Park на заднем плане. Следующее, что я слышу, песня Snow Patrol — Make This Go on Forever
Я ненавижу, что он делает это. Ставит особенную песню, чтобы поговорить со мной. Чтобы привлечь моё внимание, если я не буду слушать его.
Но все его действия сейчас только напоминают о том, как много боли он мне причинил. И до сих пор причиняет.
Я не играю в его игры. И точно не слушаю.
Он может помочиться прямо сейчас.
Поднимая голову с колен, я освобождаю руку, тянусь к приёмнику и выключаю музыку.
Вновь возвращаясь в прежнюю позицию, остаток поездки до дома я провожу в тишине, пытаясь удержать боль, которая угрожает всё разрушить.