Саманта Кристи – Черные розы (страница 53)

Я переплетаю наши пальцы и сжимаю ее руку в своей ладони.

– Чарли мне сразу понравилась. Она очень умная девушка.

Пайпер тихонько смеется:

– Да, она тоже всегда так говорит.

Она смотрит на наши переплетенные руки, словно только что это осознала.

– В тот день мы решили поехать в Европу. Мы запланировали поехать на следующий год, после окончания школы. Это было идеальным решением. Я не хотела рисковать случайно встретиться со своей дочерью. Потому что клянусь, Мейсон, ее лицо навеки запечатлено в моем сознании, и я уверена, что узнала бы ее где угодно. К тому же я не хотела наткнуться на одного из своих обидчиков. А Чарли… ну, ты знаешь, какие у нее были причины уехать.

Я чувствую, как Пайпер расслабляется, как с каждым произносимым словом напряжение покидает ее тело. Это ее исцеляет. И с каждой новой частью истории я вижу, как кусочки складываются вместе и она восстанавливает свою целостность.

Я отвожу ее волосы в сторону, обнажая шею.

– А твоя татуировка, милая?

Пайпер потирает ее рукой – я уже много раз видел этот жест.

– Я сделала ее в свой восемнадцатый день рождения. Распускающаяся роза, напоминание о том, чем, как я надеюсь, она станет; но роза черная – как символ смерти отношений, которых между нами никогда не будет.

Она замолкает. После того как мы проговорили и проплакали почти целый час, в комнате становится необыкновенно тихо. Необыкновенно, но прекрасно. И я осознаю, что она впервые держит меня за руку, а не наоборот. Тонкими пальчиками она проводит по костяшкам моих пальцев, посылая эротические – совершенно неуместные в этой ситуации – ощущения прямо мне в пах.

– Ну вот. Теперь ты знаешь обо мне все. Ну, может, кроме того, что в детстве у меня была собака по кличке Дворняжка. Она убежала, когда мне было семь.

– Дворняжка, говоришь?

Пайпер кивает, все еще гладя меня по руке пальцами.

– Ты в порядке? – спрашиваю я, ища ответ в ее глазах. В конце концов, она только что разбередила все свои раны и открыла передо мной свою душу.

Она прищуривается и размышляет над моим вопросом.

– Кажется, да. Это странно? – Ее зарождающаяся улыбка согревает не только мое сердце, но и другие части моего тела.

– Нет. В этом нет ничего странного. Проговаривание помогает. Поверь мне. И я всегда готов тебя выслушать. Если ты не заметила, у меня довольно широкие плечи, так что можешь плакать у меня на плече, когда только пожелаешь.

Ее улыбка исчезает, и моя зарождающаяся эрекция угрожает последовать за ней.

– Думаешь, ты сможешь видеть во мне ту женщину, которую видел в прошлые выходные, а не девушку на той постели?

Перед моим внутренним взором внезапно возникают картины прошлой субботы. Как она извивалась под моим языком, хватаясь пальцами за простыни, глядя на то, как я довожу ее до оргазма. Я отпускаю ее руку, встаю рядом с постелью, одним махом стягиваю штаны и трусы – и мой освобожденный член гордо вздымается.

– Не думаю, что это когда-нибудь станет для нас проблемой, милая.

При виде меня она широко раскрывает глаза. Не от страха. Не в панике. А от страсти. И это чертовски сексуально.

Ее рука дергается, словно она хочет прикоснуться ко мне. Мой член подпрыгивает при одной мысли об этом. Но мои надежды разрушаются столь же быстро, как появились.

– Я не могу, – говорит она.

Я киваю. Ну конечно, она еще не готова. Ей нужно время. Я ругаю себя, натягиваю штаны и замираю как вкопанный от ее следующих слов:

– Я только что пробежала двадцать километров. Мне надо принять душ.

Ее разгоряченный взгляд скользит по моей груди, потом спускается ниже.

Ни фига себе!

То, как она это произнесла. Это была не отмазка. Это было приглашение.

– Я бы тоже не отказался сейчас от душа, – говорю я, снимая с себя кроссовки и стягивая штаны. – Я не мылся с понедельника. А сегодня какой день?

– Среда, – смеется она.

Я бросаю взгляд на ванную, потом вопросительно приподнимаю брови. Ее зубы прикусывают нижнюю губу – от этого кровь у меня еще сильнее приливает к паху. Ее губы медленно растягиваются в улыбке.

– У меня никогда не было кошмаров про душ, – говорит она. – И про поцелуи тоже.

Я улыбаюсь так, что рот, кажется, сейчас порвется.

– И посмотри, как ты хорошо целуешься!

Я делаю два шага ей навстречу и протягиваю руку.

Она смотрит на нее потемневшими полуприкрытыми глазами, а на губах у нее появляется застенчивая, но чувственная улыбка.

Сердце чуть не выпрыгивает у меня из груди.

Я тяну ее за собой в ванную и включаю душ. Ванная классная. Тут несколько насадок, включая душевую головку на потолке. Пока вода нагревается, я медленно стягиваю с Пайпер шорты и топик, обнажая сантиметр за сантиметром ее прекрасного тела.

Ванная ярко освещена. Через окно проникает дневной свет, а на потолке – мощные флуоресцентные лампы. Я замечаю едва заметные белые линии по обеим сторонам ее живота. Я падаю на колени и прижимаюсь к ним губами, пробуя на вкус ее соленую кожу. Я показываю, что люблю каждую ее частичку – даже те части, которые она считает ущербными.

У меня тоже есть ущербные части. Может быть, вместе, если мы объединим все наши хорошие части, мы сможем стать одним безупречным человеком.

Пайпер гладит руками мои волосы, а я впитываю опьяняющий запах ее кожи. Уголком глаз я замечаю, что из душа уже идет пар, поэтому я поднимаюсь на ноги и веду ее спиной, пока она не упирается в стену.

Вода льется ей на волосы и стекает по груди. Я никогда не видел ничего прекраснее.

Я накрываю ее губы влажным, требовательным поцелуем, который вызывает у нее возбуждающие стоны. Мы целуемся долго и страстно, изучаем друг друга ртами и языками, пока наши легкие не начинают гореть от нехватки воздуха.

Когда мои руки нащупывают ее грудь, она хватает меня за волосы и наклоняет мою голову назад, чтобы покрыть поцелуями мою шею. Нащупав пульсирующую жилку, она останавливается и посасывает плоть моей шеи. Мой член бешено пульсирует, и я боюсь, что это опять вызовет у нее панику. Но она удивляет меня, когда протягивает руку и проводит пальцами по чувствительной головке, от чего я совершенно теряю голову.

Каждое ее прикосновение вызывает электрические импульсы у меня под кожей. Когда Пайпер медленно проводит рукой от кончика до основания, мое тело загорается от желания.

Мои пальцы спускаются по ее мокрому животу, пробираются через мягкие завитки к горячему влажному жару ее естества и проникают внутрь. У нее перехватывает дыхание, она испускает то ли вздох, то ли стон.

Мне не нужно напоминать, чтобы она смотрела на меня. Наши взгляды встречаются с такой силой, что по нашим телам проходит ударная волна – ее голод и страсть не менее сильны, чем мои. Я ощущаю трепет в нижней части позвоночника, а все мое тело накалено от разнообразных ощущений. Я прикусываю губу и чувствую вкус крови – от стремления отсрочить неизбежное окончание. Мое удовольствие сейчас не главное. Главное – подарить Пайпер воспоминание, которое сможет затмить ее кошмары. Я отстраняюсь, моя стальная эрекция выскальзывает из ее мягких мокрых рук, а я пытаюсь восстановить дыхание.

– У тебя есть презерватив? – спрашивает она, ее взгляд обдает мое тело таким жаром, что я вот-вот расплавлюсь.

Черт! От этих слов я чуть не кончаю на месте. Ну конечно, есть!

– Подожди здесь, – говорю я, и в моем голосе слышны командные нотки.

Я выхожу из душа, вода стекает с меня на плитку в ванной и ковер в спальне. Я так спешу к ней, что чуть не поскальзываюсь и не растягиваюсь на полу в ванной, но в последний момент успеваю схватиться за раковину – наверняка это выглядит очень комично и слегка умеряет мой пыл.

Смех Пайпер отражается от стен в душе, и мое сердце расширяется при мысли о том, что она этого хочет.

Еще даже не вернувшись в душ, я разрываю упаковку презерватива и натягиваю его на свой твердый член. Как только я захожу обратно, Пайпер запрыгивает на меня, и я поднимаю ее, обнимая ладонями мягкие ягодицы, а она обнимает меня ногами за талию.

Моя эрекция оказывается у нее между ног, зажатая нашими скользящими телами. Она опускает взгляд вниз, чтобы посмотреть, как близки мы к тому, чтобы соединиться.

– Да, – выдыхает она, вода стекает по ее плечам, добавляя еще больше жара к тому, который уже пышет между нами.

Она снова смотрит на мое лицо, и между нами проходит вспышка энергии. Страстная. Горячая. Плотская. Я впервые вижу такое ненасытное требование в ее глазах.

– Да, Мейсон, – шепчет она, запуская пальцы мне в волосы.

Черт! Я и не знал, что мое имя может звучать так сексуально.

– Милая, – выдыхаю я в нее, мои губы еще раз приближаются к ее рту, напоминая, что с ней всегда буду только я. – Боже, как я тебя люблю, Пайпер. С тобой всегда буду только я. Всегда.

Пока мы целуемся, ее руки исследуют мои плечи, шею, спину, легко скользя по моей мокрой коже, доводя меня до точки невозвращения. Я прерываю поцелуй, наклоняю ее бедра и вхожу в нее, плотный захват ее тесных стенок доводит меня до грани экстаза.

Я не могу сдержать стона, когда вхожу в нее до конца. Прикосновение к ее голой коже, полное проникновения – никогда прежде я не ощущал такого глубокого удовлетворения. Такой неподдельной радости.

Я наблюдаю за ее реакцией на каждое движение моих бедер, когда я медленно вхожу и выхожу из нее. Я чувствую, как сжимаюсь от надвигающегося оргазма. Я с силой прижимаю ее к стене, одной рукой поддерживая ее за ягодицы, а другую просовываю между нами.