Саманта Бёрч – Кот-дракон (страница 7)

Свечка – их вечная шутка на тему фамилии Алоуиши, прозвище, которым Айви нарекла подругу еще в детстве. При его звучании Алоуишу переполняла такая нежность, что начинало казаться, будто все в мире было – или будет – хорошо.

– Теперь, – продолжила Айви, изящно снимая туфли и бросая их под кухонный стол, – переходим ко второму пункту: планирование будущего.

– Ну, в целом, я планирую, что оно наступит, – улыбнулась Алоуиша.

Айви вздохнула и по-доброму закатила глаза.

– Ха-ха, – сказала она с вздохом. – А теперь, пожалуйста, отнесись к этому серьезно. Нам нужно составить план. Я знаю, у тебя есть дорогой Кроу… – она почесала пернатого под подбородком, и он буквально засиял, – но, при всем моем желании, Свечка, настанут времена, когда я не смогу быть рядом так часто, как хотелось бы. – Айви положила руку на живот, и Алоуиша уловила на лице подруги проблеск вины. – И мне нужно знать, что ты будешь в безопасности здесь, так далеко от меня. Поэтому, не могла бы ты подумать о том, чтобы нанять кого-нибудь? В этом нет ничего постыдного.

Алоуиша поперхнулась, забрызгав чаем поднос. Повод для стыда точно имелся.

– И чем им платить? – полусмеясь, отмахнулась она. – Вязальными спицами и крапивным чаем?

– Ну, нет, – признала Айви. – Но я уверена, что найдутся те, кто согласится на оплату заклинаниями. – Она на мгновение задумалась. – Или советами по садоводству.

Алоуиша устало улыбнулась в ответ на заботу лучшей подруги.

– Айви, – произнесла она со всей мягкостью, на которую способна, – даже если бы я нашла кого-то, кто согласился бы работать за обещание исключительных помидоров, уверяю тебя, никакая помощь мне не нужна. – Затем, заметив приподнятую бровь подруги, добавила: – Нет, правда, не нужна. Я знаю, что все это выглядит плохо, но я справлюсь. И если так тебе станет спокойнее: я не собираюсь больше брать заказы с драконьими яйцами.

Айви помолчала мгновение, раздираемая противоречивыми эмоциями.

– Ладно, – наконец сказала она, – если ты обещаешь.

– Иначе пусть Совет Старейшин расплавит мою палочку, – заявила Алоуиша, проводя указательным пальцем по соответствующей руне на груди.

– Ну уж нет! – рассмеялась Айви.

– Подожди, – осеклась Алоуиша и уставилась на подругу проницательным взглядом. – Ты что, только что… заставила меня предложить то, чего ты и хотела?

– Что? Нет! – воскликнула Айви с излишне театральным возмущением, на что Алоуиша вздернула бровь. – Ну, может быть… – Айви виновато закручивала белокурые волосы на пальцы. – Я просто пытаюсь тебя защитить. Разве это так плохо?

– Нет, – вздохнула Алоуиша. – То есть, я бы и сама до этого дошла…

– Конечно! – воскликнула подруга, явно давая понять, что не имела в виду ничего подобного.

– …но давай сделаем вид, что ты просто немного меня опередила.

Алоуиша улыбнулась ей, и Айви ответила взглядом, который отчетливо говорил: «Ну, главное, что ты все понимаешь».

– Из тебя выйдет отличная мама. – Алоуиша ободряюще погладила подругу по руке. – Точнее, умеющая мастерски манипулировать, но все равно отличная.

– О, спасибо! – рассмеялась Айви. На миг она уставилась в пустоту, затем неуверенно выдохнула, отчего у Алоуиши защемило сердце. – Просто… нужно столько всего предусмотреть, – вымученно произнесла она. – Не знаю, как мы со всем справимся.

– Ведьмина подмога, – напомнила Алоуиша, не успев себя остановить.

Айви тотчас встревожилась: с тем же успехом Алоуиша могла бы сказать ей просто взять и сделать, что должно.

– О, нет, я не это имела в виду… – попыталась объяснить Алоуиша, но, похоже, не сумела подобрать нужных слов. Поэтому просто взяла Айви за руки, заглянула ей в глаза и растянула губы в, как ей хотелось верить, твердой и ободряющей улыбке. – Конечно, я помогу, но я имела в виду, что ведьмы на многое способны, – пояснила она. – А ты, Айви Долгочар, самая настоящая ведьма из всех, кого я знаю.

Остаток дня прошел в суматохе подготовки к Ночи урожая.

Айви передала дракончика его владельцу до возвращения Алоуиши, но еще нужно было подоить коров, покормить животных и сотворить заклинания.

К тому времени, как Алоуиша, несмотря на все уговоры отдохнуть, сорвала последний клевер для лошадей, она обнаружила Айви на коленях посреди участка, где та взяла на себя смелость закончить вырезание оставшихся Фитильтонов. С помощью магии она даже погрузила в телегу невырезанные тыквы клиентов Алоуиши, подготовив их к завтрашней поездке в долину.

Оставив Айви за беседой с одним из кузенов об истории орошения волшебных ботанических культур, Алоуиша воспользовалась возможностью заглянуть в теплицу.

При виде постройки в груди появился знакомый трепет. Традиционный продолговатый прямоугольный фасад с изогнутыми ярусами создавал впечатление большой стеклянной птичьей клетки. Кое-где цветущие лозы обвивали стекло, а отдельные листья или цветы пробивались сквозь щели там, где старинные окна начали отходить от белых рам.

Как и коттедж, теплица была слишком старой, маленькой и тесной, чтобы соответствовать своему назначению, но не менее любимой. Алоуиша гордилась тем, что использовала каждый дюйм ее пространства по максимуму. Поэтому, как только она с трудом открыла жесткую металлическую дверь, ей пришлось выполнять своего рода танцевальные движения, изгибаясь, наклоняясь и вытягивая руки, чтобы протиснуться между бесчисленными ящиками, горшками, лейками, мешками, инструментами и флаконами, загромождавшими всю доступную поверхность.

А еще были растения. Сказать, что внутри теплица напоминала джунгли, было бы несправедливо по отношению к джунглям, в которых гораздо больше порядка и меньше зарослей. Хотя, стоило признать, в них и этикеток меньше. Написанные неразборчивым почерком Алоуиши латинские названия растений, а также заметки об их использовании, свойствах и предпочтениях свисали с молодых стебельков и покрытых бутонами побегов, лежали на широких зеленых листьях и обрамляли впечатляющие цветы размером с обеденные тарелки.

– Всем привет, – обратилась Алоуиша ко всей теплице, и несколько крупных цветов действительно повернулись, чтобы поприветствовать ее.

Особо закрученная лоза с маленькими листьями в форме сердечек игриво сняла с волос Алоуиши шляпу, слишком дернув за нее, отчего и без того погнутый кончик мягко стукнулся о толстое стеклянное перекрытие. Лоза вздрогнула, будто поморщившись, затем быстро опустила шляпу обратно, обмахнув ее листьями, и водрузила на голову Алоуише так, что та съехала ей на глаза.

– Спасибо, Пип, – мягко поблагодарила Алоуиша и дружески погладила маленькую лозу. В ответ та ласково свернулась на ладони ведьмы. – Итак, надеюсь, вы все насладились заклинанием роста, которое я сотворила? – Она размяла пальцы. – Потому что у нас много дел.

Она повернулась к склянкам, мензуркам и газовым горелкам на рабочем столе. Их соединяли резиновые трубочки, пролегавшие между различными инструментами для обрезки, измерения и измельчения, а также одним маленьким крепким котлом – медным, но от времени ставшим сине-зеленым.

Среди беспорядка Алоуиша нашла потускневший латунный опрыскиватель для растений и тут же подняла его одним движением палочки:

– Хорошо, приступим!

Она ходила между растениями, с помощью палочки выполняя различные действия: обрезала, срывала, подкармливала, поливала, зачаровывала и, в нескольких заметных случаях, даже чистила, пока не вернулась к рабочему столу с поясом для инструментов, прогнувшимся под весом ботанических и волшебных ингредиентов.

Облегченно вздохнув, что в теплице нет любопытных тыкв, способных осуждающе цокать, Алоуиша опустила плечи. На мгновение она замерла, вдыхая пьянящий аромат: свежий, травянистый, он напоминал запах маргариток, смешанный с чем-то душистым, приторным и фруктовым. Затем, подобно дирижеру, подняла палочку и приступила к тому, в чем слыла лучшей – к ботаническому колдовству.

Волшебной палочкой она перенаправляла воду из одной емкости в другую, зажигала то одно, то другое, размешивала третье, пока вся конструкция из стекла и резины не зашипела, не запенилась и не закипела с веселым бульканьем.

В то же время левой рукой Алоуиша листала толстую пожелтевшую старинную книгу заклинаний, лежавшую на скрипучей подставке сбоку от рабочего стола. Переплетенная толстыми блестящими, но обтрепанными по краям листьями, она передавалась из поколения в поколение в семье Фитильтонов: сотни лет проверенных заклинаний, основанных на языке растений.

Следуя инструкциям книги по ингредиентам и движениям палочки, Алоуиша водила ею от флакона к ведру, пока цветы не заплодоносили, листья не скрутились и не выжали из себя сверкающую эссенцию, а яркая цветная пыльца не осыпалась прямо в котел. Запечатанные магией семенные коробочки лопнули, осыпав и ведьму, и рабочий стол мелкими, твердыми, похожими на маковые, семенами ярко-фиолетового цвета, которые тотчас зазвенели, словно вытряхнутые из ящика бусины.

Завершив все дела, Алоуиша была потной, липкой и испачканной припарками, порошками и эфирами от лифа до полей шляпы.

Но ничто на свете не принесло бы ей большей радости.

На ферму Фитильтон уже опустилась ночь, когда Кроу вернулся с дневных доставок, благополучно приземлившись благодаря свету штормового фонаря на заднем окне магазина, где он висел рядом с маленьким зачарованным серебряным колокольчиком. Алоуиша зажигала фонарь каждый вечер, как своего рода ориентир для посыльных птиц, которые изредка посещали магазин после захода солнца и за визитами которых предстояло завтра следить Кроу.