Салма Кальк – Музей магических артефактов (страница 16)

– Ваша зона ответственности, барышни. Подвески помыть, металлический каркас тоже помыть, подсвечники или что там у нас – почистить.

– Это не подсвечники. То есть, свечи туда тоже можно, но их не вставляли никогда, – тихо сказала Эрмина.

– Да, в этой люстре зажигали магические огни, – подтвердил Филипп. – Вот такие, – он пошевелил незаметно пальцами, и к потолку поднялся небольшой светящийся шарик. – Но здесь таких нужно около сотни, это большая люстра.

Эрмина рядом восхищённо вздохнула, глядя на сосредоточенного мальчика.

– Подправить дом – и будет само загораться, – проворчал Валентин. – Во всяком случае, раньше было так.

– Скажи-ка, друг мой полосатый, а какое-нибудь моющее средство здесь бывает? Кроме воды, мыла и золы? Кстати, ни одного камина с золой я пока не вижу. Может, в печке на кухне есть?

– Я даже и понять не могу, о чём вы, дорогая госпожа Маргарита, – пожал Валентин плечами. – Моют либо всем, чем вы сказали, как мыли вчера, или – если вдруг кто владеет бытовой магией, то можно очистить магической силой.

– Так? – Эрмина нахмурилась, взялась за одну из подвесок, подержалась немного, потёрла мутную поверхность…

И подвеска заискрилась в очень удачно заглянувшем в окно солнечном луче.

– Барышня Эрмина, вам же батюшка не велел так делать, – вздохнула Бабетта.

– Но батюшки здесь нет, – улыбнулась Эрмина, а в глазах у неё чёртики плясали. – Он сам велел мне отправляться сюда и делать всё то, что скажет госпожа Маргарита, а госпожа Маргарита просит помочь ей. И я буду помогать.

– Ты, что ль, тоже маг, как Филипп? – изумлённо выдохнула Рита.

– Да какой я маг, так, немного умею, что бабушка показала, – отмахнулась девочка.

– Старшая госпожа Руа – маг? Вот так новости! – Валентин тоже удивился. – И почему же она никак не проявляет свой дар?

– Считает излишним, – пожала плечами Эрмина.

– Скажи-ка, Валечка, а чистить магией, а не тряпкой – правилам не противоречит? – нахмурилась Рита.

– Нет, госпожа Маргарита, не противоречит. У вас есть силы – и вы их вкладываете. И это принимается с благодарностью, – поклонился кот.

– Вот и славно, – кивнула Рита. – Что ж, молодёжь, по коням!

Молодёжь воодушевилась, что можно магию, и через какой-нибудь час люстра сверкала, стёкла в окнах тоже, облупившуюся краску соскребли, а пол и стены помыли. Не как вчера, новое и красивое, но – и не такой кошмар, как был с утра. И ещё Филипп как-то умудрился сдуть с потолка и из углов всю паутину.

Правда, когда к обеду работа была в целом завершена, он тихонько спросил:

– Может я, того, пушку почищу? Или что-нибудь посторожу?

– От кого ты нас собираешься сторожить? – не поняла Рита.

– Ну… мало ли, – а сам переминается с ноги на ногу и поглядывает на девочек.

Девочки же что-то там гадали по бликам на подвесках люстры – «да» или «нет». Вышло «да».

– Будет надо сторожить – посторожишь. А пока пойдём дальше здешние богатства разбирать, – махнула рукой Рита. – А сейчас – вообще обедать!

На обед домик проявил инициативу и предложил фасолевый суп, жаркое и яблочный сок. Со свежим хлебом и зеленью. Съели с урчанием, и молодые, и всякие. А после обеда Рита попросила мужчин натаскать воды на третий этаж, а потом разобрать мебельный завал ещё в одной гостиной, и пока они это делали, отправилась вместе с девочками штурмовать следующее помещение.

Это оказалась гардеробная, битком набитая всякой старой одеждой.

– Какое старьё! – Бабетта громко чихнула от пыли.

О да, здесь висели в половине комнаты дамские наряды, а в половине – мужские. Века так восемнадцатого по меркам Риты, примерно середины. Живьём она такие платья видела от силы пару раз где-нибудь в столичных музеях, а самой ей выпадал разве что конец девятнадцатого века. И поэтому она вместе с девочками принялась упоённо перебирать доставшееся богатство.

Правда, сначала пришлось раскрыть большое окно – потому что от пыли реально было не продохнуть. Эрмина понемногу пыталась колдовать – со словами, что вообще почистить одежду от пыли несложно, но тут её столько много, что уже выходит сложно.

– Так, девы. Предлагаю следующее: мы сейчас это пересматриваем, убираем самую большую грязь и консервируем до лучших времён. А когда эти времена настанут – то вытаскиваем в погожий день во двор и там выколачиваем пыль, выводим моль и что тут ещё водится, – сказала Рита, разогнувшись от очередного ящика, в котором была аккуратно сложена обувь.

Надо отдать должное хозяевам этого великолепия – одежда хранилась неплохо. Отдельно обувь, отдельно бельё – сорочки там всякие, нижние юбки и подштанники. Чулки – однотонные и с вышивкой. Кружевные манишки, манжеты, воротники. Невероятной прелести вышитые носовые платки с кружевом – Рита расчувствовалась и выдала по платку обеим девочкам, и себе взяла, благо подходящих меток-букв хватало. И «М», и «Э», и «Б».

А платья… Эх, тут можно одеть целый костюмированный маскарад, или вот ещё исторический бал, таким увлекалась приятельница Марина. Красота, но, кажется, неприменимая.

– Девы, я верно понимаю, что сейчас такую одежду не носят?

– Верно, не носят, – замотала головой Бабетта. – У старой госпожи Амелии в гостиной висит портрет её бабушки в юности, и там точь-в-точь такое платье, только цвет другой, – она показала на нечто из персикового атласа, отделанное плетёным кружевом очень тонкой работы и лентами. – И ещё у неё причёска высокая – как водокачка, и в ней прямо тарелка с фруктами стоит! И декольте большое-большое, и ленточка на шее – чёрная, бархатная. И бантов на лифе – много-много! Нет, может быть, и красиво, конечно, здесь везде одной только дорогой ткани на очень много денег, и кружева, и шёлковых лент, да только никто же так не ходит!

– Ну, так как я хожу, здесь тоже никто не ходит, – усмехнулась Рита.

– А как вы – ещё хуже, правда, – закивала Бабетта, потом поняла, что сказала глупость, и пискнула: – Простите, пожалуйста, госпожа Маргарита. Я… я не хотела вас обидеть.

– Надеюсь, – усмехнулась Рита. – А из этого можно сшить одно платье по нынешней моде?

– Ой, – озадачилась Эрмина.

– Да вряд ли, – замотала головой Бабетта. – Сейчас только на одну юбку нужно ткани в три раза поболее!

– И где берут эту ткань на юбку?

– В лавке суконщика господина Адемара, а ему возят много откуда, и из Паризии, и из Льена, и ещё откуда-то, он говорил, но я позабыла.

– А вот здесь вполне подходящее для сорочек и нижних юбок полотно, – Эрмина открыла ещё один сундук, и там вправду лежали свёртки ткани – лён и батист. – Кружево, кстати, можно и спороть откуда-нибудь, дело нехитрое. Но сначала бы это всё проветрить, почистить и, может быть, даже постирать.

Звучало угрожающе, но где ж наша не пропадала?

– И кто же шьёт платья в вашем славном городе?

– Самая лучшая портниха – госпожа Аделин Мюссе, у неё всегда заказывает свои новые платья матушка, – сообщила Эрмина. – И ещё у неё целых шесть подручных девушек, которые сшивают всё то, что раскроит госпожа Мюссе. Есть ещё госпожа Фонтен, она попроще, но и берёт поменьше.

– Может, мне, того, попроще и поменьше? – тихо спросила Рита.

Денег-то нет!

– Вам нужно самое лучшее, – отрезала Эрмина. – Мы что-нибудь придумаем!

– Да что тут придумаешь-то, – вздохнула Рита. – И вообще – время позднее, пойдёмте-ка ужинать, а то скоро уже совсем стемнеет.

За ужином Рита поинтересовалась у кота:

– Скажи-ка, мил друг Валечка, а что у нас с деньгами? Если мне ехать в город, то нужно одеться. Если одеться – то нужна портниха, а ей нужно заплатить. И что делать?

– Какую портниху вы выбрали? – вкрадчиво спросил кот.

– Да мне без разницы пока, – пожала плечами Рита. – Вообще нужно пробовать обеих, но придётся с кого-то начинать. Наверное, с той, кто возьмёт поменьше. С госпожи как её там? Фонтен.

– Тогда я завтра привезу сюда госпожу Фонтен, и вы решите – что, как и за сколько. Вдруг… она захочет с вас совсем немного? – сощурился Валентин совсем по-кошачьи.

– Не верится что-то, – вздохнула Рита.

– Значит, разберёмся. Только завтра, хорошо?

Все согласились, что хорошо – потому что очень устали и хотели спать. Пожелали друг другу доброй ночи и разошлись.

15. Удивительная гостья

Наутро Рита, проснувшись, не обнаружила в ногах кота. Куда делся?

Ревизия комнат показала, что за ночь все достигнутые вчера результаты сохранились, более того – прихожая тоже похорошела и посвежела. Люстра сияла, облупившуюся краску сменила новая, потолок радовал свежей побелкой. Уф, ну, здесь прорвались, молодцы. Можно пойти наверх к себе, умыться и одеться.

Девочки за завтраком рассказали, что их комната за ночь тоже значительно улучшилась. Что ж, такими темпами не пройдёт и полгода, как весь домик похорошеет и распушится, прямо как кот.

К слову, о Валентине никто не знал, с утра его не видели ни Филипп, ни девочки.

Значит – за работу. Сегодня отправились в комнату Филиппа – как-то она выскользнула у Риты из поля зрения, вообще ещё вчера нужно было туда наведаться. Сам Филипп заикнулся было о том, что нашёл в первом этаже оружейную комнату, и её бы тоже разобрать, но Рита строго глянула на него:

– А кровать твою кто будет двигать, чтоб всю пыль из-под неё выгрести?