Салма Кальк – Музей магических артефактов (страница 18)

И Рита даже не сразу поняла, что гостья уже сменила тему и обращается непосредственно к ней.

– Госпожа Маргарита, прежде чем вы отправитесь заниматься делами дальше, я бы хотела снять с вас мерки.

– Хорошо, – кивнула Рита, – сейчас снимем. Валентин, Филипп, мы отправляемся готовить комнату для госпожи Анны. Там нужно снять всё, что поддаётся снятию, и выколотить пыль во дворе, и отодвинуть от стен всё, что можно, чтобы мы потом извели пыль и паутину ещё и из-под мебели. Девочки, ступайте и проследите. И принимайтесь за уборку, как только станет можно.

Когда все отправились выполнять порученное, госпожа Анна раскрыла свой сундук, достала оттуда сантиметровую ленту – или же не сантиметровую, а с каким-то другими делениями, неважно – лист бумаги и что-то вроде карандаша.

– Госпожа Маргарита, встаньте, пожалуйста, спокойно, чтобы я могла вас измерить.

А дальше Рите показалось, что лента сама обвивает её там, где нужно, где-то натягивается, где-то – наоборот, добавляет свободного облегания. Госпожа Анна только командовала и подправляла – тут чуть-чуть ближе к центру, тут у Риты одно плечо чуть ниже другого, тут согнуть руку в локте, тут сделать глубокий вдох. И записывала цифры.

Построение выкройки для Риты и дома-то было китайской грамотой, она умела только сшить по уже готовой, ну – или на кукол, там всё проще. Так и здесь – смотрела, изумлялась. Восхищалась.

– Так, дорогая. Три сорочки, корсет, три пары панталон, юбка, два лифа, шляпка. Кринолин добудем в мастерской Аделин, у неё должны быть. Втридорога, конечно, зато к сроку. Завтра же отправим Валентина в город, он справится.

– Но послушайте, это же куча работы и, соответственно, куча денег! Сколько я буду вам за всё должна и где мы возьмём кучу ткани на всё эти названные вами предметы?

– Возьмём, – кивнула старая дама, – не беспокойтесь. И об оплате моих услуг не беспокойтесь, она будет вам по силам.

– Нет уж, давайте начистоту, – покачала головой Рита. – Что вы хотите за свою работу?

– Два предмета из этого дома, – улыбнулась госпожа Фонтен.

16. Что-то отдать, что-то приобрести

Ну вот, начинается, подумала Рита. Одного пусти ремонт делать, и вроде это по правилам, вторую – чтоб, на первый взгляд, тоже пользу принесла, но оплату она хочет не деньгами, а как-то иначе… Почему-то Рите начали вспоминаться какие-то сказки, где ни в коем случае нельзя было соглашаться на условия волшебных существ. Есть их пищу, пить их питьё, ночевать под их крышей…

Но её-то притащили сюда, не спросясь, и ночь под крышей она провела, не приходя в сознание! И потом ела, пила, и всё другое делала, что надо. И что теперь?

Теперь надо смотреть проблеме в лицо. Или не проблеме. Рита не могла сказать толком ничего о ценностях этого дома – потому что шли только лишь четвёртые сутки её пребывания здесь. И она успела пересмотреть малую часть имеющихся в доме предметов. С одной стороны, что легко досталось, легко и отдать, но вдруг нельзя? Вдруг потом без этого будет сложно или невозможно? Вдруг какой-нибудь важный механизм разладится?

– Я вижу сомнения на вашем лице, дорогая моя. Скажите, что поможет их разрешить? – старая дама смотрела участливо. – Мы можем спросить Валентина.

– Да, пожалуйста, – Рита высунулась в коридор. – Валик! Иди сюда!

Топоток лапок, Валентин появляется в виде кота, но тут же становится человеком.

– Да, госпожа Маргарита, я слушаю вас.

– Госпожа Фонтен хочет за работу какие-то предметы из этого дома.

– Я предполагал такой вариант. Какие же?

– Да, госпожа Фонтен, какие же? – повторила за Валентином Рита.

– Веер королевы Аделаиды и ножницы матушки Элеоноры, – с поклоном сказала госпожа Фонтен.

– Что? – вытаращилась Рита.

Она-то знать не знала ни про какую королеву Аделаиду, и про матушку Элеонору тоже.

– Веер – я понимаю, – по-деловому кивнул Валентин. – Строго говоря, он никогда не принадлежал этому дому, он здесь только хранился. И раз вы, госпожа Анна, знаете о нём, то сможете и забрать. Если будет на то воля госпожи Маргариты. А про ножницы и я не знаю.

– Они… должны быть где-то здесь, – сказала госпожа Фонтен. – И если бы мы нашли их – то это бы изрядно облегчило мне работу.

– И как они выглядят, эти ваши ножницы? Размер, цвет? – хмуро поинтересовалась Рита.

Может быть, они ей и не нужны вовсе, эти ножницы, но попробуйте-ка убедите фондовика отдать что-нибудь, что он уже подгрёб себе своими загребущими ручками! Или хотя бы решил, что подгрёб.

– Золотые, не более ладони в длину, – ответила госпожа Фонтен.

Рита задумалась.

С одной стороны, ещё пять дней назад она и знать не знала об этом доме, а о ножницах услышала вообще вот только что. И почему же её скребёт ощущение неправильности происходящего?

– Понимаете, госпожа Фонтен, и ты, Валя, тоже. Мне сложно распоряжаться предметами, которые все считают моими, но я сама их и в руках-то не держала ни разу, – сказала она. – Мне никто не дал описи всего, что содержится в доме. Что это, для чего служит, когда бытовало, почему вышло из употребления. Как попало в дом, кому принадлежало. Возможно, имея все эти сведения, я бы смогла более правильно распорядиться всем тем, что оказалось в сфере моей ответственности. Но пока я главным образом мою и чищу, и моя главная мысль – что мою я недостаточно чисто и шевелюсь недостаточно быстро. И вот ещё один довод, подтверждающий то, что шевелюсь я недостаточно быстро, – по-хорошему, мне нужно знать больше обо всём том, что есть в доме. Потому что приходят люди, которые знают больше, и что-то хотят. Они хотят не просто так, а в уплату за большой объём работы для меня же, но – простите меня все, я совершенно не уверена в том, что оплата соответствует работе, и работа – оплате. Я не представляю, что это должны быть за предметы, ради обладания которыми я возьмусь шить кому-то кучу вещей. Или реставрировать, или ещё что-нибудь делать. Поэтому вам, госпожа Фонтен, придётся объяснить. И тебе, кошак драный, тоже придётся объяснить. Я уже встряла один раз с господином графом, больше не хочу.

– Я попытаюсь объяснить, госпожа Маргарита, – сказал кот.

А госпожа Фонтен всё это время внимательно слушала и очень серьёзно смотрела.

– Да уж, попытайся, – усмехнулась Рита.

– В доме… много разных вещей, – начал кот. – Есть просто вещи, а есть артефакты. Какие-то из них использовались по назначению, а какие-то – просто оказались в доме потому, что господин Гийом или кто-то ещё из хозяев собирал интересные вещицы.

– Коллекционеры хреновы, ага, – кивнула Рита. – Прошу прощения, Валичек, продолжай.

– Благодарю, – серьёзно кивнул кот. – И я думаю, что точное количество этих вещей не знает никто, и я тоже. И предназначение некоторых из них сейчас уже будет непросто установить. Госпожа Анна узнала о двух из них и желает получить их в награду за работу. Мне кажется, это хороший вариант, тем более что у нас с вами, госпожа Маргарита, недостаточно денег для оплаты её услуг, а её помощь нам нужна. Поэтому мне кажется, что два предмета из здешних запасов будут хорошим вариантом.

– Но даже ты сам не знаешь об одном из них ничего! Хреновый ты хранитель, Валечка.

– Получается, что да, – вздохнул он, да так горестно, что его тут же захотелось пожалеть.

– Госпожа Фонтен, что за ножницы вас интересуют? И откуда вы о них знаете? – строго спросила Рита.

Почтенная дама улыбнулась.

– Я давно живу на свете, дорогая, и очень давно интересуюсь разными магическими предметами, которые способны облегчить моё ремесло. У меня нет помощников, и если я буду шить каждый шов, как обычный человек, я буду работать во много раз медленнее, чем могла бы, и сошью намного меньше красивых вещей, чем хотела бы. Поэтому я нисколько не стесняюсь того, что приходится использовать магию. И артефакты мне в помощь, – коротко поклонилась она. – А о ножницах я прочитала уже довольно давно. Их изготовили более двухсот лет назад для настоятельницы обители святой Гертруды, что неподалёку от Безансона, той самой матушки Элеоноры, а изготовил могущественный маг и великий артефактор. Эти ножницы умеют сами резать по нарисованной линии, главное – правильно расположить ткань на столе. И они аккуратно вырежут деталь самой прихотливой формы.

– Неплохо, – согласилась Рита. – А для чего той матушке были эти ножницы?

– В обители издавна промышляли магическими искусствами, тамошние сёстры были большими мастерами в бытовой и ремесленной магии. И швей там тоже всегда хватало.

– А сейчас как? – нахмурилась Рита.

– Увы, обитель была разрушена в конце прошлого века, в годы революции, террора и последующей смуты. Тогда убивали не только дворян, но и магов тоже. Если их удавалось поймать, конечно же. К сожалению, некоторых – удавалось, а бедные сёстры обители и вовсе не сопротивлялись.

– Их что, просто убили, и всё? – не поверила Рита.

– Да, – коротко кивнула госпожа Фонтен. – Но хранимые в обители артефакты не достались безмозглым захватчикам, потому что на них были наложены охранные чары. И уже после, когда восстановилась законная власть, сундук был найден, и скрытно, как я понимаю, переправлен сюда. Ножницы должны быть здесь.

– Ладно, предположим, – кивнула Рита. – А что там с веером?

– Некромантская штучка, – замахал лапами кот. – Никогда не трогал, и вам, госпожа Маргарита, не советую. Всё равно ничего хорошего не выйдет.