Салини Голденберг – Последний охотник на демонов (страница 4)
– Моя лошадь сдохла, и я торчу в этой деревне уже который день. Все боятся ведьмы и отказываются мне помогать. А из-за моего… положения я не могу идти достаточно быстро. Иначе пошла бы.
– Какого такого положения?
– Вы что, не видите?
В ответ на его молчание, она, вздохнув, стянула с головы капюшон и сняла плащ. Ее взгляд поразил его – у нее были самые прекрасные карие глаза, какие он только видал в своей жизни; словно расплавленное золото, более чистое, чем он мог бы себе позволить. Словно блестящие каштаны в лесу после дождя. Более того, в ее взгляде сквозила сталь уверенности, к которой он мог лишь стремиться.
– Ох, дэвы, вы бе… эээ… – Он вовремя прикусил язык, не желая ляпнуть что-то не то на пьяную голову. Пусть Поцелуй Шивы залечил его раны, от похмелья он не спасал. – …брюнетка.
И действительно, у нее были темные прямые волосы, завязанные красной ленточкой. Выбившиеся прядки обрамляли ее спокойное лицо. Изогнув аккуратно ухоженную бровь, она уперла руки в боки.
– Попробуйте еще разок.
Она выпятила свой внушительных размеров живот, изогнув спину и выставив бедра вперед. Смотреть на что-либо, кроме ее глаз, казалось невежливым, но после того, как она указала головой вниз, молодой человек понял, в чем была проблема.
– Это ребенок, – указал он. – Там ребенок.
– Думаете вы примерно так же хорошо, как и защищаетесь.
– Эй. – Он поднял палец так быстро, что аж зашатался. – Если б я хотел, я мог бы завязать того урода узлом. Но я не хочу, чтобы у охотников на фи была дурная репутация. Люди и так к нам с недоверием относятся.
– Ну, как скажете. Так что, поможете мне или нет?
– Вы хотите повидать ведьму? – Экс прикусил губу, прикидывая, что могло пойти не так. – А вам можно ездить верхом в вашем… положении?
– Послушайте, совета я у вас не просила, – ответила она. – У меня есть деньги. Если вы не позволите мне с вами ехать, может, я смогу купить у вас лошадь?
Экс с тревогой глянул в сторону Корички и выпалил:
– Никогда! Никогда, клянусь.
А вот Бродяжка… эх, если бы ему не нужно было тащить кучу вещей…
– Простите, дамочка, но лошадей я не продаю.
– Думаете, что я не способна за себя постоять?
– Нет, нет, конечно же, можете, – ответил Экс, хотя было очевидно, что пьяный крестьянин по сравнению с самым слабым фи все равно что котенок без когтей. – Но вы беременны.
– И как это влияет?
– Запах нерожденного. Это настоящий деликатес для Ненасытных духов.
Аринья медленно втянула воздух носом, словно бы всеми силами пытаясь не отвесить ему оплеуху. Она вытянула из-под плаща небольшой кошель и швырнула его Эксу прямиком в руку. Судя по приятному звону и весу, этого было достаточно, чтобы заделать ту прореху в кармане, которую оставил конг кой.
– …ну, запрыгивайте.
– Отлично, – спокойно сказала она, как если бы он прошел какое-то испытание.
Экс занялся Коричкой, освобождая чуть больше места для сидения, для чего ему пришлось полностью взять себя в руки. Пусть он успел протрезветь, ловкость движения к нему пока не вернулась. Он помог Аринье забраться наверх, волнуясь, что из-за раздутого живота ее может повести набок. Она, что удивительно, сохраняла равновесие, и, кажется, помощь ей вовсе была не нужна – и лишь из вежливости оперлась на протянутую руку.
Пока он закреплял ее сумку у седла, чтобы поровнее распределить вес, она спросила:
– Это ваши ослики?
– Что? Нет! У меня еще одна лошадь.
– А где?
– Да… где-то тут.
По крайней мере, он на это надеялся. Экс подошел к деревьям, свистнул и подождал. Свистнул еще раз и подождал еще. Коричка, цокая копытами, подошла поближе, поскольку была верной кобылкой, хотя и откликнулась на призыв с некоторой снисходительностью.
– Просто надо немного подождать, – сказал он Аринье, радуясь, что сейчас было темно, иначе она увидела бы его смущение. Она лишь усмехнулась, но, к счастью, ничего не сказала.
Из кустов с треском вылетел Пес, проехав по грязи, прежде чем остановиться. Аринья в ужасе взвизгнула, как и любой другой адекватный человек. Он был наполовину волком, наполовину духом, в холке высотой в половину лошади и примерно в половину лошади весом.
Рыкнув, он мотнул головой, стряхивая с нее листья и распушая роскошную иссиня-черную гриву. Он зыркнул на Аринью своими кроваво-красными глазами – такими же, как у Экса, когда тот использовал свою магию.
Пес сел и наклонил голову набок.
– Эй, – сказал Экс. – Ты не видел Бродяжку? Можешь за ним сбегать?
Пес наклонил голову в другую сторону, затем фыркнул и притворился, что зевает. Бегать за кем-то было ниже его достоинства.
Прежде, чем Экс договорил, Пес сорвался с места и умчался в лес.
– Это ваша собака? – Аринья прикрывала свой живот руками, силясь его защитить. – Никогда не видела, чтобы кто-то приручал больших волков. Он же…
– Пожалуйста, не говорите так. При нем уж точно. Пес – не моя собака, и он не большой волк, да и к тому же совершенно точно не прирученный.
– Пес? Его так зовут?
– Это я его так зову. Он предпочитает оставаться безымянным.
– Если он не ваша собака, тогда почему он с вами?
– Пес… он дикий. Он делает то, что хочет. Мы путешествуем вместе только тогда, когда он этого хочет. Он очень жаден до крови фи. – Он всмотрелся в лесную тьму. – А я убиваю фи, так что он мне полезен. Мы сработались. Честно говоря, он куда надежнее любого человека, с которым я когда-либо работал.
Деревья снова зашатались, и в этот раз Эксу пришлось отпрыгнуть в сторону, чтобы Бродяжка не налетел на него всей своей черной тушей. Явно недовольный тем, что Пес пытался его куснуть за ляжку, Бродяжка метался и плевался. Фыркнув, он изобразил, что лишь сейчас углядел своего охотника, и снова фыркнул, когда тот подошел.
– Спасибо, – сказал Экс Псу, который даже не посмотрел на него, прежде чем снова скрыться в лесу. Насмешливо похлопав Бродяжку, Экс взобрался на коня. Бродяжка же взял и отступил на полшага назад, когда Экс перекидывал ногу через седло. В лучшем случае при таких трюках охотник падал, в худшем – с размаху садился промежностью на луку седла.
– Хватит выпендриваться, – прорычал Экс. – Клянусь моей могилой, я из тебя клей сварю.
Бродяжка лениво сморгнул, едва ли не ухмыляясь, – он знал, что это были пустые угрозы. Скорее всего, он не простил Экса за то, что он его охолостил. Экс на его месте тоже был бы недоволен.
– Ого, – протянула Аринья так, будто бы он ее впечатлил – или она сочла его идиотом. Возможно, и то и другое.
Закончив с подготовкой, Экс посмотрел во тьму леса, затем снова на новую спутницу, выискивая в ее лице хоть какой-то намек на сомнения. Она ответила совершенно спокойным взглядом, но на всякий случай он все же спросил еще раз:
– Вы уверены, что хотите отправиться со мной?
Она улыбнулась.
– Более чем.
– И это в час, когда все кошки серы, – хохотнув, он покачал головой и пожал плечами. – Как скажете, госпожа.
Он пришпорил Бродяжку чуть сильнее, чем надо, и животное в кои-то веки подчинилось, переходя на рысь.
– Пора наведаться к ведьме.
Глава третья. Страж
Пускай сейчас стояла засуха, Изумрудный лес Северного Сайорама был все таким же вечнозеленым. Он был не настолько сухим, как другие леса срединных земель, и не настолько густым, как лес на муссонных болотах. Экс и Аринья ехали под сенью величественных сосен и древних широколиственных деревьев, сквозь листву которых вилась паутина алого плюща. Бледные пушистые нити мха свисали с ветвей, по которым прыгали шипящие лемуры.
Экс и не знал толком, чем он думал, когда согласился сопровождать по лесу беременную женщину, но денег ему за это обещали много, а последние несколько месяцев он не особо много заработал. Фи редко покидали свои территории, но глупцами их трудно было назвать. На его башмаках все еще были следы крови конг коя, и он надеялся, что это отпугнет Ненасытных духов помельче.
Он убил конг коя, потому что тот жрал жителей деревни, а не за то, что тот просто существовал. Пытаться уничтожить всех фи – это как пытаться уничтожить муравейник, хватая каждое насекомое по отдельности палочками для еды.
Однако и симпатии к этим тварям охотники на фи не испытывали. Многие охотники постарше считали их чистым злом, а их уничтожение для них было благородной целью. Другие же видели в них вредителей, бесполезных существ навроде термитов или комаров. Вне зависимости от личного мнения, для всех охотников фи были добычей, части тела которой имели свою цену. Это был способ заработать. Охота на них была и профессией, и традицией в равной степени.
Экс прополоскал рот и сжевал палочку имбирной мяты, но кислый привкус вина все еще оставался на зубах. Он еще пожевал и предложил немного Аринье.
– Это что? – Она покрутила сладость в руке, будто бы та могла ее укусить.