Salina – Айрис. Пепел и бездна. Часть 3 (страница 2)

– Тише… не надо вставать. Ты в безопасности, – сказала она тихо.

– Кто ты?.. – Лейтарис вглядывался в её лицо, пытаясь понять, сон это или явь.

– Талория. – Она слегка улыбнулась. – А ты кто, чужак?

Он на мгновение замолчал. Губы сухие, мысль путается, но имя отозвалось из самой глубины.

– Лейтарис… Тальский. Король эльфов, – произнёс он медленно, словно сомневаясь в этих словах. – Я помню бой… Дарк'хары… потом чудовище… удар… боль… и… и всё. А потом я очнулся здесь.

– Ты в Бездне, – спокойно ответила Талория. – Это место – далеко не то, где ты раньше жил. И из него не так просто выбраться.

Он вскинул взгляд на неё.

– Бездна? Это… правда? Я жив?

– Жив. Хотя был на грани. Мы нашли тебя в лесу. Ты потерял много крови, – она кивнула на бок, где под чистой повязкой пульсировала боль. – Мы зашили рану. Придётся полежать. Повезло, что шип чудовища не задел лёгкое.

– Мы?.. – Лейтарис слабо поднял бровь. – Кто вы?

Талория обернулась и, словно в ответ, в проёме появилась фигура того самого мужчины, который спас его в лесу. За ним в полумраке маячили ещё силуэты.

– Нас пятеро, – сказала она. – Мы те, кто выжили. Те, кто оказалися здесь… по воле судьбы или по проклятию. Это убежище – наш дом. Мы прячемся от того, что живёт в этой земле. От того, что порабощает и разрушает.

– Значит… – Лейтарис опустил голову на подушку, – я действительно в Бездне. Тогда… Айрис… она…

В горле у него пересохло. Сердце заныло сильнее, чем рана.

Талория молчала. Она видела это в глазах многих. Надежду, сменяющуюся страхом. И всё же, в его взгляде была искра.

– Мы не знаем, кто ещё здесь, – сказала она мягко. – Но ты жив. А значит, возможно… кто-то ещё тоже.

Мужчина что спас Лейтариса вернулся с глубины убежища, неся в руках простую деревянную тарелку. От неё поднимался пар, распространявшийся по комнате лёгким ароматом грибов и трав.

– Давай-ка поешь, – сказала Талория мягко, присаживаясь рядом и протягивая Лейтарису тарелку. – Ты совсем ослаб. Без еды сил не прибавится.

Лейтарис взглянул на неё, затем опустил глаза на суп. Жидкость была мутноватой, густой – с кусочками грибов, корешков, что-то вроде мелкой крупы плавало у края. Он приподнялся, опершись на подушку, и с подозрением понюхал.

– Что это? – спросил он, не скрывая недоверия.

– Суп, – спокойно ответила Талория, словно уже привыкла к таким реакциям. – Грибной. Тут в лесу много грибов. Мы их собираем, сушим, жарим, варим.

Она поставила тарелку перед ним на низкий табурет.

– Иногда удаётся добыть лань или зайца, – добавила она, поправляя волосы за ухо.

Лейтарис вскинул на неё удивлённый взгляд. Он знал, что Бездна – это искажение мира, пустота, где, казалось бы, не должно быть ни жизни, ни лесов, ни дичи. Но здесь…

– Тут водятся животные? – медленно произнёс он.

– Водятся, – кивнула Талория. – Не так много, как наверху, но есть. Всё искажено, конечно. Некоторые звери… странные. Иные. Но если знать, где искать – можно выжить. Правда, охотиться приходится осторожно.

– Из-за Дарк'харов?

– Да, – мрачно подтвердила она. – Они бродят по лесу, чувствуют тепло, звук, иногда просто присутствие жизни. Иногда приходится замирать на месте по полчаса, лишь бы не привлечь внимание. Но мы справляемся.

Лейтарис опустил взгляд на тарелку. Суп выглядел… съедобным. Не то чтобы аппетитным, но запах был тёплым, земляным, родным в какой-то странной, глубинной манере. Он осторожно взял деревянную ложку и зачерпнул немного.

– Ты не первая, кто спасает меня, – пробормотал он, – но, пожалуй, первая, кто кормит чем-то, что пахнет как дом.

Талория чуть улыбнулась уголками губ.

– Привыкай, король. Здесь всё немного не так, как ты привык. Но если ты собрался выжить – ешь, отдыхай и слушай. Нам нужно будет поговорить. О тебе. О том, что ты видел. И о том, как ты оказался в Бездне.

Прошло уже десять дней с того момента, как незнакомец принёс Лейтариса в убежище. Всё это время Талория не отходила от него: меняла повязки, обрабатывала рану, кормила и разговаривала с ним, стараясь отвлечь от мрачных мыслей. Он постепенно приходил в себя – тело заживало, сознание прояснялось.

И вот сегодня, впервые за всё это время, он встал на ноги.

Осторожно, шатаясь, он прошёлся по комнате, отодвинул занавеску и вышел в тёмный коридор. Убежище оказалось просторнее, чем он ожидал: своды из камня, деревянные подпорки, грубые, но прочные двери. Стены были прохладны на ощупь, и он держался за них, медленно продвигаясь вперёд.

Из боковой комнаты вдруг вышла Талория, держа в руках тряпку и миску. Увидев Лейтариса, она остановилась как вкопанная.

– Вы уже встали?! – воскликнула она, приподняв брови. – Ну и зачем, скажите на милость? Столько дней труда на смарку… – проворчала она, но в голосе её сквозила скорее тревога, чем раздражение.

Лейтарис виновато улыбнулся.

– Ладно-ладно, не ругайся, моя спасительница. Мне действительно лучше. Просто… захотелось пройтись.

– Упрямец, – пробормотала она, развернулась и пошла обратно. – Тогда хотя бы зайди на кухню, сядь, раз уж всё равно на ногах.

Он послушно последовал за ней и вошёл в небольшое помещение, в котором стояла каменная печь. Из горшка на огне поднимался ароматный пар. Талория перемешивала содержимое длинной деревянной ложкой. Лейтарис сел на табурет с лёгким стоном, и в животе у него громко заурчало.

– Ты вовремя, – усмехнулась Талория. – Почти готово.

– Талория… – начал он, – как вы тут оказались? Откуда вы вообще?

Она сняла горшок с огня, достала две простые глиняные тарелки, разлила еду и поставила одну перед ним. Похлёбка была густой, с кусочками мяса, кореньев и грибов. Простая, но ароматная – и Лейтарису показалась самой вкусной пищей, что он когда-либо ел.

Талория молча села напротив и принялась есть. Некоторое время они ели молча, и только потом она заговорила, тихо, не отрывая взгляда от своей тарелки:

– Я уже и не помню, сколько времени здесь. В Бездне дни не отличишь от ночи. Всё одно… тьма и серость.

Она сделала паузу, потом продолжила:

– Я была дома, в южной долине, когда на наш город напали Дарк’хары. Они искали снежных эльфов. Мы пытались спрятаться, но они чувствуют магию, кровь… Они схватили меня и притащили сюда. Держали в подземельях замка.

Она подняла руку – на запястье поблёскивал тёмный браслет.

– Эти браслеты… они блокируют магию. На всех нас их надели. Я не могла даже искру вызвать.

– Значит… вы снежные эльфы? – удивился Лейтарис.

– Ага, – коротко ответила она. – Мне и ещё нескольким удалось сбежать. Сначала нас искали, но потом… бросили. Видимо, решили, что выбраться отсюда всё равно невозможно. А мы сделали это убежище. И теперь живём здесь, как можем.

– Вы не пытались найти выход?

– Мы пытались, – тихо ответила она, глядя в угол. – Но здесь всё… искажено. Вход есть, выхода – нет.

Некоторое время они молчали. Потом Талория вздохнула и улыбнулась уголком губ:

– Ну что ж, теперь, когда ты почти выздоровел, будешь помогать мужчинам с добычей еды. Ты же король – привык командовать, а теперь поработаешь.

Лейтарис усмехнулся.

– Давно мне не раздавали приказы с такой улыбкой.

– Сейчас возвращайся в постель, – сказала она, поднимаясь. – Хотя нет. Я тебя провожу. Всё равно без присмотра не оставлю, ещё упадёшь где-нибудь, и начнём всё сначала.

Она подала ему руку, и он, кряхтя, поднялся.

Так он понял: даже в Бездне можно встретить тепло, заботу и… новую надежду.

Прошло ещё несколько дней. Раны почти затянулись, и он чувствовал, как к нему возвращаются силы. Он не знал, что именно способствовало его выздоровлению – то ли его упорство и врождённое стремление не сдаваться, то ли забота Талории, которая без устали ухаживала за ним всё это время. Возможно, и то, и другое сыграло свою роль.

Проснувшись этим утром, он ощутил лишь слабую боль в боку – остаток былой схватки. Осмотрев комнату, Лейтарис заметил на стуле аккуратно сложенную форму. Ткань была выстирана, швы заштопаны заботливыми руками. Он взял одежду в руки, провёл по ткани пальцами, словно ощущая в них тепло её прикосновений.

– Талория… – прошептал он с лёгкой улыбкой на губах.

Он оделся и, покинув комнату, направился по тёмному коридору, ведущему к общему залу. Именно здесь, у большого стола, обычно собирались все обитатели убежища. Лейтарис уже знал некоторых из них – добрую и молчаливую Талорию, а также Тамисса, мужчину средних лет с твёрдым характером. Все они были снежными эльфами, чудом выжившими в этом забытом мире.