Salem – Фара (страница 6)

Лев взглянул на запертые ставни. "Двор… Там же бардак после грозы. Деревья повалены, ветки…"

Салем уже осматривал карабин Льва, проверяя, не забит ли ствол, чисто ли в патроннике. Действия были уверенными, машинальными. "Значит, расчистим. Машина во дворе – это дополнительная защита. И припасы должны быть под рукой, а не в железном ящике на дороге."

Лев щелкнул затвором, заряжая ружье. Звук прозвучал громко в тишине. "Понял. Как рассветет – действуем. Я с 'Вепряткой' прикрою, пока ты машину загоняешь. "

Салем твердо кивнул.

"Я готов. Рея – ждать." Собака послушно села, не сводя глаз с ворот. Лев осторожно отодвинул тяжелый засов и приоткрыл массивную деревянную дверь ровно настолько, чтобы выглянуть.

Салем оценил обстановку во дворе. "Как и думал… Поваленные ветки, часть забора обвалилась. Но проезд к воротам… вон там, между елями – более-менее свободен." Он указал. "Я пойду вперед, расчищу дорогу для машины. Ты – здесь, у двери, прикрываешь. Рея – охранять."

Лев кивнул, прицел его карабина скользил по заваленному ветками двору, замершим кустам сирени, темному проему ворот. "Валяй. Быстро и тихо."

Салем, согнувшись, выскользнул наружу. Холодный, сырой воздух обжег легкие. Он быстро добрался до "Паджеро", стоявшего у переднего крыльца. Открыл багажник – там, среди ящиков с припасами, лежал тяжелый монтажный лом. Захватив его, он двинулся к намеченному проходу. Работа была грязной и нервной: каждый хруст ветки под ногами, каждый скрежет лома о камень казался оглушительно громким в мертвой тишине. Рея тихо рычала у двери, ее взгляд метался по периметру. Лев стоял как скала, ружье наперевес, его глаза, привыкшие к лесным просторам, сканировали каждую тень, каждое движение ветки в странном, почти безветренном воздухе.

Через десять минут напряженной работы узкий, но проходимый коридор к воротам был расчищен. Салем вернулся к машине, завел ее (звук мотора резанул по тишине, как ножом). Медленно, буквально сантиметр за сантиметром, он провел "Паджеро" через двор, аккуратно объезжая крупные ветки, и поставил ее задним бампером к воротам, создавая дополнительный барьер. Заглушил двигатель. Тишина снова сомкнулась, еще более зловещей после рокота мотора.

"Готово. – Салем вылез из машины, кивнул Льву. – Теперь разгрузка. Всё под крышу."

Лев расслабил хватку на ружье, но не опустил его. "Пошли. Я прикрываю, ты заноси."

Работа закипела. Ящики с консервами, бутыли с водой, канистры с бензином (запасная), аптечка, патроны, инструменты, спальные мешки, "тревожная коробка" Салема – все переносилось внутрь кафе и складывалось в углу за стойкой, под пристальным взглядом Льва, который лишь на минуту отлучался, чтобы запереть заднюю дверь после последней ходки. Рея бегала вдоль забора, настороженно обнюхивая воздух, но, к их облегчению, не подавала тревожных сигналов.

Салем поставил последнюю канистру с водой, вытер пот со лба. Глядя на груду припасов, он пробормотал: "Теперь хоть осаду держать можно… какое-то время." Он потрогал ствол своего "Винтореза", испачканный грязью и хвоей. "Чистка. Пора заняться делом. А то заклинит в самый неподходящий момент." Он взял набор Льва, достав масло и ветошь.

Лев уже разбирал свой "Вепрь" на знакомом куске брезента. "Именно. Чистота, смазка, проверка. Потом завтрак. А потом… посмотрим, что этот день нам готовит." Он бросил взгляд на запертые ворота, за которыми лежал уже незнакомый, пугающий мир. Но теперь у них баррикада, полный комплект оружия под рукой, припасы внутри крепких стен и верный пес на страже. Это было немного. Но это была точка опоры. Первая линия обороны готова, – подумал он, методично проводя шомполом по каналу ствола. Теперь можно подумать о том, что делать дальше.

ГЛАВА 3. Первые шаги

Мир за окном погрузился не в благословенную тишину леса перед рассветом, а в гнетущую, абсолютную могильную тишину. Она высасывала звук из самого воздуха, давила на барабанные перепонки, заставляя кровь стучать в висках оглушительным метрономом собственной бренности. Салем стоял у узкой щели в ставне, впиваясь взглядом в серую муть за окном. Рассвет наступил, но не принес света. Небо было затянуто сплошной, непроглядной пеленой, похожей на грязную вату, превращавшей день в мертвенный, унылый полумрак. Ни птиц, ни ветра, ни шелеста листьев. Даже комары, вечные спутники этих мест, исчезли. Мир замер, и только их маленькая крепость – кафе «Фара» – пока еще держалась, урча неровным дыханием генератора в подвале.

За спиной раздался приглушенный скрежет металла. Лев, склонившись над своей «Вепряткой» на барной стойке, масленкой протирал затвор. Движения были точными, привычными, но взгляд, мельком брошенный в сторону ставней, выдавал внутреннюю бурю.

"Ну что, старик?" – голос Льва, обычно громовый, прозвучал сквозь зубы, пока он втирал масло в механизм. – "Как там наша новая родина? Уже расстелила коврик? Ждет не дождется гостей?"

Салем не сразу ответил. Его взгляд скользнул по двору, где вчерашний ливень и ветер намешали хаос из поваленных ветвей и грязи. «Паджеро», притулившийся задним бампером к воротам, казался одиноким металлическим островком в этом месиве. Затем он заметил кое-что еще.

"Посмотри…" – негромко позвал Салем, не отрываясь от щели и указывая пальцем в сторону оврага за старым дубом. – "Туман. Не такой."

Лев отложил ружье, масленка глухо стукнула о дерево. Он подошел к другой щели, прильнул к холодному дереву.

"Черт…" – прошипел он. Туман стелился по дну оврага плотными, почти сизыми клубами, словно жидкий азот вылился вниз. И он не рассеивался. Напротив, казалось, сжимался, уплотнялся. На ближайших к нему травинках и низких ветках кустарника уже поблескивало что-то странное. Они ловили скудный свет и отбрасывали крошечные, острые тени. – "Что за напасть? От взрыва? Или радиация?"

"Не знаю," – честно ответил Салем, чувствуя, как сердце сжимается от ледяного предчувствия. Это было неправильно. Неприродно. Как и эта тишина. Как и небо. – "Но смотри, не везде. Только там, в низине, где влага. И туман этот странный только над оврагом и чуть вокруг."

У ног Салема Рея вдруг замерла. Уши встали торчком. Низкое, тревожное рычание вырвалось из ее глотки. Она не смотрела на овраг. Голова ее была повернута в сторону дороги, в серую мглу, нависшую над трассой. Шерсть на загривке медленно встала дыбом.

"Тихо, девочка," – Салем присел, положил руку ей на спину. Тело собаки напряглось как струна, под шерстью дрожь. – "Что там?"

Рычание усилилось, перешло в короткий, отрывистый, предупреждающий лай. Глаза Реи были широко открыты, полные животного страха, устремлены в одну точку в серой дымке за воротами.

"Лев," – Салем резко обернулся, рука инстинктивно потянулась к «Винторезу», прислоненному рядом. – "Что-то есть. Рея заерзала. Там."

Лев мгновенно схватил «Вепрятку», снял с предохранителя. Громкий щелчок гулко прокатился по гнетущей тишине кафе.

"Где?" – Он прильнул к своей щели, вглядываясь, щурясь. – "Ни хрена не видно! Сплошная пелена…"

Внезапно Рея взвизгнула и отпрыгнула от двери, шерсть дыбом, оскалив зубы на пустоту за окном. В тот же миг Салем почувствовал вибрацию – не гул, не звук, а чисто физическое ощущение мелкой дрожи под ногами, как от проезжающего вдалеке тяжелого грузовика. Но дорога была пуста. Дрожь шла из земли. И она нарастала.

"Земля…" – начал он, но не успел договорить.

Со стороны дороги, из серой пелены, донесся звук. Не крик, не вой. Это был… хруст. Громкий, отчетливый, влажный, как будто кто-то гигантский наступил на сухую ветку размером с дерево. Потом – глухой, сокрушающий удар, словно упало что-то тяжелое, очень тяжелое. И снова тишина, еще более зловещая после этого краткого, леденящего душу нарушения.

Лев медленно перевел дух, оторвавшись от щели. Лицо его было бледным под рыжей щетиной.

"Что это было, Салем?" – спросил он шепотом, в котором дрожал незнакомый страх. – "Что за херня там творится?"

Салем молчал. Его взгляд метнулся от странного кристаллического тумана в овраге к дороге, откуда донесся этот кошмарный хруст. Ощущение было таким, будто знакомый лес, его надежное убежище, вдруг превратился в гигантскую, незнакомую ловушку. Каждый уголок, каждая тень таили теперь неведомую, непонятную угрозу. И самое страшное было в этой непонятности. Они не знали правил, по которым «играет» новый мир.

Рея скулила, прижимаясь к его ноге. Дрожь земли стихла так же внезапно, как и началась. Но ощущение надвигающейся беды, как тот сизый туман, лишь сгущалось, заполняя двор и подбираясь к самым стенам «Фары».

Леденящий хруст за воротами повис в мертвой тишине, словно последний аккорд апокалиптической симфонии. Рея затихла, прижавшись к ноге Салема, но ее шерсть все еще стояла дыбом, а глаза лихорадочно метались, сканируя серую мглу за ставнями.

Лев сплюнул на пол, но рука, сжимавшая приклад «Вепрятки», была белой от напряжения, пальцы впились в дерево.

"На разведку?" – Он бросил взгляд на Салема. – "Сейчас? Прямо туда, откуда этот… хруст?"

Салем резко покачал головой, отшагнув от окна. Адреналин бил в виски, зовя к действию, но холодный рассудок пересиливал.

"Нет. Абсолютно нет. Самоубийство чистой воды," – он провел ладонью по лицу, ощущая наждачную бумагу усталости под пальцами. – "Мы слепые, глухие и валимся с ног. Сначала – крепость. Потом – разведка. При свете дня. Если он вообще будет." – Он кивнул на потолок. – "Помнишь, ставни на втором этаже… кое-где ветром расшатало. Работы – выше крыши."