Сабина Реймс – Научи меня (страница 16)

Ее ресницы трепещут, волосы растрепались, лицо красное, дыхание учащенное. Черт возьми, она действительно возбудилась.

Элли открывает глаза, заставляя меня проводить взглядом одинокую слезу, скатывающуюся по ее щеке к подбородку.

Какого черта я чувствую давящую вину в груди? В конце концов я хотел причинить ей боль, наказать. Показать, что будет, если она снова решит поцеловать меня. Но все же… Её хладнокровие, которое она ежедневно всем показывает трещит по швам, и я последний человек, кто должен быть рядом с ней в эту минуту.

Мне хочется уйти, не иметь с этим дело, но я не могу. Доминант внутри меня чувствует ответственность. После каждой сессии я нахожусь рядом со своими нижними, но не стоит забывать, что Элли не одна из них и никогда не будет.

И все же то, что сейчас произошло очень близко к тому, что происходит в Миносе.

Элли поворачивает голову, и мы встречаемся взглядами. Забудьте про чувство вины, она чертовски сильно возбуждена. Я видел достаточно женщин, чтобы определить это по глазам: веки прикрыты, зрачки расширены так, что даже цвет кольца не видно. Я знаю, что они голубые, темнее чем мои и гораздо глубже, будто скрывают историю, которая не закончилась счастливым концом.

Создается ощущение, будто я смотрю на незнакомого человека. Кто эта девушка в моих руках? Это не та Элеонора Глория Вандер Хейз, что носит свои лживые маски, скармливая фальшивые улыбки окружающим. Уверен, что стал одним из немногих, кому удалось увидеть её настоящую. Испуганную, возбужденную, живую.

Подарок ли это для меня или страшное наказание?

Хочется протянуть руку и вытащить из её глаз правду. Темноту, которую она прячет за лазурным цветом. Даже если в процессе это меня погубит.

Элли прижимается задницей к моим шортам, подтверждая мои догадки. Она жадно облизывает губы, будто хочет попросить о большем, но слишком горда для этого. Я не могу оторвать от неё взгляда. Что за хуйня творится?

– Маленькая принцесса настолько порочна, что получила удовольствие от наказания? – Она пытается покачать головой, возразить, но я крепче сжимаю ее волосы. – Не лги мне, я чувствую запах твоего возбуждения. Оно пропитало этот гребанный воздух.

Не осознавая, что делаю, я опускаю руку и прохожусь по ткани её трусиков между ног.

– Когда ты так намокла? – Шепчу ей в ухо, касаясь мочки губами. – Это было до или после того, как я отшлепал твою маленькую королевскую попку? Или может во время? Тебя возбуждает мысль о том, чтобы подчиниться мне? Ты бы хотела, чтобы мой член разорвал твою киску, пока ты не подавишься моим именем с громким криком?

Её глаза расширяются от шока. Я получаю удовольствие от этого, но все не так просто. Элли поражена, молчит, но её попка продолжает тереться о мой член.

– Сейчас, принцесса, тебе придется поумолять меня. Иначе… Я оставлю тебя в таком положении.

Она расслабляется в моих руках, позволяя проникнуть пальцами под ткань трусиков.

Она тяжело сглатывает. – Ублюдок.

Я тихонько смеюсь, касаясь носом ее волос. Аромат вишни заставляет глаза закрыться и принюхаться сильнее. Пиздец.

– У тебя очень грязный рот для принцессы.

Пальцами я раздвигаю ее половые губы и легонько скольжу по клитору. Это немного, но достаточно для того, чтобы показать, что она может получить.

– Боже. – Шепчет она. – Пожалуйста.

– Извини, я не понимаю. Что «пожалуйста»? Скажи все предложение.

Еще одно движение по клитору. Еще один вырванный стон.

– Пожалуйста, дай мне кончить…

Победа. Вишневая на вкус, поразительная победа.

Два моих пальца проникают в её тугую дырочку. Она вздрагивает, будто собирается сбежать, но я прижимаю её сильнее к своему телу. Элеонора стонет, её рука крепко сжимает мою футболку на поясе.

– Руки вниз. – Приказываю я, и она, как хорошая девочка, слушается.

Мой большой палец дразнит её клитор, а средний и указательный погружаются внутрь. Принцесса дрожит в моих руках, неосознанно двигая бедрами на встречу моим действиям.

Ненавижу это признавать, но я правда хорош в этом. Ни одна женщина не уходила от меня неудовлетворенной и именно поэтому они мне и платят. Космические суммы лишь потому, что их мужья не знают где находится клитор.

Стоны в маленьком помещении становятся громче, тело Элли трясется, сжимая мои пальцы тугими стенками. Я, блядь, надеюсь, что Коллинз не решит зайти в эту минуту. И я мог бы дать то, о чем она меня так просит, но не буду.

Полностью убрав от нее руки, я делаю шаг в сторону. Элли почти падает, но успевает схватиться за стеллаж.

– Что? Нет! Пожалуйста!

– Прости, принцесса, я же говорил, что это наказание.

Элли опускается на колени, выглядя слишком разбитой для той, кого я так часто вижу с гордым, вздернутым носом и острым языком.

Этот вид вызывает, что-то неприятное в животе, но и мне не просто. Потребовалось тонна самообладания, чтобы не трахнуть её, но я не сделаю этого. Никогда. Хотя уверен, что она позволила бы мне.

Элли не смотрит на меня, но я вижу, как её плечи тихо подрагивают. Это не Минос, мне не нужно проявлять заботу, чтобы она вернулась. Все как раз наоборот.

– Надеюсь ты усвоила урок. – Говорю я, засунув руки в карманы и захлопывая за собой дверь.

***

Вылетев из подсобки, первое, что меня встречает – это обеспокоенное лицо Коллинза. Проигнорировав его немой вопрос «Какого черта случилось?», я вылетаю из кафе, открываю машину и забираюсь внутрь.

Мой разум затуманен, голову стреляет, а конечности гудят от ярого напряжения. Член такой твердый, что мне кажется одно неверное движение, и он лопнет.

Мне нужно успокоиться. Прийти в себя и вернуть контроль.

Но, как черт возьми, я могу это сделать, если единственное, о чем я могу думать, это как я кончаю на алые губы Элеоноры Вандер Хейз, размазав всю сперму по ее высокомерному лицу.

– Черт возьми. – Шепчу я, поправляя стояк в шортах и выбрасывая яркие картинки из головы.

Ладно, это не обязательно должна быть Элли, любая девушка подойдет.

Не дав себе возможность передумать, я достаю телефон и открываю список контактов.

Мередит Вонс – жена главного врача в местной больнице. Ей около сорока пяти, но благодаря волшебным рукам ее хирурга, выглядит она отлично. Самое важное, Мередит не задает лишних вопросов. То, что мне сейчас нужно.

Два гудка и она отвечает на звонок.

– Кириан, дорогой, здравствуй. Чем обязана такому вниманию?

– Ты свободна в ближайший час? – Быстро спрашиваю я.

– Да, Бредли на работе, я собиралась в бассейн.

– Я приеду.

В ответ тишина. Я даже начал думать кто будет следующей, кому я позвоню, но Мередит быстро опомнилась.

– О, конечно. Я могу поехать позже. Ты знаешь, для тебя я всегда свободна. – Произносит она более низким голосом, чем минуту назад.

Я не трачу времени, скидываю звонок и завожу двигатель. В этот момент мой телефон вибрирует, я быстро бросаю взгляд на экран.

Мама.

Она умеет выбрать момент.

Моя мама – одна из причин, которая заставляет меня продолжать делать то, что я делаю. Да, я иду убогим и грязным путём, но деньги не пахнут. И она никогда не узнает, как именно я зарабатываю, чтобы дать ей то, что она заслуживает.

Реальность такова, что я – ошибка, которая привела ее к жизни бедной матери-одиночки. Когда мама сбежала в Америку, родители отвернулись от нее, поэтому, оставшись одна в чужой стране с маленьким ребенком, единственное, что она делала – это отчаянно желала дать мне все лучшее, полностью позабыв о себе. Она никогда не говорила, но моё появление разрушило её жизнь.

***

Спустя двадцать минут я стою перед многоэтажным домом в центре Сан-Диего. Уверен, что чудесный врач и семьянин – Бредли Вон, та еще коррупционная сучка. Иначе, как он смог купить квартиру в таком месте?

Я натягиваю кепку на лоб, прикрыв глаза и прохожу мимо консьержа. Поднимаюсь на нужный этаж и подхожу к двери. Три четких стука в дверь и передо мной появляется симпатичное личико Мередит.

На ней красный шелковый пеньюар и маленькие кружевные трусики, не скрывающие ничего, чего бы я, конечно, там уже не видел.

Я делаю шаг в квартиру и захлопываю за собой дверь. Глаза Мередит загораются, когда я снимаю кепку и провожу рукой по волосам.

– На колени. – Говорю я, глядя ей в глаза.

Мередит из тех женщин, которым не нужно повторять дважды. Возможно, именно поэтому я и позвонил ей первой.