Сабина Реймс – Научи меня (страница 15)
Элли смотрит на меня снизу вверх несколько секунд, прежде чем подняться. Во мне бурлит огненная энергия, а руки жжет от желания наказать её. Если она думала, что я уже показал свою худшую сторону, то глубоко ошибается.
– Ты действительно облажалась, принцесса. – Я толкаю её к стеллажам с салфетками, трубочками и другой ерундой. – Я говорил тебе держаться от меня подальше, но ты ослушалась и поцеловала меня. Тебе повезло, что я не отымел тебя вчера прямо в беседке, как грязную шлюху.
– Ч-что? Как ты смеешь…
– Я сказал заткнись! – Повысив голос, говорю я.
Не думал, что это возможно, но Элеонора выглядит еще более напуганной, чем секунду назад. Я так же не думал, что мне это так понравится.
На моем лице появляется одержимая улыбка, я делаю шаг ближе.
– Запомни, принцесса, я не целуюсь. Ни с кем. Никогда. – На этот раз мой голос пугающе низкий, я не понимаю, как до сих пор контролирую себя. Даже серфинг не помог успокоиться
– Ты сам знаешь, что являешься последним человеком, которого я хотела бы поцеловать. Это все из-за травки. – Шепчет она, храбро задрав подбородок. – Ты спровоцировал меня и мог отстраниться, но не сделал этого. Не смей винить меня в своей слабости.
Моей слабости? Какого хуя?
Мускул на моей челюсти дёргается, а руки сжимаются в кулаки. Чувствую себя гребанным чайником, который свистит и вот-вот лопнет.
– Ты права. – Её идеальная, маленькая бровь поднимается. – Я действительно последний человек, которого ты должна была целовать и, на всякий случай, мы закрепим этот маленький урок.
Делаю еще шаг, ей ничего не остаётся, кроме как прижаться спиной к стеллажу. Судя по тому, как быстро поднимается и опускается ее грудь под огромным лонгсливом, Элли чертовски напугана, хоть и пытается скрыть это.
– Итак, что тебе никогда больше не следует делать?
Её рот открывается, но не издает ни звука. Глаза бегают по моему лицу и тому, что находится за моей спиной, видимо ища пути отхода. Но выход здесь только один и она очень скоро об этом узнает.
– Отвечай, блядь, на вопрос!
Девушка вздрагивает, дав мне возможность насладиться редким моментом, когда я говорю, а она молчит. Но сейчас мне нужно не это, мне нужны ответы. Элеонора Глория Вандер Хейз должна усвоить этот урок на отлично.
– Никогда не целовать тебя.
Слова едва срываются с алых губ, как я разворачиваю ее к себе спиной и прижимаю лицом к мешку с сахаром. Она вскрикивает, пытается вырваться, но я хватаю её за волосы, собранные в пучок, заставляя замереть. Тяну назад за бёдра и ставлю в положение, которое позволяет мне удобно задрать длинную юбку и оголить задницу, обтянутую кружевными белыми трусиками.
Мне приходится несколько раз моргнуть, когда я вижу то, что она скрывает от всего мира под мешковатой одеждой. Я не часто размышлял об этом, но вчера, увидев её стройную фигуру в откровенно-сексуальном платье, сразу задумался. Очевидно, что она специально принарядилась для вечера, но похоже даже в обычные дни принцесса остаётся принцессой до мозга и костей, но тщательно это скрывает.
Моя ладонь уверенно проходится по ее ягодицам, не допуская сопротивления.
Как вы знаете, моя работа подразумевает под собой очень частый стояк, но со временем он перестал подниматься по щелчку пальцев. Даже моему безмозглому члену надоели киски, про себя я даже говорить ничего не стану. Но это вид…
Идеально белая, без единого изъяна, шелковистая кожа, обтянутая дорогими кружевными трусиками. Безумное желание запятнать ее, окрасить в красный заставляет член в шортах набухнуть, словно он видит женскую задницу впервые.
– Тебе стоит запомнить этот урок, принцесса. В следующий раз, я не буду так великодушен.
Она пытается взглянуть на меня через плечо, но я сильнее сжимаю её волосы, точно дав понять, кто контролирует ситуацию.
– Удивлена, что в твоем лексиконе вообще есть слово «великодушие». – Шепчет она, заставляя меня усмехнуться.
– В моем лексиконе есть еще много слово. Как тебе такое: дисциплина. Знаешь, что это? – Ладонь блуждает по ее заднице, немного сжимая. Элли должна расслабиться, прежде чем мы начнем. – Не отвечай, уверен, ты в курсе. Твоя мать заставляла тебя ходить по струнке, не так ли? Наверняка это твое любимое слово.
– Ненавижу тебя.
Я смеюсь. Эти слова, сказанные её горячим акцентом больше похожи на комплимент.
– Думаю ты немного расслабилась, находясь так долго в Америке. Для меня будет честью напомнить твой заднице, что такое дисциплина. – Я делаю шаг назад, чтобы получше рассмотреть вид, но продолжаю держать её голову прижатой к сахару. – Громко считай до десяти или мы начнём сначала.
Я не даю ей возможности обдумать мои слова или сказать, что-нибудь в ответ. Громкий шлепок раздается в небольшом подсобном помещении, заставляя рот Элли открыться в тихом вздохе, сдерживая крик. Хорошая девочка.
Замахиваюсь сильнее, потому что глубоко внутри хочу услышать её голос. Её мольбу.
– Я не слышу, как ты считаешь. Начнём сначала.
Шлепок.
– Один. – Слегка стонет она.
Мне этого недостаточно, поэтому в свой следующий удар я вкладываю больше кипящей энергии.
– Два.
На самом деле это пытка не только для нее, но и для меня. Я бы хотел сорвать с Элли трусики и трахнуть так, чтобы она забыла свое имя.
Шлепок.
Она ударяется грудью о стеллаж, костяшки её пальцев побелели от сильного сжатия.
– Три.
Шлепок.
В воздухе густым дымом распространяется разврат и похоть. Я никогда не хотел, чтобы наши отношения с сестрой Хантера дошли до такого, но сделанного не вернуть.
– Четыре.
Шлепок.
Её тело дрожит, заставляя меня снова вернуться во вчерашний вечер.
Когда я едва коснулся её губ, чтобы выдохнуть дым – это не было сделано специально. То есть, я не думал о последствиях. Раньше мы с Талией часто так делали, но это было лишь забавой. С Элеонорой все тоже начиналось довольно невинно, мне просто было интересно, как она отреагирует. Но я никак не ожидал, что захочу большего. Даже не представлял, что её тело будет так охрененно ощущаться под моими губами.
Может, наша принцесса не такая уж и ханжа? Может, именно поэтому я не оттолкнул её сразу?
– Пять.
Шлепок.
Моя ладонь опускается на её кожу с бо́льшей безжалостностью. Я виню ее за то, что она заставляет меня так много размышлять.
– Шесть.
– С этого момента ты будешь думать, прежде чем подойти ко мне. Я уже говорил, но повторю еще раз. Последний. Держись от меня подальше.
Шлепок.
Наконец Элли не сдерживается и кричит.
– Мои слова нельзя игнорировать, иначе то, что происходит сейчас покажется тебе сказкой.
Шлепок.
Снова крик, смешанный со стоном.
– Ты больше не будешь дерзить и смотреть на меня своим высокомерным взглядом.
Шлепок.
Больше не крик. Стон. Полный похоти, эротичный стон.
– Будешь слушаться и выполнять все мои гребаные приказы.
Последний шлепок.
Я не даю ей шанса прийти в себя, хватаю за волосы и заставив выпрямиться, прижимаю к себе с такой силой, что ее затылок бьется о мою грудь.
– Семь, восемь, девять, десять… – Шепчет Элли, закрыв глаза.
Наши лица так близко друг к другу, что я могу увидеть маленькие капли пота на ее висках. Но не это приковывает моё внимание.