Сабина Реймс – Научи меня (страница 18)

– Сэр. – Её голос очень тихий. Почти шепот, но он очень интересный.

Я не видел её глаз, да и лица в целом, обычно мне это не нужно. У меня свои методы, которые работают для обеих сторон. Но с Мадлен мне стало любопытно. По голосу казалось, что она не местная. Каким было её лицо? Были ли ее глаза карими, а под губой виднелась маленькая родинка?

– Сегодня я приготовил для тебя кое-что особенное. Ты хочешь узнать, что это?

Её плечи подрагивают, и она кивает.

– Голос Мадлен. Используй его.

Я подхожу к комоду и достаю флоггер.

– Да, сэр. Я хочу

Встав у неё за спиной, я перекидываю длинные волосы через плечо на грудь. Аромат её волос заставляет меня напрячься, напоминая ту, которой нет места в моей голове.

На секунду прикрыв глаза, я фокусируюсь на девушке передо мной.

Провожу кожаными хвостами флоггера по её шее, позвоночнику и пояснице. Её спина идеально прямая, будто она балерина или модель.

– Твой список гласит, что ты готова почти на все, но ты знаешь, как ты относишься к боли?

– Я… Я думаю, мне нравится это, сэр.

Я рад, что она не видит меня, потому что не могу скрыть улыбку. Мне нравится причинять боль, но только ту, которая после приносит за собой наслаждение. Посмотрим, насколько мы совместимы.

Я снова подхожу к комоду, достаю маленький вибратор размером с мизинец и пульт.

– Наклонись вперед и обопрись на локти.

Она медлит, видимо боится, но в итоге делает, как я говорю. Бедра, прикрыты полупрозрачной тканью, выглядя очень привлекательно.

– Сегодня я хочу, чтобы ты поумоляла меня, Мадлен. – Говорю я, проводя флогерром по ее вздернутой попке. – Хочу услышать, как жалобно ты стонешь и просишь позволения кончить, когда твоя задница пылает, а накатывающий оргазм сводит с ума. – Опустившись на колени, позади нее, медленно задираю прозрачную ткань. – Как думаешь, ты справишься с этим?

– Сэр… – Шепчет она. – Я…

Мадлен пытается отстраниться, но я успеваю заметить красные отпечатки ладоней на ее заднице. Я не сразу понимаю, что этот вид мне знаком. Более того…

Блядь! Нет! Не может быть!

Мне словно дают пощечину, я отползаю от неё, как от зараженной.

Твою мать!

– Какого хуя?!

Глава 8

ЭЛЕОНОРА

Утро я встретила с раскалывающейся головой, опухшим лицом, спутанными волосами и прилипшим к небу языком. Я уснула, даже не потрудившись смыть макияж, поэтому увидев в зеркале кого-то чуть милее, чем Мэрилин Мэнсон в лучшее годы – меня начало мутить.

Была бы здесь мама, она непременно вылила бы на меня тонну оскорблений и перед тем, как выйти и захлопнуть за собой дверь, сказала бы что я позорище наше семьи.

К счастью, мамы здесь не было.

Пока я пыталась привести себя в порядок, чтобы отправиться на работу, то неосознанно вспоминала вчерашний вечер. Потрясение, которое вызвал Алекс, приехав на вечер с девушкой уже не казалось таким масштабным, после того, что случилось в беседке.

До сих пор не понимаю, как я могла поцеловать Кирина Нильсена? О чем думала? Мало того, что я ненавижу его, он даже не в моем вкусе. Я люблю воспитанных, ухоженных мужчин вроде Александра.

И вообще, если бы не Селена, ничего бы не произошло. Я бы и не подумала покинуть банкетный зал и точно не оказалась бы наедине с этим негодяем.

Но все же, несмотря на то, как повел себя Кириан, в конце концов он все равно отвез меня домой. Мы не говорили, напряжение, между нами, можно было потрогать кончиками пальцев и уколоться. Когда машина остановилась, я выбежала в одной туфле, желая, чтобы этот день наконец закончился. Хотелось верить, что это был сон. Кошмар.

Увы, нет.

Собравшись, я бросила быстрый взгляд на настенные часы в гостиной. Мне нужно было бежать на смену, поэтому времени на самобичевание особо не было, но меня очень беспокоила возможная встреча с так называемым боссом.

Утешал тот факт, что Кириан редко заглядывает в кафе, а по выходным я его вообще никогда не видела. Возможно, этот день станет чуточку лучше, если я отвлекусь от мыслей, заняв себя работой, а вечером и вовсе забуду о случившемся.

Стоило мне открыть дверь и сделать шаг за порог квартиры, как я замечаю маленький белый конверт на коврике. Посмотрев по сторонам и убедившись, что рядом никого нет, я медленно опустилась на корточки и взяла конверт в руки. Осмотрев его со всех сторон, но не увидев ничего, что напоминало бы марку или имя отправителя, я вскрываю запечатанную бумагу.

Внутри лежит небольшой листочек с напечатанным на компьютере текстом.

Как быстро сильнейшие становятся падшими.

Мои ладони потеют, когда я раз за разом читаю одно единственное предложение, пытаясь найти в нем смысл. Волнение накатывает, я прижимаюсь спиной к дверному косяку, еще раз проверяя лестничную площадку. Никого.

Может это чья-то глупая шутка?

В этом городе меня мало кто знает – это либо очень близкие люди, которым незачем делать подобное, либо просто знакомые, которые не могут знать где я живу.

Может это Кириан? Мог ли он таким образом провести аналогию между моим прошлым и тем, как унизительно я себя повела в беседке? Вчера он молча оттолкнул меня, но что, если сегодня он проснулся и решил, что этого недостаточно?

Кириан может быть главным подозреваемым, но в моей голове это все равно не укладывается. Я знаю его не так хорошо, но уверена, что он не из тех людей, кто будет заморачиваться с печатным текстом и конвертом.

Если ему есть что сказать, он не станет писать письма, Кириан четко и ясно донесет то, что думает, глядя мне в глаза. После этого останется наблюдать, как я злюсь и краснею от стыда.

Но если не он, то кто?

Оставив эти мысли на потом, я убираю конверт в сумку и закрываю дверь на несколько замков.

***

В отличии от меня Коллинз этим утром в слишком приподнятом настроении. Он широко улыбается, когда я вхожу в кафе и предлагает налить мой любимый ванильный мокко.

Выпить кофе было бы неплохой идеей, но это значит остаться на баре и вести диалог, чего я сейчас совершенно не хочу. Отказавшись, я сообщаю парню, что иду в подсобку сортировать приборы. А еще прятаться и думать.

На какое-то время мне удаётся отвлечься, но, как только дверь за моей спиной захлопывается и я встречаюсь с разъяренным взглядом Кириана, то понимаю, что этот день может стать даже хуже предыдущего.

Он заставил меня встать, прижал к стеллажу и отшлепал. Хуже этого, могло быть только то, что следом я позволила ему, войти в меня пальцами. Но главная катастрофа заключалась в том, что я позволила ему сделать все эти вещи и даже наслаждалась.

Закончив с угрозами и удостоверившись в победе, Кириан просто оставил меня в подсобке. Злую и неудовлетворенную.

Я проплакала сидя на полу около двадцати минут. Потом взяла себя в руки и закончила то, зачем сюда пришла.

Чудо, что мне удалось доработать этот день без несчастных случаев. Я не могла ни на чём сосредоточиться, кроме пульсирующей боли на ягодицах, неприятной влажности между ног и острой боли в груди.

Наверное, со мной, что-то не так, потому что весь день я не могла перестать думать о случившемся. Моё сердце судорожно стучало, а мысли заполнялись всевозможными унизительными, но эротичными образами: руки на моих бедрах, губы, едва касающиеся моей шеи, волосы, намотанные на его кулак.

Моё тело издевалось надо мной, когда подчинилось этому безжалостному дикарю. Я и так знала, что мне интересна тема доминирования и жесткого секса. Я много ее изучала, читала и смотрела порно, исключительно в научных целях. Но Кириан, чтоб его, не спрашивал. Он брал то, что хотел. То, что ему не принадлежало.

Я могла остановить его. Закричать, попытаться вырваться, но не стала. И если я думала, что во вчерашнем инциденте виновата травка, то сегодня по собственной воле и желанию позволила ему касаться меня.

Кириан Нильсен наглым образом открыл те двери, которые я держала тщательно закрытыми под семью замками в своем сознании. Увидел ту часть меня, которую я позволила увидеть только моему новому господину и почему-то теперь чувствую вину за это.

Вечером, когда я пришла домой, чтобы подготовиться к сессии в Миносе, то увидела ярко-красные отпечатки ладони на моих бедрах. Это меня напугало.

Что скажет господин, когда увидит? Откажется ли он от работы со мной? Накажет? В договоре не было ни слова о том, что я не могу встречаться с другими мужчинами во время обучения, так что, возможно, это не станет проблемой.

И все же я надела самый длинный пеньюар, который у меня был. Белого цвета, но из очень тонкой ткани. Он скрывал красноту, но если приглядеться, то всё равно можно было увидеть.

***

Почувствовав чужое присутствие моё тело тут же напряглось. Медленные шаги отдавались в ушах, и я волновалась так же, как и в первый раз, если не больше.

– Мадлен. – Грубый, хрипловатый голос обволакивал тело со всех сторон, вызывая волну мурашек по позвоночнику.

– Сэр. – Неуверенно прошептала я.