Сабин Мельхиор-Бонне – Оборотная сторона любви. История расставаний (страница 36)
Босуэлл отнесся к этому неплохо: окончательное решение о разрыве исходит не от него — тем лучше! Он с радостью покидает поле битвы. Его образование, его изысканность, прекрасные манеры смягчают удар. Набобу будет труднее, когда его, в свою очередь, спровадят, потому что он действительно любит Кейт. Джеймс же, наоборот, быстро воспрянул духом, довольный тем, что с делом покончено: у девушки оказалось множество недостатков, которых он прежде не замечал, и главный ее изъян — бесчувственность. Он может наконец перевести дух: от холодной шотландки удалось отделаться так же быстро, как и от неистовой Зелиды!
Темпла совершенно не расстроила развязка этой истории, но он опасается, что отец будет очень разочарован. Ключ к сердцу этой недотроги на самом деле принадлежит одному шевалье — еще одному искателю приключений. Год спустя Джеймс не без удовольствия сообщает Темплу, что свадьба Кейт с ее шевалье не состоялась по чисто финансовым причинам, в декабре 1768 года наследницу по‐прежнему зовут мисс Блэр!
Босуэлл продолжает поиск идеальной женщины, заполняя ее отсутствие случайными связями — ужас от мысли о том, что он будет связан узами брака, погружает его в бездонное «болото порока». Он тянет с выбором невесты, болеет, он погряз в разврате — все это приводит в ярость его отца, который даже рассматривает возможность передачи наследства по женской линии. Старый лорд со своей стороны подумывает жениться во второй раз, и отношения не улучшаются, когда Джеймс, вместо того чтобы жениться на приданом, объявляет отцу, что обрел настоящее счастье: избранница — его кузина Маргарет Монтгомери, Пегги, «драгоценный друг», «женщина с большим сердцем», очарование и привязанность, откровенность и остроумие которой он ценит на протяжении долгого времени. Брачный контракт был подписан 25 ноября 1769 года. Джеймс Босуэлл, замечательный биограф, окажется неверным и отвратительным мужем.
Сентиментальный либертин, Босуэлл позволял себе потакать собственным желаниям, мораль в нем смешивалась с чувственностью, что придавало ему несколько сомнительный шарм. При этом он не был умелым соблазнителем. Не в силах сопротивляться поворотам судьбы, он впадал то в безудержное пьянство, то в любовную лихорадку — в общем, плыл по течению. Ни в его победах, ни в расставаниях не было ничего воинственного, и сопротивление его никогда не длилось долго; решительным разрывам отношений он предпочитал меланхоличный отказ, а иногда и бегство. Дать задний ход и требовать, чтобы его считали ни в чем не виноватым, — хороша победа! Жена его не была с ним счастлива.
ЕКАТЕРИНА II И ГРИГОРИЙ ПОТЕМКИН
«ВЫ ПРИНАДЛЕЖИТЕ ГОСУДАРСТВУ, ВЫ ПРИНАДЛЕЖИТЕ МНЕ»
Беда та, что сердце мое не хочет быть ни на час охотно без любви.
Бога прошу, чтоб я умерла, кой час ты ко мне не будешь таков, как мне кажется, что недель семь изволишь быть.
Российская императрица Екатерина II меняет любовников, как Людовик XV — любовниц: обоим достаточно лишь заявить о своих желаниях, как они тут же исполняются. Екатерина могла бы быть воплощением реванша феминисток всех времен, потому что она сама решает, когда любить, когда расставаться; будучи государыней, она не боится нарушить сложившийся за тысячелетия закон, согласно которому инициатива в любви принадлежит мужчинам. Конечно, это привилегия императрицы, но привилегия с вариациями, свойственными любой связи: любовные излияния чередуются с упреками, ссоры сменяются примирениями, случаются сомнения и печали. Когда она влюблена, она может расстраиваться из‐за разлуки или возникших препятствий, как все женщины; расставание, желанное или вынужденное, — это неудача, но неудача, укрепляющая ее свободу. Свобода помогает императрице быстро восстановить свои права.
«Великая Екатерина» — личность поистине исключительная; чары этой женщины действовали на большинство ее западных гостей: мадам Виже-Лебрен[44], посетив Петербург, вспоминала ее «благотворный гений», ум и таланты, которыми «представительницы нашего пола могут гордиться»; даже критики должны признать, что все — друзья, придворные, дипломаты — видят ее мягкость, добродушие и толерантность. Пушкин, писавший тридцать лет спустя после смерти императрицы, сурово оценивает ее долгое царствование, длившееся с 1762 по 1796 год, разграбление казны ради обогащения многочисленных любовников за счет эксплуатируемого и порабощенного народа. Но, продолжает он, «ее великолепие ослепляло, приветливость привлекала, щедроты привязывали». Екатерина производила впечатление на Европу своей культурой и вкусом к философии. Ум и энергия помогали ей держать в руках гордую и неспокойную знать, поощрять образование и благоприятствовать первому промышленному рывку в России; активная, веселая, простая в повседневной жизни, она могла работать по пятнадцать часов в сутки. Привыкшая к похвалам, она хотела царствовать как «просвещенный деспот» и выступала в роли «великого человека».
Екатерина, этот «великий человек», терпела неудачи в личной жизни, о которых откровенно писала в «Мемуарах»: «Бог видит, что не от распутства, к которому никакой склонности не имею, и если б я в участь получила смолоду мужа, которого бы любить могла, я бы вечно к нему не переменилась. Беда та, что сердце мое не хочет быть ни на час охотно без любви»[45]. Едва сняв корону, она становится обычной женщиной — иногда победительницей, иногда жертвой собственных иллюзий.
Ничто не предвещало, что эта принцесса из мелкого немецкого княжества станет императрицей России. Чтобы дочь Кристиана Августа Ангальт-Цербстского, выбранная императрицей Елизаветой в качестве невесты для великого князя Петра, своего племянника и наследника, взошла на российский трон, потребовалось мощное стечение обстоятельств. Первое ее расставание произошло в пятнадцатилетнем возрасте, когда в 1744 году она оставила родину и уехала жить в Россию. При крещении она получила имя София, а приняв православие, стала Екатериной; она усердно учит язык и историю своей новой страны и через несколько месяцев после приезда, в 1745 году, выходит замуж. Супруг старше ее на год, он сын немецкого принца и Анны Петровны, дочери Петра I, которому, следовательно, приходится внуком. В 1762 году умирает его тетка Елизавета, и он вступает на престол под именем Петра III.
У супругов очень мало общего. Петр III, выросший при Голштинском дворе, страстно увлечен военной муштрой и является почитателем прусского короля Фридриха II. Взойдя на престол, он спешит отозвать русские войска, воюющие в Германии, и заключает союз с Фридрихом против Австрии. Лютеранин по происхождению, он презирает православную церковь. Малообразованный, трусливый и хвастливый, он не интересуется историей России и восстанавливает против себя армию. Его прогерманские взгляды, решение о захвате церковных земель, секуляризированных Елизаветой, настроили общественное мнение против него; он начал пить; сначала он вызывал у жены жалость, потом отвращение; между супругами разверзлась пропасть. Екатерина стала заводить любовников. В отличие от мужа она приняла свою новую страну; более русская, чем русские по происхождению, она переняла характер своей новой родины — живость, энтузиазм, эмоциональность и приступы веселья, за которыми может быстро последовать уныние. Она интересуется государственными делами и нравится двору. Муж, подозревающий жену в интригах, устанавливает за ней слежку.
Брак оказывается неудачным, однако Екатерина выполнила свой главный долг — родила наследника: в сентябре 1754 года родился великий князь Павел. Приближенные сразу же начали сомневаться в его законности; произносится имя Салтыкова. Камергер великого князя и отпрыск древнего рода «прекрасен как белый свет», умеет плести интриги и в состоянии соблазнить женщину, которой пренебрегает муж и которая является супругой лишь формально: если верить «Мемуарам» Екатерины, брак не был консумирован, хотя отдельные льстецы без умолку твердят о том, что маленький Павел похож на отца. Императрица Елизавета берет ребенка под свое крыло.
У Екатерины множество любовников, а молва приписывает их ей еще больше. Живая и полная сил, она не то чтобы хорошенькая женщина, но она красива, чувственна и улыбчива, у нее правильные черты лица, нежная розовая кожа; карие глаза отливают синевой, что делает взгляд испытующим; греческий нос и красивая посадка головы помогают создать впечатление имперского величия, бросающегося в глаза ее гостям, и она кажется выше ростом, чем есть на самом деле. Один обожатель отмечает: «В целом сравнить ее внешность с мужской было бы оскорбительным, но сказать, что она абсолютно женственна, тоже нельзя». Множество молодых дворян сражены ее шармом; ее приветливость и внезапный смех удерживают их у ее ног. После Салтыкова в 1755 году она встречает польского дипломата Станислава Понятовского, с которым с удовольствием говорит по-французски; она забеременела и родила девочку, отцовство приписывают Понятовскому. Однако он должен уехать из России. Пришедший ему на смену Григорий Орлов, гвардейский лейтенант, — русский богатырь-красавец, физическая мощь и веселый нрав которого заставляют забыть о недостатке образования; объятый страстью к Екатерине, он готов ради нее на все, он любит приключения; приключения удовлетворяют его амбиции. Что касается великого князя Петра, он тоже завел любовницу, довольно уродливую, «необразованную простушку».