С. В. Каменский – Смотритель приюта для девушек (страница 3)

Необходимость шесть дней пребывать вдали от дома меня немного смущала. Я очень не любил оставлять квартиру без присмотра. Родные жили загородом, животных у меня не было, поэтому и проблем особых я не имел, но шесть дней… Ну, вы понимаете. На самом деле я знал, что это не так страшно, просто опасался. Ещё меня смущала зарплата. Слишком высокая, на мой взгляд, но такая притягательная и приятная. Когда живёшь скромно и экономно, большие и к тому же неожиданные суммы всегда вызывают затруднение с тем, что с ними делать дальше. Нет, нафантазировать было не сложно, но сложно было потратить деньги рационально. В такой ситуации – главное не опуститься до уровня, когда лишь бы хапнуть первую попавшуюся дорогую ерунду. Точно я знал, что хочу несколько костюмов-троек, пошитых на заказ, ну и несколько пар оксфордов. Очень уж хорошие ботиночки…

Мечтать не вредно. Для начала надо было поработать и, уже имея практический опыт, понять, с чем мне придётся иметь дело. Не видя смысла и не имея причины тянуть с ответом, я набрал эйчарке. Не успел я приложить смартфон к уху, как на звонок ответили.

– Максим, ты согласен? – прямо спросила девушка.

– Здравствуйте. Вы всегда такая нетерпеливая?

– Обстоятельства меняются. Я сама собиралась звонить, но ты меня опередил. Мне нужен ответ. Срочно! Пожалуйста!

– Я согласен, – собравшись с духом, ответил я.

– Отлично!

– Откуда у Вас мои паспортные данные?

– Наша служба безопасности предоставила их. Что-то неправильно? Ошибочные данные? Опечатки?

– Нет, всё верно, но… Хотя, этот момент теперь не так важен. Тем более, я уже дал Вам своё согласие, так что «ладно»… Просто неожиданно.

– Ну, извините, – прозвучало просто и неискренне.

– Куда мне необходимо подъехать?

– Я пришлю автомобиль. Собирайся… Собирайтесь пока. Вам позвонят, когда приедут.

Интонация её голоса начинала немного раздражать. Складывалось ощущение, будто я пришёл в какую-нибудь контору в обед и нагло требовал оказания услуг.

– Дресс-код?

– Да как хотите. Сегодня только смотр, а не рабочий день.

Она повысила голос, казалось, что ещё чуть-чуть и наорёт на меня. Я тихо выдохнул и постарался говорить как можно спокойнее и дружелюбнее, благо, за время работы неоднократно приходилось иметь дело с конфликтными клиентами, которых периодически так услужливо подсовывали мне коллеги.

– Хорошо, я Вас понял.

– Увидимся, – грубовато произнесла девушка, и звонок оборвался.

– Негодяйка, – проворчал я. – С таким отношением тебе только на поверку счётчиков разводить и грозить, что воду отключишь.

Тёмно-синие джинсы, рубашка. Хотел белую, но решил, что слишком маркая, хотя в жару – самое то. Светло-синяя рубашка с длинными рукавами. Твёрдый дезодорант. И… Ненавижу название «духи» – какое-то женское, «парфюм» – слишком пафосно, а «туалетная вода» – мне смешно. Одеколон – наше всё. О де Колон. Вот это по-мужски.

Дом. Среда.

Чёрный автомобиль представительского класса новым не был, но выглядел достойно. По крайней мере, на первый взгляд. Водитель в строгом чёрном костюме под стать транспорту оказался моим ровесником. Представился Станиславом Петровичем. Крепкий мужик. Короткая стрижка, карие глаза. Лицо с мощной челюстью. Классический типаж для роли волевого человека или самоотверженного солдата. Говорил непринуждённо, немного сухо, зажат не был, но и душу открывать не спешил.

Я сел на переднее пассажирское, – мне так удобнее. Вообще человеку, который привык сам управлять автомобилем и проводить за рулём много времени, зачастую довольно сложно быть пассажиром. Иногда ноги сами ищут педали, а руки стремятся ухватиться за невидимый руль, хотя и знаешь, что это глупо.

Мы молчали. Дорога полупуста. Пролетели по трёшке, потолпились на съезде, на шоссе и снова помчали. Из города выехали в тишине. Горьковка. Проехали Балаши́ху. Мужчина был не разговорчив. У меня желания общаться тоже не было, но уточнить пару вопросов всё же хотелось.

– А Вы сотрудник приюта?

– Да, – коротко ответил он и добавил. – Вроде как. Ваш водитель.

– Здорово, но непривычно.

– Личный водитель?

– Да. Сам почти двадцать лет за рулём.

– Много категорий?

– Бэшка. Мне достаточно.

– А мотоциклы?

– Не-е-е, – вздохнул я. – Стольких перехоронили уже…

– Знакомо, – Стас вздохнул. – У меня есть, но не езжу. Давно уже…

– Ясно, – я огляделся. – Уже Купавна, что ли?

– Да.

– Да Вы, Станислав Петрович, – лётчик. Чуть больше часа в дороге.

– Нам ещё ехать и ехать.

– Далеко?

– За Ногинск, за ЦКАД, а там уже близко.

– Как место называется?

– Честно? Я так и не понял. Пытался по картам найти, но не получилось. Там просто лес. Выдали мне авто в главном офисе, сказали, что в машине своя программа, свой навигатор. По нему и езжай. Вот и еду.

Неожиданно завязался разговор. Говорили о жизни, вспоминали молодость, предыдущие работы. Выяснили, что долгое время трудились по соседству. Оба юристы.

Ехали. Время летело. Стас сказал, что осталось полчаса, и мы будем на месте. Петрович заворчал, ругая развязки. Я молчал, не лез под горячую руку – сам водитель. Съезд повёл нас к лесу. Минут через пять между деревьями показалась накатанная дорога, перекрытая шлагбаумом. Мы остановились, будто чего-то ожидая. Стрела на стойке дёрнулась и плавно оторвалась от ловителя, открывая нам проезд. Водитель пожал плечами, автомобиль мягко тронулся. Красивое место! Лес. Птицы поют. Хорошо! Трава, берёзки, воздух свежий, не то, что столичный.

– Да. Тут и семь дней в неделю можно жить. Наверное.

– Посмотрим. Я сам тут в первый раз. К таким хоромам не привык, – признался Стас.

Мы только подъезжали, но уже можно было разглядеть наше будущее место работы. В глуши располагался огромный участок, окружённый со всех сторон деревьями и огороженный забором из квадратных бетонных плит метров пяти высотой, чередовавшихся со столбами, на которых находились прожекторы. Сам же дом выглядел не менее массивным и походил на огромную разноцветную полосатую квадратную коробку.

Мы со Стасом переглянулись. Приют больше напоминал тюрьму, но, вспоминая фотографии, показанные эйчаркой, мне оставалось надеяться, что в реальности всё будет так же.

Длинные железные ворота отъехали в сторону, и я увидел три парковочных места. Крайнее справа было перегорожено красным дорожным водоналивным барьером, за которым виднелась табличка в виде греческой буквы «альфа»; крайнее слева оказалось занято микроавтобусом.

– Ну, бетта так бетта, – улыбнулся Стас въезжая.

На территории всё, действительно, оказалось, как показывала мне девушка. «Красота» – одним словом. «Пять звёзд» – двумя. Вслух мы выразили своё мнение иначе, продемонстрировав друг другу идентичность мышления.

Встречать нас вышла уже знакомая эйчарка. Перекладывая из одной руки в другую синюю папку, она приветливо поздоровалась и, дав наказ Стасу погулять где-нибудь, потащила меня в дом, крепко ухватив за рукав. Вблизи строение казалось ещё больше. Дом был полностью расположен на территории, в дальнем крайнем правом углу от въезда, при этом занимая примерно четверть участка.

Здание выглядело внушительно: метровый фундамент, обложенный камнями, массивные чёрные ступени с коваными перилами, железная дверь, а по углам – огромные столбы. Метров восемь дома (не меньше) с каждого его края были без окон, и казалось, что выпирали сантиметров на двадцать. Вид был, мягко говоря, очень странный, а так как эти «раздутые столбы» особо бросались в глаза, дом казался похожим на табурет.

По всей видимости, заметив немой вопрос в моих глазах, девушка радостно сообщила мне, что это технические помещения во всю высоту строения. Сам дом в целом смотрелся «весело», если можно так выразиться. Весь первый этаж был выкрашен в оранжевый цвет, второй – в яркий, но приятно-жёлтый, третий – в зелёный. Была и четвёртая полоса, светло-синяя, издалека показавшаяся мне этажом.

Внутренняя планировка удивила меня ещё больше. Я думал, что окажусь в зале или в чём-то подобном, но после входа в дом через относительно короткий коридор, мы попали в другой – длинный, расходящийся по двум направлениям. Высокие потолки под три метра, встроенные точечные светильники. Было очень светло и чисто. Правда, обилие белого, особенно в отношении стен, всегда ассоциировалось у меня исключительно с больницей. Да, и чуть реже с моргом. Ширина коридора была метра два, что, по моим ассоциациям, шло туда же. Не знаю отчего, просто я так ощущал. Девушка двинулась прямо, ускорила шаг и принялась тараторить, при этом активно размахивая левой рукой, а правой прижимая к себе папку:

– Первый этаж – для обслуживающего персонала. По этой стороне две комнаты. Ближайшая к выходу – для водителя. У него окна выходят на внутреннюю территорию. Следующая комната – для нашего повара. У него так же.

Вспоминая размеры дома, я попытался представить, какими должны быть помещения. Возможно, заметив мою задумчивость, девушка добавила, что у каждого свой санузел, душевая кабина и гидромассажная ванна. Метраж комнаты в моём воображении стал меньше, но незначительно. В помещения мы не заходили, а я и не настаивал.

Мы шли по «часовой». Дальше – две комнаты уборщиц и две комнаты техников-разнорабочих. Все с видом на лес, находящийся за территорией.

Следующими помещениями на этаже по правую руку от входа в дом были кухня и кладовка. Каждая имела свою отдельную дверь, но внутри дополнительно находился сквозной проход – для удобства повара. В коридоре, в каждом его углу, за исключением того, который был рядом со входом в дом, были установлены чёрные железные винтовые лестницы.